Император поневоле - Александр Гулевич

– Не хочу, я ни в какое военное училище, вот еще, у меня своих дел более чем достаточно!

– Э нет, родной, такими кадрами как ты никто разбрасываться не будет, тем более ты призван и находишься под погонами. Пойдешь в училище учиться и точка.

– Не пойду! – Раздраженно ответил Павел, искренне не понимая сержанта.

– А тебя никто и спрашивать не будет. Пойдешь как миленький, пусть даже мне тебя для этого связать придется!

– Ни за, что!

– Не будем спорить. Поговорим позже, как окончится наш бой, тем более сейчас пираты вновь пойдут на штурм.

– Поговорим, но мое нежелание останется прежним. – Категорично заявил молодой человек, вновь хватаясь за джойстик управления огнем.

На этот раз нападающие изменили свою тактику и, разбившись на группы по три штурмовика, с новой силой набросились на продолжающую огрызаться из последних сил всерьез потрепанную «крепость».

Наведя прицел своей спарки на цель, Бобер не задумываясь, вновь открыл огонь и на этот раз его поддержали только два орудия.

Продолжая отстреливаться на пределе своих возможностей от наседающих противников, молодой человек не заметил, как поочередно умолкли орудия его товарищей. Именно в этот момент неведомо откуда вылетели два сгустка света и взорвались, разметав в клочья основную массу нападавших.

От изумления прекратив вести огонь, Петр вызвал Марго и поинтересовался:

– Это твоя работа?

– Да, Наследник, я сделала все, что смогла, теперь все зависит только от тебя. Мужайся.

Отключив коммуникатор, молодой человек тяжко вздохнул и, хотел было вновь взяться за джойстик, но в этот момент шальная ракета выпущенная с одного их штурмовых ботов попала в спарку.

От сильнейшей встряски старый страховочный ремень не выдержал нагрузки и порвался. Петра тряхнуло, отчего он ударился головой о приборную панель и, теряя сознание, успел заметить, как противник беспорядочно отступает, оставляя за собой массу разбитой боевой техники, улепетывая в разные стороны со всех ног.

Спустя некоторое время, молодой человек очнулся и, попытался было открыть глаза, но это ему не удалось. Проведя по лицу ладонью, нащупал какую-то засохшую корку. В этот момент послышался скрежет срезаемого металла, а затем незнакомый голос поинтересовался:

– Есть тут кто живой?

– Есть! – Вымученно ответил Бобер, чувствуя солоноватый привкус крови на губах.

– Отлично! Эй, парни, давайте вскрывайте эту жестяную банку, тут зенитчик живой!

Спустя непродолжительное время, наполненное противным визгом работающего резака, смятая бронированная дверь с грохотом отвалилась в сторону и, внутрь протиснулся один из спасателей и глянув на распластанного на полу Петра, воскликнул:

– О! Я вижу, тебе серьезно досталось парень. Ну, ничего, наши медики тебя быстро подлатают и вернут обратно в строй.

Ничего не сказав в ответ, парень попытался встать на ноги, но голова у него резко закружилась и он вновь упал.

– Ты лучше лежи спокойно и не дергайся. Сейчас подадут каталку и тебя сразу доставят в госпиталь.

Бригада гражданских врачей, аккуратно подхватив безвольное тело и, быстро доставила пострадавшего в приемный покой, где ему немедленно оказали первую медицинскую помощь.

– Ничего страшного, жить будешь, это всего лишь сотрясение мозга средней степени тяжести. – Весело утешил парня доктор, накладывая повязку на обработанную рану. – Сейчас тебя погрузим на полчаса в регенерационную камеру, и будешь как новенький.

Окончательно закрепив повязку, доктор, окинув взглядом приемный покой, негромко позвал освободившуюся медсестру:

– Марьяна, помоги бойца в камеру закатить.

Дородная женщина преклонного возраста в заляпанном кровью халате степенно подошла и, взявшись за ручки каталки и, вместе с доктором вкатили парня в свободный блок.

Отлежав положенное время, Бобра извлекли и, отключив присоски с силиконовыми проводами, отправили отдыхать в его кубрик.