Создатель кошмаров - Елена Бычкова

— Борец принял препарат, который применяется в генной инженерии, — продолжил эринер, захлопывая крышку блокнота. — Как думаешь, зачем?

— Ну и зачем?

— Ему кто-то подсказал сделать это. Чтобы повысить свои спортивные результаты. Я говорил со специалистами. О влиянии нейронного протектора последнего поколения на организм человека. Нейротекс дает потрясающий эффект: улучшение реакции, снижение болевого порога, невероятная выносливость.

«Все то, чем обладает Тайгер», — мельком подумал Герард.

— Но в случае передозировки… это вещество приобретает мощное побочное действие. Оно убивает во сне. Правда, лишь в определенной фазе сна. — Эринер усмехнулся невесело. — За последние недели я стал специалистом в области засыпания. Когда человеку снится кошмар, на его пике, ну или в самом страшном месте, проще говоря, сердце останавливается.

Аякс забыл об умывании, опустил лапу, замер и уставился на оракула яркими золотыми глазами. Герард кивнул в ответ, его тоже одолевали сомнения. Он знал — Геспер только прикоснулся к сознанию парня, как тот закричал от боли, страха или того и другого одновременно, а спустя долю секунды его сердце перестало биться. Целитель едва успел выдернуть себя из гаснущего мира снов, прежде чем тот схлопнулся, чуть не погубив самого сновидящего.

— Значит, если подвести итог, — сказал Герард. — Борец плотно сидел на препарате, улучшающем физические параметры. Его отцу сделали предложение, от которого тот отказался. Тогда сыну послали кошмар, и если прежде он всего лишь проснулся бы в холодном поту, то сейчас нейротекс, циркулирующий в его организме, послал убойный импульс и остановил сердце.

Неарк утвердительно наклонил голову.

— Если дэймос хочет убить, он убивает, — сказал Герард, глядя на Аякса. — Сам. Лично. Ничего не усложняя и не оставляя следов. Здесь же не просто след, а целое шоссе, ведущее к двум корпорациям. Производителю и потребителю препарата.

Эринер помедлил, похлопывая крышкой блокнота, затем спросил:

— А если это был не дэймос?

— Обычные люди кошмаров не насылают, — невесело улыбнулся оракул.

— Кошмар и не присылали. Они снятся всем время от времени. Но в данный момент я не про обычных людей. Мастера снов ведь тоже умеют управлять подсознанием. Ни для кого из них не составит труда отправить нужный психический импульс…

— Никто из нас не убивает людей, — ответил Герард резко и, видимо, слишком громко, потому что внук поморщился, а две девушки, проходившие мимо, оглянулись.

— Это всего лишь одна из версий, — отозвался Неарк миролюбиво. — Ты сам учил меня рассматривать любые варианты, самые невероятные.

— Версия Пятиглава — борца убил дэймос, — уже спокойнее произнес оракул. — И мой друг, сновидящий, столкнулся с ним.

Герард кратко рассказал о встрече с Креоном на стадионе, попытке Мэтта вылечить его и внезапном нападении морока.

Эринер выслушал, на секунду вид у него стал отсутствующим, глаза погасли, взгляд как будто замкнулся сам на себе, отторгая картину окружающего мира.

Аякс фыркнул и развалился на скамье, столкнув на землю пустой стакан.

— Хочешь сказать, что это совпадение, — произнес наконец Неарк. — Нейротекс отдельно, дэймос сам по себе. Парень хотел стать чемпионом, таинственный доброжелатель подсунул эффективный препарат. А у темного сновидящего была своя цель, закончившаяся смертью Креона.

— Не исключено.

— Да, но вот только сегодня утром нам сообщили о смерти еще одного спортсмена. Пловец. Двадцать лет. В крови та же убойная доза нейротекса. Умер во сне.

— Родители?

— Мать — преподаватель. Отец — программист. Никаких угроз, требований и предупреждений не поступало.

— Где они берут препарат?

Неарк многозначительно улыбнулся и произнес:

— Я сейчас в «Эглу». Ты со мной?

— Едем. — Герард решительно поднялся со скамьи.

Аякс спрыгнул на землю и, взметнув хвост как флаг, направился в сторону машины. Неарк быстро сгреб мусор в пустую коробку, бросил в урну, где тут же зашумел утилизатор, и пошел следом за котом.

Эринер занял место рядом с оракулом, пронаблюдал через плечо, как черная косматая тень взлетела на заднее сиденье и застыла там с видом сфинкса.

— Он всегда с тобой? — спросил Неарк, хотя знал ответ.

— Всегда, — ответил Герард, выводя машину со стоянки.

— Ида умерла, мать уже немолода, а ты со своим котом по-прежнему…

— А я по-прежнему работаю, — сказал оракул.

Просто констатировал факт, но Неарк услышал в его голосе столько силы, выдержки и воли, что ее хватило бы на целый департамент эринеров. «Ну, или хотя бы на один отдел точно», — усмехнулся внук прорицателя.

Герард работал. Днями, неделями, годами… десятилетиями.

Видел будущее и прошлое. Погружался во время, сортировал часы и просеивал минуты. Искал реальные факты в нереальном пространстве.

Он появлялся, исчезал, снова мелькал на горизонте и опять уходил в тень. Он всегда существовал в другом мире. Где жили обворожительные, прекрасные, вечно молодые женщины и мужчины. Которые платили за свою долгую жизнь и юность постоянным риском, напряжением всех сил, безумием, смертью…

— Вполне вероятно, что эти два спортсмена не последние жертвы. Но мы не знаем, есть ли еще кто-то, кто принимает нейротекс, — сказал Герард, поворачивая руль.

Машина свернула с каскада садов на трассу, ведущую из города.

— Представители спортивной федерации обещали провести проверку. Но представляешь, сколько это займет времени? Да к тому же у нас каждый второй занимается спортом. На вполне профессиональном уровне. Любой может стать жертвой.

— Возможно, — задумчиво произнес Герард.

По рассказам матери, Ида восхищалась им. Принимала как должное все странности. Запрещала шуметь, когда он «работал». Хотя Герард спал так крепко, что его не разбудил бы и горн Ники. Помогала в работе, сглаживала все острые углы непростого характера и очень жалела, что ее дочь не переняла уникальный дар.

Потом ее не стало, а он остался. Работать.

— Чем быстрее я пойму, что ему нужно, тем быстрее мы его… или их… поймаем. — Герард притормозил перед въездом в тоннель, пропуская рейсовый автобус.

— Кстати, меня давно интересует, почему ты считаешь, что дэймоса может вычислить и нейтрализовать только сновидящий? — спросил эринер. — Выстрелить из оружия и попасть способен любой неплохой стрелок, хоть это вы в Пятиглаве не беретесь отрицать. А понять, какие мотивы у преступника, кто он и где скрывается, должно быть, не сложнее, чем при обычном расследовании. И дальше действия по обезвреживанию ни один дэймос не способен остановить, не будет ведь он заранее воровать носовые платки у всего состава эринеров Полиса, чтобы вызвать у них резкую головную боль, — Неарк усмехнулся, — или удушье в момент выстрела. По сути, мне кажется вообще не слишком важным, что преступник — дэймос. Методы поиска могут быть совершенно идентичны обычным нашим методам. Так почему ты убежден, что в разоблачении и обезвреживании дэймосов эринеры настолько бесполезны?