Бог пива - Константин Крапивко

Джем скорчился на полу, подтянув колени к груди и безуспешно пытаясь набрать воздуха в легкие, а Ларе продолжил избиение, пиная его ногами.

– Алё, хватит, – крикнул я не выдержав, – ты же его убьешь!

– Не, – сказал Ларе, – убиваю я мечом.

– Хорош, говорю! – Я подбежал к ним.

– Исключительно в целях самозащиты, – объяснил Ларе, нанося очередной удар подкованным сапогом. – Я их отучу шутки со мной шутить…

– Хватит, наконец! Какая самозащита?! Ты десять таких трактирщиков легко уделаешь… – Я схватил Ларса в охапку и попытался оттащить от жертвы.

– Я-то уделаю, – согласился он, легко выскальзывая из моих объятий, – да где их взять? Боятся все. Впрочем, вы, как всегда, правы, дружище. Этому делу мы тоже обязаны дать официальный ход.

Джем наконец со свистом втянул воздух.

– Это что же получается, – простонал он, – получается, последний зуб мне выбили, демон вас накорми…

– Караул! – вдруг оглушительно заорал Ларе. – Спасите-помогите! Убивают-грабят! Ом!

– Чего это он? – спросил я, опускаясь на корточки и поднося флягу к разбитым губам Джема. – С глузду съехал?

– Ритуальное заклинание. Полицию зовет, гад… Запомни, тебе, как законнику, пригодится. Законников еще чаще, чем трактирщиков, бьют…

В кабак, громко топая, вбежал приземистый мужичок. Черная плетеная кольчуга обтягивала его могучие плечи и бочкообразную грудь. Голову венчал рогатый шлем, украшенный золотыми бляхами. На левом бедре у вбежавшего болтался короткий меч, за плечами висел колчан, набитый стрелами, а в руках он сжимал здоровенный арбалет.

– Ага, – радостно вскричал он, увидев трактирщика, – труп! И злоумышленник, цинично склонившийся над бездыханной жертвой!

– Кто это? – шепотом спросил я.

– Идиот! – хором ответили бог войны и бог чревоугодия.

– Вы арестованы за оскорбление должностного лица, находящегося при исполнении служебных обязанностей! Всем оставаться на местах!

– Это не оскорбление, – вздохнул Ларе, – это печальный факт.

– Кто такой? – спросил любитель арестов, направляя на меня арбалет. – Я вас не знаю. А ну-ка, повернитесь в профиль и держите руки так, чтобы я их видел!

– Я вас тоже не знаю, – возмутился я, на всякий случай поднимая руки.

– Старший уполномоченный заместитель советника Верховного бога в делах законности и порядка Россума по второстепенным вопросам, бог порядка Тор Ефрей!

– Васин, – сказал я, смутившись. – Русский…

Ефрей долго и пристально разглядывал меня, как будто я был последней выставочной моделью суперсервера фирмы IBM, потом выудил из-под кольчуги пергаментный свиток и углубился в его изучение.

– А почему вы не зарегистрированы, Русский Васин? – спросил он. – Уклонение от регистрации карается! Предупреждаю, что все, что вы скажете, будет использовано против вас!

– Отстань от парня, – прокряхтел Джем, садясь. – Это новичок. Первый день. Он ни в чем не виноват.

– Все в чем-нибудь виноваты, – сообщил бог порядка. – Скучно с вами. Даже трупа нет! Я не понимаю, зачем меня вообще вызвали?

– Это я вызвал, – сказал Ларе. – Правда, я надеялся, что сегодня не ваше дежурство… Впрочем, к делу. Я обвиняю бога чревоугодия Джема Красноносого в попытке отравления и в вооруженном нападении на посетителя. Оба преступления были направлены против меня. Вот орудие злоумышленника…

– О! – обрадовался Тор. – Молоток! У меня в коллекции такого нет. Вещественное доказательство конфискуется в интересах следствия!

– Я еще не закончил, – властно перебил его Ларе. – Обстоятельства преступления позволяют предположить, что им заинтересуется сам Верховный.

– Сразу к Верховному? Не положено! Порядок – прежде всего. Составим протокол, переночуете в участке, небольшой допросик с пристрастием…

– К сожалению, вынужден настаивать на своей просьбе. Вы помните основные положения разъяснительной записки центрального секретариата от двенадцатого года прошлого века?

– Разумеется, – неуверенно сказал Тор.

– В таком случае я жду, когда вы соблаговолите препроводить нас к Верховному, – торжествуя, заключил Ларе.

– Не знаю, не знаю… Кажется, вы просто пудрите мне мозги. Я должен подумать!

– Вы что же, собираетесь заняться этим прямо сейчас?! – испуганно вскричал Ларе.

– Ладно, – сказал Тор. – Верховный разберется. Встаньте рядом.

Ларе подошел и заботливо помог Джему подняться. Я поддержал бога чревоугодия с другого бока. Бог порядка сделал несколько смешных танцевальных па и защелкал пальцами…

Через секунду мы уже стояли в просторном светлом зале. Я не слишком удивился, так как ожидал чего-то подобного, но отдал должное местным средствам передвижения. Никакого Верховного в зале не было. Зато была потрясающе красивая женщина. Она стояла рядом с заваленным свитками столом и приветливо рассматривала нас зелеными глазами. На ней была такая легкомысленная ночнушка, что я испугался, не попали ли мы в чужую спальню.

– Елена, нельзя быть такой жестокой, – пропел Ларе, подлетая к ней и целуя ручку, – я не видел тебя целую вечность…

– То есть сто лет, – сказала она, брезгливо вытирая обслюнявленную ладонь одним из свитков. – Я надеялась, что выгляжу моложе. Что привело вас сюда, боги?

– Рутинные дела, прекраснейшая, – весело сказал неунывающий Ларе. – Сможет ли Верховный принять нас? И что ты делаешь сегодня ночью?

Красавица раздраженно вскинула голову. Глаза наши на мгновение встретились. Она что-то ответила. Потом снова раздался баритон Ларса. Потом заговорил кто-то еще. Смысла я не понимал…

Да и какая разница, о чем они говорили? Какая разница человеку, внезапно осознавшему, что вся его прошлая жизнь была лишь серой чередой бессмысленных поступков, которых он сейчас стыдился? Чем я занимался, при этом воображая себя человеком, мало того – мужчиной?!

Я ежедневно ел и спал, много пил и еще больше курил, ездил на дачу и за границу, соблазнял девушек и женился, учился играть на гитаре и в университете, откровенно халтурил и самозабвенно работал, дрессировал кошку и размышлял о смысле жизни, слушал Битлов и читал Чехова… Больше тридцати лет я бестолково пустил на ветер! Но теперь со всем этим кончено. Теперь у меня появилась настоящая, возвышенная, великая цель!

Отныне и навсегда, подобно верному псу, я буду ползать на брюхе у ног зеленоглазой красавицы! А-а! Я украду ее чулки и стану подглядывать за ней из кустов! О-о! Я стану убивать ее поклонников и буду ныть под ее окнами серенады! У-у! Я…

Тут, к счастью, мне под ребра вонзился острый локоть Джема. Я тяжело перевел дух и вышел из ступора.

– Опомнись, парень, – проворчал Джем. – Это всего лишь богиня любви. Их тут много.