Minecraft. Остров - Макс Брукс

– Я знаю, – добавил я, горя желанием начать новое приключение. – Терпение.

Но оказалось, что не хватает мне как раз опыта и практики в горном деле. Кстати, когда долбишь камень ради минералов, оно действительно называется «горное дело»? Впрочем, как бы оно ни называлось, я в нём не сведущ.

Прежде всего, когда я начал копать наискосок и вглубь, то вскоре понял, что не включил в свои планы свет. Потому мне пришлось подниматься по длинному коридору-лестнице за факелом. Ох, моя несчастная щиколотка! А потом мне пришлось через каждые несколько блоков снимать факел и втыкать в другое место.

Продвигался я медленно и чуть не погиб. Я докопался до сплошной стены цвета светлого песка и потому назвал её камень «песчаником». Я выкопал блок – и сверху рухнул блок настоящего песка. Я взялся за лопату и убрал его, как и следующий за ним, и ещё один. А затем из пролома хлынула тёмно-синяя вода.

«Я прокопался к морю», – кляня себя за глупость, подумал я.

А следовало бы помнить, что остров – это подводная гора, и если копать под углом, неизбежно выйдешь к морю.

«К счастью, в этом мире странная вода», – с облегчением подумал я и вспомнил, как она не могла заполнить воронку от взрыва.

Если бы в моём мире я прокопался к морю, оно бы залило весь туннель и могло бы убить меня. В лучшем случае, все мои труды пошли бы прахом.

– Понимаю, сам напросился, – заметил я и принялся долбить в противоположном направлении. – По крайней мере мне можно не опасаться утопления.

Посмотрев на твёрдые блоки над головой, я добавил:

– И обвалов.

Зря я разболтался. Знал ведь, что песок – единственное, к чему не пристают блоки. Песчаник на пути – предупреждение. Знал ведь, что суеверия вроде «искушать судьбу» – смешны, глупы и нелепы. Но всё-таки не стоило говорить вслух.

Я сказал, ударил вверх, посмотрел – и увидел падающий на меня блок.

Вокруг потемнело. Я охнул, забарахтался. Стало нечем дышать. Я тонул – не в воде, а в твёрдой, колючей и сыпучей субстанции. Она скрежетала и царапала меня, когда я пытался выбраться. Извиваясь, я то ли выплыл, то ли выполз из сыпучей ловушки и встал на краю туннеля. Ощущение было такое, будто мне на грудь уселся слон: синяки на рёбрах, поцарапанная кожа, в горле першит, словно оно из наждачной бумаги.

Я посмотрел наверх и понял, что к чему. Я открыл ещё одну субстанцию этого мира, не пристающую к другим блокам: нечто среднее между камнем и песком. Материал дорожек и обочин, на который я в прежнем мире почти не обращал внимания, чуть не преуспел в том, с чем не справились зомби, гигантские пауки и бродячая взрывчатка.

– Чёртов гравий, – пробурчал я.

Ох, сколько мне теперь жить с царапинами, порезами и синяками?

Я взялся за лопату и стал расчищать завал. Того всё прибывало. Четвёртый куб, однако, дал мне неожиданный приз: ещё один острый обломок кремня. Я заглянул в дыру над головой и увидел огромные залежи гравия. Наверняка там достаточно обломков кремня и они ещё понадобятся.

– А пока я буду держаться подальше от вас, – прошептал я, опасаясь нового обвала.

Я изменил планировочную часть «пути»: стал копать не по диагонали, а по спирали, два блока вниз, поворот направо, два блока вниз – ещё направо и так далее. Так я не только избегал океана, но и в точности знал, что над моей головой.

Надо думать, продвигаться таким способом гораздо безопасней прежнего. Но после обвала я не чувствовал себя в безопасности. К счастью, клаустрофобия у меня не развилась, но прокапывать узкий скальный туннель, где едва можно разогнуться, всего с одним факелом, за которым приходилось карабкаться по лестнице, кривясь от боли, – скажем прямо, не самое приятное занятие.

Вскоре я по-другому подумал о коровьем совете насчёт терпения. Я засомневался. А не бросить ли вообще это предприятие? Стоит ли оно того? Я всё чаще оглядывался, предчувствуя долгий и мучительный подъём. Стоило ли мне устраивать нелепые эксперименты с факелами и монстрами? Эй, ведь всё затевалось ради того, чтобы обеспечить мою безопасность, – а я чуть не угробил себя. Может, просто забыть…

Блок вывалился из стены и открыл чёрные вкрапления – уголь.

– Наконец-то! – плаксиво простонал я. – Как вы, парни, вовремя. И как вас много!

Я собрал драгоценные чёрные комья. По меньшей мере дюжина – а это значит сорок восемь новых факелов, если я потрачу весь уголь сразу.

– Я могу осветить дерево, мою пещеру, бункер для наблюдений, туннель, сделаю их ярче…

Я остановился и посмотрел на камень за угольным блоком. Тоже вкрапления, но оранжевые, и, похоже, они отражают свет факела.

Какой-нибудь металл? Медь? Латунь? А латунь – настоящий природный металл или смесь? На это вопрос я не знаю ответа до сих пор.

Я добыл блок с вкраплениями и ещё два за ним, но, в отличие от угольных блоков, вкрапления остались в камне.

– Кажется, я знаю, как вас достать, – заметил я и побрёл наверх, морщась на каждом шагу.

На ходу я делал факелы и размещал их так, чтобы хватило осветить весь туннель. Вы можете сказать, что я зря тратил ресурсы, но, если блоки окажутся тем, чем я их считаю, – я вскоре снова вернусь вниз.

Я сунул три блока с вкраплениями в печку, добавил под них кусок угля. Полыхнул огонь. Выплавилась не латунь и не медь, а кое-что более ценное. Я получил металл, который в буквальном смысле создал наш нынешний мир. Я добыл железо!

– Посмотрите! – закричал я сквозь обзорное окно животным.

Я вырубил дверь рядом с окном и заковылял по лугу, держа в руках три блестящих слитка.

– Смотрите, что было под самыми моими ногами!

– Му-у, – сказала корова.

Её дополнило «бе-е» от пары овец, а из лесу донеслось кудахтанье.

– Ха-ха, да, тут трава, но под ней, под всей землёй, камнем, песком и гравием лежит то, что изменит всё вокруг! – воскликнул я и гордо поднял слитки, будто олимпийские медали. – Благодаря моему методу, пути четырёх П и одного Т, я только что перепрыгнул из каменного века в железный!