Доктор Кто. Клетка крови - Джеймс Госс

– Равно как и я, – сказал 428-й.

Я отпустил его и поднялся, пытаясь отдышаться. 428-й последовал моему примеру.

Мы стояли и с опаской смотрели друг на друга.

– Здесь случилась какая-то дрянь, – сказал 428-й, осматривая коридор. – Дрянь – это такой научный термин, – перехватив мой взгляд, он вскинул руки. – Извините, – сказал он, и, похоже, вполне искренне. – Если я сейчас вас раздражаю, меня в юности вы бы просто возненавидели.

Я шагнул вперед и поморщился. 428-й был прав, я сильно ушиб колено.

– Итак, 428-й…

– Да, сэр?

– Все заключенные в этом секторе пропали. Караульные тоже. Куда они делись? Что вы с ними сделали? Кроме вас, я здесь больше никого не нашел, мне это кажется подозрительным.

– А я здесь не нашел никого, кроме вас, и это кажется подозрительным мне, – он подмигнул. – Довольно споров.

– Я все-таки Управитель, – сказал я.

– Ага, так я вам и поверил, – сказал 428-й.

Повисла неловкая тишина.

– Но это правда! – возразил я.

– Да неужели? Может, вы просто приняли его облик. И если так, где ваш Караульный?

Я указал в темноту.

– Он отправился выяснять, что случилось со светом… и… не вернулся.

– Ладно уж, – сказал 428-й, садясь на койку. – Будь вы инопланетным оборотнем, придумали бы легенду получше. Видите? – он развел руками. – Видите, какой я доверчивый? Как сильно я верю в людскую честность? Попробуйте как-нибудь. Вам понравится.

Я плюхнулся на койку рядом с ним.

– Зачем вы выбрались из камеры? – враждебность в моем голосе удивила даже меня самого. – Зачем включили сигнализацию?

428-й прислонился спиной к стене и поцокал языком.

– Обычно я действую куда осторожнее, правда? Но, полагаю, мы оба устали. А эта тревога продолжалась более шести минут. Я говорю «более шести», чтобы вышло непринужденно и чтобы случайно не сболтнуть, что длилась она ровно шесть минут и тридцать девять секунд. В обычное время можно ощутить, как мощность перераспределяется, пытаясь купировать сбой. Ну, знаете, становится жарковато, сила тяжести уменьшается на 0,3 процента, а потом на 0,8… Вот они, тревожные звоночки. Но в этот раз – ничего. А значит, в этот раз система не смогла справиться с неполадками, какова бы ни была их причина. Пришлось устроить ей хорошенькую взбучку.

– В смысле?

– Чтобы открыть дверь камеры так грубо, как это сделал я, нужно очень постараться. Из-за меня сработали все сигнализации разом, верно? Это расшевелило-таки вашу систему, и она взялась за дело.

– Хотите сказать… вы сбежали, чтобы мне помочь?

– Именно, – подтвердил 428-й. – Ну, и еще чтобы немного прогуляться.

– Прогуляться… сюда, на Шестой уровень, где я нашел вас и больше никого?

– Да, – ответил Доктор. – Выбираясь из камеры, я заодно взломал систему диагностики и увидел, что на Шестом что-то не так. Если проверите записи, то поймете, что неладное здесь началось еще до того, как я покинул камеру. Что-то открывало двери и забирало всех оставшихся заключенных.

– Если только, – я ухмыльнулся, – вы не покинули камеру раньше, а сигнализацию включили потом, чтобы обеспечить себе что-то вроде алиби.

– Хитро, спору нет, – 428-й кивнул. – Вы и впрямь мыслите в таком ключе, да? Полагаю, именно поэтому вы здесь Управитель, а заключенный – я?

– Да вы смеетесь надо мной.

– Как вы могли такое подумать, сэр, – 428-й вскочил на ноги. – Идемте. Давайте выясним наконец, что здесь происходит.

И тут мы обнаружили, что дверь заперта.

В пылу борьбы мы случайно ее захлопнули, и сработал автоматический замок.

– Неловко, наверное, – хмыкнул Доктор, – оказаться взаперти в камере собственной Тюрьмы. Неприятно вышло.

Повисла тишина.

Я скрестил руки на груди.

– Ну что, покажете мне, как у вас это выходит? Отпирать все двери?

428-й вскинул бровь.

– Если вы не против, мне не хотелось бы раскрывать все карты.

– Ну разумеется.

– Если вы отвернетесь на минутку…

– Вот уж вряд ли.

Где-то вдалеке раздался грохот. И еще раз. Звук отдавался эхом по пустому этажу. И приближался.

– Это еще что? – спросил я.

428-й посмотрел на меня.

– Это ваша тюрьма, странно, что вы не знаете. Это грохот множества дверей.

– Да, но откуда он исходит? 428-й, вы ведь должны знать!

– Мне страсть как хочется это выяснить.

– А вот мне не очень, – едва сказав это, я понял, каким трусом выгляжу. Возможно, я им и был. – Послушайте, 428-й… Здесь мы в безопасности. Дверь заперта.

– Неужели? – 428-му, похоже, было весело. – Не знаю, что это за штука, но скорее всего, она ищет нас. И когда обнаружит, что единственная запертая дверь – эта…

– И впрямь. Но ведь должен быть способ ее отпугнуть?

428-й меня не слушал – он копошился у двери, стоя на коленях. Я повторил вопрос.

– Именно это я и пытаюсь сделать, – ответил он сквозь зубы. – И боюсь, вам не понравится. Так что, пожалуйста, отвернитесь.

– Да ладно, у вас просто где-то припрятан ключ, да?

– Тише. Уже слишком поздно. Прислушайтесь. Оно совсем рядом.

Одна за другой двери распахивались и грохотали все ближе и ближе. Что-то трижды сильно ударило по двери камеры, в которой прятались мы. А затем… тишина.

– Оно знает, что мы здесь, 428-й, – прошептал я.

– Зовите меня Доктор, пожалуйста, – сказал 428-й. – В такие времена слышать свое имя приятно. Это помогает сосредоточиться. Позадавайте еще какие-нибудь глупые вопросы, ладно? Это тоже поможет.

– Хорошо… Доктор. Оно знает, что мы здесь.

– Да, плохи наши дела, – признал 428-й. – И отпугнуть его я никак не могу.

Еще три удара. На двери камеры появились огромные вмятины. Петли затрещали.

– Почему… – я немало удивился. – Почему дверь не открывается? Ведь ручка с той стороны.

– С той, верно, – 428-й встал, вид у него был немного застенчивый. – Но электронный магнит – с этой.

– Что?

Он указал на небольшой металлический предмет, приделанный к дверной ручке.

– Я собрал его в мастерской.

– Что?!

– Благодаря ему мы все еще живы, разве нет? Лучше бы спасибо сказали.

– Но как вы…

Три новые вмятины и жуткий грохот.

– Серьезно, вы хотите поговорить об этом сейчас?