Война HAARP-2 - Василий Головачев

– Надо подсказать коллегам в министерстве усилить охрану Геннадия Терентьевича, а также предупредить Афанасия Пахомова, чтобы он был начеку.

– Полковник человек опытный, заметит слежку – сообщит. Но мы не сможем арестовать ни одного китайца, вернее – ни одной китаянки. Надо же – все три разведчика в консульстве – женщины.

Губы Леонсии изобразили слабую улыбку.

– Китаянки хитрее и злопамятнее своих мужчин. Да, у нас нет задокументированных оснований задерживать китайских тонгджюн, однако они сами сбегут в Китай после того, как мы прихлопнем здесь клевретов Мережковского вместе с ним самим.

– Когда начнём?

– Утром, когда все будут на рабочих местах. Или у тебя есть другое предложение? Море вариантов, как ты говоришь?

– Мережковского можно брать хоть сейчас, он в своём коттедже почти в центре Хабаровска, на улице Задвигайло. Роскошный особняк, гектар леса, спуск к реке. Остальные – по мере расположения, мои парни их стерегут как золотой запас партии.

– Пусть клиенты расслабятся, к тому же мне важны их переговоры.

– Хорошо бы взять эту китаянку Чиа Чуньин, – мечтательно проговорил Вербов. – Ох и выпотрошил бы я её!

– Джек-потрошитель, – фыркнула Леонсия. – Женщин допрашивать, да ещё китаянок, специально обученных не поддаваться НЛП… как бы она тебя не выпотрошила.

– Ничего, я тоже обучен, – пожал плечами Тихон Макарович. – К тому же существует целый пакет способов воздействия на допрашиваемых, не считая психотропиков и нейролептиков.

– Ты опытней в этих делах, тебе и карты в руки, но, увы, сегодняшняя наша задача поскромнее. Единственная тревожная весть – связь Мережковского с агентурой американцев во Владивостоке. Займись ею немедленно.

– Слушаюсь. Подключим Ратного.

– Спасибо, что напомнил. – Леонсия набрала номер полковника. – Павел Петрович? Не разбудила?

– Ты же знаешь, когда я ложусь, – укоризненно ответил Ратный.

– Можешь зайти? Ты далеко?

– В получасовой доступности.

– Жду, я в номере сто десять.

– Тогда я пойду пока к себе? – деликатно спросил Вербов.

– Будь на связи.

Вербов вышел.

Полковник Ратный, могучего телосложения, с типичным славянским лицом, овеянным ветрами постоянных нервных напряжений, светлоглазый и светловолосый, явился точно через тридцать минут, как и обещал. Несколько секунд они разглядывали друг друга. В глазах Леонсии разгорелись весёло-ироничные огоньки.

– Не узнаёшь? Что это ты как леопард перед прыжком? Добычу учуял?

Ратный расслабился.

– Хотел бы прыгнуть… ты знаешь – на кого…

– Остынь, полковник, давай о деле.

– Леонси…

– Я знаю всё, что ты мне скажешь.

– Леонси, не надоело жить одной? Я же знаю, что у тебя никого нет, а я был бы рядом и всегда…

– Выручал, помогал, ухаживал, так? Я сама за собой ухаживаю, Паша, у меня всё в порядке, и не надо нарушать установленный порядок вещей. Не начинай всё заново.

– Понял, – сдержал эмоции Ратный, опустев лицом. – Давай о деле. Что предлагаешь? Брать Мережковского сегодня?

– Брать Мережковского надо не просто как объект задержания, а на разговоре с китайцами. Когда мы ему сообщим о перехвате разговоров, он поплывёт.

– Идея хорошая, но что, если придётся долго ждать этого разговора?

– Они торопятся, понимая, что мы не спим.

– В принципе… погоди-ка… – Ратный поправил в ухе незаметную капельку – наушник рации. – Когда? Один? А они? Понял, императив «Б», все за ними. – Полковник повернулся к Леонсии с заблестевшими глазами: – Кошмарин и Балконов едут к Мережковскому, судя по перехвату. Мало того, туда же собираются наши девочки из консульства: сама госпожда генконсул Чиа Чуньин и её помощница Юа Вэньсань.

Леонсия недоверчиво наморщила лоб.

– Что за паника? Они же никогда раньше за пределы консульства не выезжали.

– Видимо, назрела какая-то необходимость. Но ведь это колоссальная удача, вся разведкодла идёт к нам в руки! Надо немедленно собирать команду и брать клиентов у Мережковского!

– Не нравятся мне внезапные подарки.

– Мне тоже, но упустить шанс мы не имеем права, потом будем кусать локти. – Ратный встал.

Леонсия заторможенно посмотрела на него снизу вверх, пытаясь поймать какую-то смутную мысль.

– Без подготовки?

– Мои парни зубы проели на таких оперурах, к тому же они хорошо изучили владения полковника.

– Сколько у тебя людей?

– Одиннадцать вместе со мной.

– У меня семь.

– Хватит. Не на войну идём, нас не ждут.

– Мне надо позвонить в Центр.

– Звони и собирай своих, я буду в машине. – Ратный торопливо вышел.

Леонсия с усилием сбросила оцепенение, сосредоточилась на возникшей проблеме, включила айком:

– Сергей Данилович, прошу прощения за поздний звонок, у нас появилась возможность… – Она сообщила Семёнову о встрече сотрудников китайского консульства с Мережковским.

– Берите, – решительно сказал Семёнов. – Я сообщу Черняку, а он Зернову. Ратный доложил своим?

– Должен был.

– Мы не одни, так что не переживай, а шанс действительно хороший.

Леонсия набрала другой номер:

– Тихон, собирай группу, едем к Мережковскому.

– Сейчас?

– По дороге объясню.

Переоделась она быстро, использовав скрытую экипировку СЭБАК, в которую входили бронежилет «шёлк», действительно созданный из сверхпрочной, сотканной с помощью нанотехнологий шёлковой нити, удобные пояса и карманы для ношения оружия и спецсредств, умная аппаратура связи, сопровождения и целеуказания – на спецочки, хотя выглядел весь комплект абсолютно гражданским костюмом «под джинсу».

Ратный и Вербов ждали её у чёрного джипа «Эскалад» с местными номерами, завидев которые инспекторы ДПС отдавали честь, не останавливая машины, зная об их принадлежности Управлению ФСБ по Хабаровскому краю.

– Остальные? – спросила она, залезая в джип.

– Работают, – ответил Ратный, усаживаясь рядом на заднем сиденье.

Ночной Хабаровск в отличие от Москвы был тих и тёмен.

Улицы его были освещены в основном в центре, и, даже проезжая мимо здания УВД на улице Тимирязева, расположенного недалеко от парка имени Гагарина, Леонсия не увидела в его громаде ни одного освещённого окна. Это следовало понимать так, что полиция города навела порядок в своих владениях и по ночам спала спокойно.