Порабощение - Александра Флид

– Ты не представляешь, что с ним творится, – пожаловалась Син. – Он просто в панике. Говорит, что ты очень ценный сотрудник и городит всякую другую чушь. Мы, конечно, не особо этому верим и не только мы, кстати. Та кража прошла для нас без последствий, но зато ему досталось. Ужесточение режима. Теперь фиксируются все работники, пришедшие на территорию Корпорации или покинувшие ее стены. Отмечаешься каждый раз, когда приходишь или уходишь. Утомительно.

– Что насчет Фица?

– Он придет очень скоро, я скажу ему, что ты уже готова принимать гостей.

– Он ничего не говорил о Рувиме?

– Нет. Мы с ним в последнее время вообще редко разговариваем, он только спрашивает о тебе, а я отвечаю. Он нес какую-то чушь про бомбу, и мы с ним разругались.

Маль улыбнулась:

– Бомба – это небольшая вещь, способная разнести весь город?

– Да, то самое. Только то, что он хотел купить может разрушить пару домов, не больше. И зачем ему эта дрянь?

– Ему виднее. Он ведь собирается потратить на это свои, а не чужие деньги, – задумчиво проговорила Маль. – Но держать такое у себя дома очень опасно.

– Он говорит, что пока ее не заведешь, она не взорвется. Но я с тобой согласна – зачем рисковать? Как-то все это слишком уж чересчур.

Они поболтали еще немного, а потом Син собралась уходить и напоследок пообещала, что на следующий день приведет Фица. Она умела держать обещания.

Фиц действительно пришел. Выглядел он довольным, но уставшим. Маль была рада его видеть. Никогда прежде ей не приходилось так доверяться людям и так много общаться с ними. Теперь Син и Фиц стали для нее настоящими друзьями, о которых она беспокоилась и вспоминала.

– Как твои дела? – спросила она, рассматривая его, как правило, грязную и заношенную одежду.

– У меня все отлично, и рассказывать мне особо нечего. А что у тебя?

Маль вздохнула, сдерживая себя чтобы не засмеяться в голос – говорить о том, что Хельга успешно адаптировалась к отравленной воде, до сих пор было очень приятно.

– Моя дочь пережила самое сложное. У нас все хорошо.

– Я рад за тебя. Впрочем, Син уже все мне рассказала, как ты догадалась. Что у тебя за проблемы с Рувимом?

Об этом стоило поговорить обстоятельно и подробно. Маль рассказала все, что смогла вспомнить, и временами лица ее друзей озарялись улыбками – история с разбитыми колбами их явно позабавила, хотя в ней не было ничего по-настоящему смешного. Вскоре она дошла до самого важного.

– Девочка, с которой я говорила, чтобы удостовериться в том, что он не дал мне какого-нибудь яду вместо лекарства… я ее видела раньше. Она была в паре с Хельгой, когда они проходили последний тест. Эта девочка успешно его прошла, в то время как моя дочь была признана непригодной. Рувим ввел лекарство отмеченным детям. Он обманывал меня почти во всем, что говорил.

Син и Фиц одновременно раскрыли рты, но никто из них ничего так и не сказал. Лишь через минуту прозвучало двухголосое и стандартное:

– Ты уверена?

– Полностью. Хельга с ней дружила. Ее зовут Фанни.

– Как такое возможно? – Син даже поднялась со стула. – Как такое возможно в подпольной лаборатории? Неужели он их похитил?

Маль скрестила руки на груди – это была ее любимая поза.

– Если бы он взял детей из приюта, то похищать никого бы не пришлось. Что-то тут до того нечисто, что у меня аж зубы сводит. Сама я с этим не разберусь.

Фиц молчал, предпочитая внимательно слушать рассуждения женщин. Однако дальше простых возмущений Маль и Син не ушли, а потому, когда он все-таки подал голос, они обе мигом замолчали.

– Мы никогда не догадаемся, зачем он так поступил, – вздохнул он. – Никогда – если будем думать сами. А если пойдем к нему и допросим, то у нас появится шанс на успех.