Бродяга - Владимир Поселягин

Старый слуга сообщил, что теперь моё имя – граф Арнес Вивьен Ар-Биной. Я сын герцога Вивьена Гур Ар-Биноя и герцогини Бьянки Деи Ар-Биной. Отец адмирал, командующий военным флотом империи Эмини, по территории которой мы уже какую неделю плывём. Мать, считай, домохозяйка. Однако у Арнеса имелись три брата и две сестры. Арнес был самым младшим, и, со слов несколько замявшегося старого слуги, младший братишка у старших популярностью не пользовался, да и видели они его мало. Арнеса держали в самом дальнем поместье на границе империи. Кстати, тут я и узнал, как паренёк попал в рабство. Да просто: на поместье напали и сожгли его. После трёх месяцев мытарств Арнеса вернули за выкуп. Отправился за ним доверенный слуга герцога Лучин. Так вот, именно Лучин до шести лет заботился об Арнесе, пока, видимо, родители не убедились в слабоумии сына и не отправили с глаз долой. Последнее я сам додумал. Так логичнее. Такие важные, известные люди, адмирал флота, и чтобы сын – урод? Так что правильно сослали. Хм, а мне теперь что делать?

Сегодня мы прибывали в столицу империи, находившуюся в устье реки. То, что мы до моря добрались, я и так чуял, йодом запахло. Пока море не видно, но уже час, как по берегам набережные с обеих сторон пошли и сплошные застройки. Двух-трёхэтажные дома. Каменные. Большая столица, я даже не ожидал. Как пояснил Лучин, столица в основном вытянута вдоль реки, а поместья или загородные дома с приусадебными участками находятся на окраинах. Дальше будет крепость и дворец императора. Рядом – особняки видных людей города, включая отца Арнеса. Своим я его не считал, да и как тут посчитаешь? Пообщаемся, как сможем, и расставим все точки над «i». Перед герцогом я маскироваться не собирался. Главное – поговорить с ним, по ходу беседы и решу, говорить или нет. Как пойдёт та. Лучин наверняка доложит о просветлении в сознании младшего сына, вот по результатам и буду отталкиваться.

Когда река расширилась и облагороженные набережными берега остались позади, я увидел в центре устья, на острове, ту самую крепость, а слева на берегу – дворец императора и район элитных особняков. Хм, когда Лучин говорил о крепости и дворце императора, я думал, что это одно и то же. Ан нет. И красивый вид оказался. Судно стало поворачивать к пристани, но не влево ко дворцу и особнякам, а вправо, где был крупный порт, как речной, так и морской, как я понял, там мы и пришвартуемся. Причина проста в таком решении: карету скатить на берег можно было только здесь. Около часа длилась выгрузка, после чего мы устроились в карете и покатили в город. На другую сторону столицы через реку перебрались на одном из шести паромов, действовавших на реке.

К нашему поместью, большому, я бы сказал, мы подкатили уже вечером. Солдаты отправились в казармы, так как они числились в личной сотне адмирала, его гвардейцы, а мы, въехав на территорию поместья, подкатили к входу в особняк. Ну вот, казалось бы, и час икс, сейчас всё и решится. Однако, к моему удивлению, встречали меня только слуги, которые отнесли сундук с моими вещами в одну из комнат во дворце, где я и остался ждать. Лучан куда-то подевался. Никто из семьи так и не встретил, да и не увидел я их. В комнате оказалось ростовое зеркало с очень дорогой рамой, фигурно вылитой из бронзы, с украшениями. Тут были сцены охоты. Встав у зеркала, я внимательно осмотрел себя. Да уж, хлюпик с тощими плечами и цыплячьей грудью. Три недели, как делаю зарядку и силовые нагрузки, а внешне это никак не сказалось. Ладно хоть, загорел хорошо, вон кончики волос выцвели. Мне мой вид понравился, а физическое состояние я подниму. Вот подстричься обязательно нужно, совсем оброс.

А вот и Лучан. Постучавшись, он вошёл в спальню и, слегка поклонившись, сообщил:

– Ваше сиятельство, ваш отец и ваша мать просили передать, что они находятся на званом ужине у императора и будут поздно. Ваша встреча с ними откладывается до завтра.

