Особист - Владимир Поселягин

* * *

Вынырнув, я закашлялся кровью, в этот раз ранение было серьёзным, лёгкое зацепило. Рана саднила, и дышать было тяжело, похоже, через нее вода попадала в лёгкие. То, что портал сработал и я оказался родном мире, радовало не сильно, надо было думать о выживании. Осмотревшись, я доплыл до мостков и окликнул мальцов, что рыбачили неподалеку:

— Помогите мне. Я ранен.

Как они зазывали мужиков из деревни и меня в шесть рук поднимали на мостки, я осознавал уже смутно, а когда понесли к деревне, окончательно вырубился.

Это точно мой мир. Оказалось, Толя Суворов тут, и я попросил его позвать. И не сообщать о моём ранении властям — этого ещё не хватало. Отлежусь. Надо позвонить знакомому военному хирургу, он сейчас отдыхает на пенсии и мне должен, приедет, всё сделает. Однако думал я после перемещения в родной мир не только об этом. Дело-то серьёзное. До портала я дойти просто не успел, шел ночью, перед рассветом на днёвку устроился у разбитого авиацией советского лёгкого танка, а утром на меня наткнулась немецкая разведка. Судя по бывшей у них рации, артиллерийские наводчики. Я обоих застрелил из пистолета, но у них охрана была — отделение солдат. Во время короткого огневого контакта я был ранен и сильно возжелал отправиться домой. В результате вместе с танком, за башней которого укрывался и отстреливался, оказался тут — танк камнем пошёл на дно, а я вынырнул. Вот что это такое было?! Жаль, проанализировать произошедшее не успел, потерял сознание.

Вырубило меня действительно капитально. Когда я очнулся, то обнаружил, что нахожусь в деревенском фельдшерском пункте. За окном светло, значит, сейчас утро или вечер. Да нет, на утро больше похоже. Рядом на койке Толя спал. Я его сразу опознал. Пришлось пошуметь, ударив ногой по койке, чтобы его разбудить. Дёрнувшись, он проснулся, потянулся и, зевая, сел.

— Доброе утро, Олег Анатольевич. Как себя чувствуете?

— Как ни странно, вполне сносно, хотя говорить и больно. Меня прооперировали?

— Да, вчера вечером. Хирург опытный, бывший военврач, в Афгане наших парней спасал. Тут у сына гостил. Повезло. Рана, сказал, чистая, антибиотики имеются, должен выкарабкаться.

— Дай попить.

Напившись, попросил телефон.

— Хочу своим позвонить, узнать, как жена и сыновья. Всё же пять лет не виделись.

— Да какие пять лет? — криво усмехнувшись, сказал Толя. — С нашего ухода едва месяц прошел. Я тут уже пару недель живу. Устал объяснять, как я так быстро постарел. Кстати, хирург сказал, что у вас свежее пулевое ранение в плечо. Еще заживает.

— Попал в переделку. Бандиты подстрелили, — сообщил я и выдал краткую информацию по своим делам — без особых подробностей. Заодно рассказал, как смог вернуться.

— Значит, в двух мирах побывали и в обоих все одинаково начинается, раз то звено истребителей появляется? — задумчиво изрёк тот и сообщил: — Знаете, Олег Анатольевич, а ведь со мной та же история произошла, но я только в одном мире был, пока сюда не прорвался. Из наших больше никого не появлялось, я думаю, они тоже в этих мирах-копиях застряли, воюют с немцами. И наверняка только Славка этому рад, он все мечтал переплюнуть Вячеслава по количеству сбитых.

— Мне вот не так везло.

Тут нас прервали, в помещение зашёл пожилой мужчина, почти старик, в больничном халате по размеру. Это оказался хирург, что меня оперировал. За ним следом фельдшер сельский зашёл, меня осмотрели, опросили, померили пульс, давление и температуру, сообщили, что ранение хоть и серьезное, но динамика положительная — выживу, после чего хирург спросил, кто меня раньше зашивал. Это он о свежем пулевом ранении.

— Любопытно. Такая штопка давно уже не применяется. Не знал, что кто-то ещё так делает.

— Я участвовал в некоторых спецоперациях, был ранен, скрывался у деревенских в горах. Там и залатали.

— Хм, ясно.

После этого хирург с фельдшером ушли, о чем-то беседуя. Толик — следом за ними. Он уже договорился с местной жительницей, что та будет готовить кашки для меня, вот и пошёл за завтраком. Потом еще кормил меня с ложечки. Пообщались. К вечеру я уже знал его историю, которая, надо сказать, меня поразила. Это каким же надо быль везучим наглецом, чтобы такое провернуть! Да уж, меня везунчиком на его фоне не назовёшь. Однако я хотя бы вернулся в свой мир, в чём также повезло.

— Хорошо ты у немцев погулял, душа радуется, слушая тебя. Я не командир, контрразведчик, у нас другая специфика.

— Но вы ведь тоже командовали, сколько дел за первый день войны в том мире сделали.

— Я больше отдавал приказы, а подчинённые выполняли, так что все заслуги на них. Чёрт, говорить больно стало. Давай завтра продолжим.

На следующий день после обеда, когда меня перевернули на бок, чтобы пролежней не было, я и сообщил Толику:

— Проблема такая: всё, что мне выдали из Гохрана на закупку технологий, производств и информационных носителей, осталось там, во втором мире. Как восстановлюсь, придётся вернуться и забрать.

— Так осень скоро. Надо будет зимние гидрокостюмы покупать. Но это мы мигом, сами знаете, я с трофеями вернулся, средства есть. Хотя свой мешок и потерял. Интересно, в каком мире-копии он всплывёт и что немцы будут с ним делать, если найдут?

— Ты погоди, тут другое дело. Понимаешь, я не пользовался порталом, чтобы вернуться в наше время.

— Это как?! — тот в шоке сел мимо койки.

Вообще, я был единственным лежачим больным в этом фельдшерском пункте. Ещё трое лечились амбулаторно, приходили, получали лечение и уходили.

— Сам не пойму. Я у трассы между Кобриным и Брестом отдохнуть решил, под танком. Точнее, на дневку устроился, устал сильно, а утром на меня немцы наткнулись. Хотя танк в стороне стоял, нечего им там делать было. Принял бой, уничтожил из пистолета троих, но и меня подранили. А тут раз — переместился к мосткам, причём верхом на танке. Тот в воду ухнул, и я за ним. Парнишкам деревенским рыбалку попортил, но хоть увидели меня, вызвали помощь, подняли на мостки. Одно радует, реплика «макарова» в сидоре была, а тот утонул с танком — не достался немцам.

— Охренеть, — взъерошив короткий ёжик волос, протянул Толя в изумлении. — Такого даже со мной не случалось, хотя я и в Берлине побывал — покатался там на «двойке».

— Дети танк вроде не видели, он появился над кромкой воды и сразу в воду ухнул.

— Точно не видели, иначе по всей деревне разговоров было бы, — успокоил он меня. — Значит, портал вы сами открыли? Никакого другого ответа в голову не приходит. Ну-ка…

Я несколько секунд наблюдал, как он тужится, после чего с интересом уточнил:

— Крепит? Сходи к фельдшеру, попроси слабительного.

— Да нет, я попытался переместиться в другой мир. Хм, не получилось. А может, перенос спровоцировало ранение? Но такой способ мне не нравится. Каждый раз в себя стрелять? Нет уж, лучше привычным образом, через портал в болоте.