Возрождение ковчегов - Дженнифер Броуди

Они готовились к войне.

– Тревожные времена настали, – сообщил старейшина всему Ордену, как только Виник и майоры известили его о том, что внезапно вернулся Четвертый ковчег. Обычно степенные, названые братья и сестры мастера не выдержали и со скоростью бластерного залпа забросали его вопросами:

– Брат, а где все это время был Четвертый ковчег?

– Брат, а у них есть носитель? Кто командует кораблем?

– Брат, что нужно Четвертому? Зачем они вернулись?

Как ни старался старый оружейник просветить Орден, многое по-прежнему оставалось загадкой.

– Мои названые братья и сестры, о Четвертом ковчеге известно совсем мало, – говорил он, указывая в сторону круглых иллюминаторов в стенах Кузни, за которыми виднелась черная бездна. – У них невероятно мощная система маскировки, мы с такой еще не сталкивались. Майоры пытаются взломать их защиту, но пока им это не удается. Сам же Четвертый хранит молчание. Впрочем, доподлинно известны три вещи. Во-первых, у них есть носитель, во-вторых, они летят к Первому ковчегу.

– А в-третьих, брат? – спросила одна из младших сестер. Ее бритый лоб поблескивал под сдвинутым на затылок капюшоном. Старейшина нервно потеребил бороду.

– У них на борту ядерное оружие.

Члены Ордена испуганно зашептались, и старый мастер поднял руки, призывая всех к тишине. Широкие рукава его багряной мантии сползли к плечам, обнажив мозолистые локти. Успокоились оружейники не сразу, но, когда воцарилось молчание, прозвучал новый вопрос:

– Брат, а у них… есть… оружие Конца?

Говорила все та же юная оружейница, принятая в Орден всего два года назад. Старый мастер заметил, как дрожат ее губы. Сам он в ее возрасте о войне только слышал. «А ведь мы еще только на пороге конфликта», – напомнил он себе. Худшее ждало впереди.

Старик покачал головой:

– Майор Дойл провел первичное сканирование: результат отрицательный. Хвала звездам, они не владеют этим жутким секретом. Впрочем, нельзя быть уверенными.

Предупреждая новый поток вопросов, старейшина заговорил дальше:

– Наша колония готовится к войне. Верховный командующий приказал выковать новые фальшионы. Он намерен вооружить младших курсантов Агогэ.

Члены Ордена неодобрительно загудели.

– Это же святотатство, брат!

– На овладение фальшионом уходит время, брат!

– Брат, необученных новобранцев связь с фальшионом может убить. В Архивах есть упоминания об этом: погибло много юных душ.

Старейшина снова вскинул руки. Сейчас он был как никогда рад, что Кузня стоит особняком и здесь можно говорить свободно, не опасаясь, что их могут подслушать Верховный командующий или майоры.

– Мои названые братья и сестры, об этих рисках мне известно, однако Верховному командующему опасно отказывать. Он только и ждет удобного повода, чтобы лишить Орден независимости. Боюсь, если мы воспротивимся его требованию, он получит именно то, чего хочет: заклеймит нас предателями, как и нашего юного брата, который томится сейчас на гауптвахте.

Ответом ему было холодное, суровое молчание: Орден понимал, что противостояние Винику поставит под удар само их существование.

– Есть еще вопросы насчет приказа Верховного командующего? – спросил старый мастер. – Говорите сейчас или молчите вечно.

Молчание затянулось, сделалось глубже и заключило Кузню в ледяные объятия. Казалось, это ощущают даже машины: они как будто стали гудеть и жужжать тише, словно тоже затаили дыхание.

Старый мастер кивнул, принимая жертву братьев и сестер. Орден основывался на нерушимых принципах, и сейчас, согласившись дать оружие в руки неподготовленным курсантам, принял нелегкое для себя решение.

– Как вы знаете, изготовление фальшионов требует большого мастерства и точности, поэтому мы установим новый распорядок. С этого момента спим по четыре часа в сутки – чтобы успеть выполнить требования Виника. Пока мы спим, машины тоже будут отдыхать и перезаряжаться. Молюсь, чтобы все мы пережили это испытание.

Так Орден начал готовиться к войне.

Старик оружейник знал, что надо поспать, но этой ночью ему предстояла миссия. Тайная миссия, напомнил он себе. Скрипя коленями, – все ли это слышали или только он? – мастер направился в самую дальнюю часть Кузни. Туда, где потолок начинал плавно понижаться, образуя укромную нишу. Здесь продолжала гореть одна-единственная панель: в узкой лужице света стоял Архив, стеллажи с книгами до самого потолка, заполненные древними томами, под весом которых кое-где даже прогнулись полки.

Мастер окинул их гордым взглядом. Здесь хранились все знания Ордена: собранные за долгие годы, записанные чернилами на толстых листах, украшенные витиеватыми золотыми буквицами с размазанными черными краями, – как рукописные тома средневековых монахов.

Мастер остановился у первого стеллажа и провел пальцем по толстому слою пыли на одной из полок. Об Архиве совсем не заботились, и это удручало. С годами в библиотеку стали заглядывать все реже и реже. Младшие братья и сестры уже не так высоко ценили священные труды предков.

Идея создания Архива была проста: если Первый ковчег провалит миссию и его компьютеры будут уничтожены – энергетическим импульсом или еще каким бедствием, – останутся эти рукописные книги. Они переживут компьютерные чипы, провода, железо и машинный разум. Фиксируя знания на бумаге, пером и чернилами, оружейники увековечивали их. Бросали вызов времени.

Само собой, время старило книги и делало их нечитаемыми: чернила блекли, страницы ветшали и крошились. Но оружейники опережали его: изымали старые тома и копировали их. Орден разработал сложную систему переписи, и каждая книга оставалась штучной работой: в каждой можно было угадать руку копииста по почерку и украшениям. Старейшина определял их с первого взгляда.

Он прошел вдоль второго стеллажа, остановился у нужной полки и дрожащими руками снял с нее увесистый том. Отошел к столу и с глухим стуком опустил на него книгу. В свете панели мастер прочел название на выцветшей потертой обложке: «Учение Предшественников». Под ним имелась приписка: «Сохранено Орденом оружейников».

Мастер принялся перелистывать ломкие страницы, водя глазами по узорным строчкам, украшенным золотыми буквицами. Коснулся миниатюры, изображающей Уробороса, провел пальцем вдоль тела змея, хватающего себя за хвост. Нашел отрывок из учения, один из самых священных текстов:

Лишь когда надежда потеряна и ночь длиннее дня,

А те, у кого в сердце зло и на устах – смерть,

Уничтожают то, что мы старались спасти,

Явится тот, кто вернет нас к истинному дому,

Избранный, носящий Маяк и освещающий путь.

Оружейник склонился над книгой, нахмурив брови. Подумал о Верховном командующем Джейдене Винике. Вызвал в уме его портрет: узкое лицо, маленькие глазки и острый нос. Мастер до сих пор помнил Виника тощим мальчишкой, который в Агогэ набрал больше всех баллов по боевой подготовке. Старый мастер ни за что не взял бы такого в Орден. Уже тогда характер Виника имел изъяны: зависть, тщеславие, вспыльчивость и недостаток терпения в учебе. Он был недостоин звания Верховного командующего.