– Хорошо, Лучан, благодарю. У меня есть несколько вопросов, и я хотел бы их прояснить.

– Вы неправильно фразы построили, – поправил меня учитель и объяснил, как нужно, так что я исправился, ну и поинтересовался по поводу магии и магов.

– Магия есть, и маги тоже.

– Это редкость?

Слуга задумался, прежде чем ответить, видимо, вопрос не самый простой:

– Маги есть, не так много, как нужно, но есть.

– Ты лечил меня теми камнями. Это работа мага?

– Мага-создателя, – поднял тот палец. – Это большая редкость. В столице их всего тридцать шесть.

– А остальные тогда кто?

– Они маги.

– Кажется, я понял. Спасибо, Лучан, иди отдыхай. День выдался тяжёлым.

– Как прикажете, ваше сиятельство. Но как же отход ко сну?

– Не волнуйся, я и сам справлюсь.

– Но так не принято.

– Я никому не скажу, не беспокойся.

Лучан ещё раз поклонился и покинул мои покои, как я понимаю, временные. Адмирал, со слов Лучана, мужик суровый, боевой офицер, и от него можно ожидать чего угодно. Кстати, самая большая пикантность в даунизме Арнеса в том, что после рождения его обручили с дальней родственницей императора. У них разница всего в два месяца, Арнес был старше, и это обручение официально зарегистрировано и подтверждено церковью. Просто так не разорвёшь, а жених – идиот, и это из разряда анекдотов. То-то младшего сынка в дальнее поместье сослали. Я не удивился бы, если бы нападение на поместье было организовано самим папашей. Погиб сын, с адмирала и взятки гладки, всем это удобно. А тут раз – выкуп просят, и куда деваться? Выкупил. Так что чую, действительно разговор непростым выйдет. Ладно, спать пора, завтра будет видно, что и как.

* * *

Утром Лучан снова помог мне одеться, это уже становилось привычкой, причём мой гардероб не такой и богатый. Да всё, что было в том сундуке, не более. Вон он у входа стоит. Всё, что в нём было, сейчас в шкафу висит или лежит. Правда, я своему синему костюму не изменил, остальное откровенно бабское, с разными подвязками и цветочками. Мой костюм только что доставили, пахнет свежестью, постирали и выгладили за ночь. Причём, похоже, руками, магию на такие пустяки никто не использует. Я вообще заметил, что здесь отношение к магии воодушевлённо-трепетное, но постоянно её не используют, с большой редкостью. Я лично был свидетелем этого лишь дважды: подошвы ног мне заживляли да подбородки тех дворянчиков. Может, просто Лучан старался не применять, у меня же основное общение с ним было. Тоже поди угадай. Семья, как я убедился, довольно богатой была, могла себе позволить. Скорее всего, просто не принято было. Информации мало, пока непонятно.

Пока Лучан помогал мне одеваться, зашёл слуга, этого я ещё не видел, и сообщил, что хозяин ждёт меня в своём кабинете. Хочет поговорить до завтрака. Вот оно! Что ж, идём. И пока шли, я обдумывал одну немаловажную деталь. Семейным считалось левое крыло особняка, там располагались комнаты герцога с женой и их детей, а мне выдали апартаменты в правом крыле, гостевом. Навевает не на самые приятные мысли.

Стучаться в дверь слуга не стал, а сразу открыл, пропуская меня внутрь. Кабинет был хорошо освещён, шторы на двух высоких, но узких окнах были раздвинуты. У меня в комнате тоже узкие окна, видимо, это такой стиль архитектуры. Похоже, кабинет скрестили с библиотекой, так как все свободные стены были заняты полками с книгами, у окна – высокий массивный стол, за которым сидел герцог, пожилой мужчина в домашнем халате, на вид ближе к шестидесяти годам. Виски уже покрыты серебром. Теперь понятно, на кого Арнес похож, он был копией своего отца, не спутаешь. Герцог с некоторым интересом смотрел на меня, изучая. Так смотрят на собачку, которая внезапно заговорила, и не знаешь, как на это реагировать. Вроде я правильно распознал взгляд герцога. Кроме нас двоих, в кабинете больше никого не было. Да и пока меня вели, кроме двух слуг мы никого не встретили.