Порабощение - Александра Флид

Син хохотнула:

– Никто не может сейчас считаться цивилизованным. Город болен. Город несчастен и погружен в грязь до самой крыши. Где вы тут видели цивилизацию? Первобытные законы, уважаемый. Здесь действуют только первобытные, примитивные законы. Кто сильнее, тот и прав. Мы сильнее, а значит, мы правы. Маль и одна смогла запугать вас настолько, что вы впали в отчаяние. Представьте, что могут сделать три разъяренных человека.

Рувим сложил руки и уселся на свободный стул.

– Что вы хотите узнать?

Фиц вздохнул:

– Повторить?

– По порядку, если не сложно.

– Цель исследований и экспериментов. Нам интересно, зачем вся эта возня, если не для того чтобы помочь людям избавиться от зависимости и разоблачить Корпорацию.

– А знаешь, я ведь верил тебе. Я подумал, что ты хороший человек, – неожиданно опустив голову, пробубнил Рувим.

Фиц удивленно приподнял брови, а потом по его лицу пробежала насмешливая тень.

– Вы, кажется, хотите застыдить меня? Вы взываете к совести спекулянта, невероятно.

– Неважно. Я продолжал дело, которое досталось мне от моего отца, вот и все. Это была его работа и его цель.

Маль покачала головой:

– Нет, нет, повторяться не нужно. Говорите правду.

– Это правда.

Фиц оттолкнулся от стены и угрожающе двинулся к Рувиму. Старец не собирался говорить честно, и им предстояло вынудить его пойти против собственных желаний. Запертая дверь и полная изоляция лаборатории играли им на руку, и Фиц подтащил стул, на котором сидел Рувим, к столу. Заперев его между спинкой стула и столешницей, он уселся рядом, совсем близко и положил руку на подлокотник Рувима. Поняв его намерения, Маль села с другой стороны, она была так же опасно близко, и при этом выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

– Син, пройди во вторую комнату, – вздохнула она.

Син беспрекословно подчинилась и открыла дверь. На полу второго помещения стыдливой кучкой лежали все те коробки и бутылки, которые они привезли ему больше недели назад. На некоторое время Син даже застыла от удивления, а потом громко сказала:

– Все то, что мы привезли, здесь.

Фиц кивнул и придвинулся еще ближе.

– Итак, Рувим, мы ждем ответов.

Старец склонил голову, раздумывая и торопливо выискивая какую-нибудь лазейку, но потерявшая терпение Маль ударила кулаком по металлической крышке стола и вывела его из размышлений. Видимо, она сочла этот громкий и резкий звук недостаточно сильной мерой – она склонилась к нему и прошептала:

– Мы увезем отсюда все, что привезли, и сожжем это на свалке. А потом мы взорвем твою лабораторию или еще лучше сдадим ее куда нужно.

Он все еще очень сильно боялся ее, и потому не смог удержаться.

– Я не лгу, еще мой отец занимался исследованиями и разработками! – закричал он. – Что вы можете знать, вы безграмотные оборванцы! Вы собрались сдать эту лабораторию? О ней знают такие люди, которые вам и не снились!

Фиц и Маль переглянулись.

– Какие люди? Мы жаждем просвещения.

– Я разработал препарат для адаптации к отравленной воде для одного из правящих людей Корпорации. Он связался со мной и сделал заказ. Он финансировал меня все это время.

– А то химическое дерьмо тебе для чего понадобилось? То самое, которое ты требовал с меня взамен на ампулу для моей дочери?

– Он об этом ничего не знает. Это мой личный проект.

– Твой личный? Это тоже интересно, но об этом мы послушаем позже. Сейчас я хотел бы узнать, что за человек говорил с тобой и как долго ты на него работаешь.

Рувим снова опустил голову и прикрыл глаза. На сей раз Маль и Фиц почувствовали, что его временное молчание свидетельствует о том, что он просто не знает, с чего начать.

– Ты знаешь, куда уходят отмеченные? Скольким людям ты уже успел ввести препарат? – Маль решила помочь ему.

– Вы не знаете, откуда берется еда. Вы не знаете, за чей счет живет город, – как-то издалека начал Рувим. – Вы ни черта не знаете, и еще суете везде свой нос.

Син, которая до сего момента почти безучастно стояла в стороне, подошла и опустилась за стол напротив него.

– Не обвиняйте нас в этом, лучше расскажите. Возможно, услышите слова благодарности, – сказала она.

– Отмеченные трудятся за городом. Они работают как проклятые на плантациях и животноводческих фермах, чтобы горожане могли есть и пить. Они трудятся круглыми сутками с утра до ночи, а вы, неблагодарные твари…

– А с чего же это мы так счастливо живем? Мы ведь тоже не дармоедствуем.

– А что вы делаете? Что полезного делает город? Вы и сами знаете, что людям нравится утопать в грязи и разврате. И для этих людей без отдыха работают другие! Те, которых вы сами отдаете еще младенцами.

Маль содрогнулась от одной мысли, что ее Хельга могла бы попасть в число тех, кто остался среди отмеченных.

– Нанявший меня человек хотел избавить их от мучений и поэтому…

– Если они все время занимаются сельским хозяйством и животноводством, то вода у них есть постоянно, – вставила Син, не позволив ему развить еще одну ложную линию рассуждений. – Не отклоняйтесь от темы.

– Ему нужна независимость. А кому не нужна? Разве не того же самого ты хотела для своей ублюдочной девчонки? – зло выплюнул он, бросив мимолетный взгляд на Маль. – И ты получила это! Разве ты заслужила это? Разве она сделала что-то чтобы заслужить?

Маль ударила его по затылку так, что его голова мотнулась вперед, а очки слетели с лица. Фиц одарил ее укоризненным взглядом.

– А кто ты такой, чтобы решать, кто достоин, а кто нет?

Она не выносила, когда кто-то задевал ее ребенка или начинал говорить нечто подобное.

– Я создал препарат! Я потратил на него годы своей жизни, я сделал это! Я, а не ты! Никто из вас и понятия не имеет о том, каково это – сидеть долгими ночами, переживать провал за провалом, рисковать и надеяться.

– А ты знаешь, что такое жить в мире, где каждый готов раздавить тебя как таракана за один стакан воды? Ты знаешь, каково живется женщинам, которыми пользуются как туалетом за жалкие гроши? Ты был в шкуре тех, кого ограбили, когда они несли воду своим детям? Что ты знаешь?! Что ты видел в этой своей коробке? – больше не сдерживая себя, заорала Маль.

– Не зли ее, лучше говори по порядку и желательно только правду. Иначе мы запрем тебя здесь на веки вечные. О да, ты можешь пить любую воду, но что ты станешь делать, если мы лишим тебя воды вообще? Как выкрутишься без электричества? А на случай особых обстоятельств мы всегда сможем взорвать это место, как и говорилось ранее. У нас есть бомба.

Ах, как кстати пришлась эта несчастная бомба, из-за которой было столько разговоров!