Должность во Вселенной. Время больших отрицаний - Владимир Савченко

1

Было что-то фатальное в том, что именно люди, на которых дрейф в небе галактик то ли фантома М31, то ли самой М31 не произвел бы столь оглушительного впечатления, как на прочих, работники Катаганского НИИ НПВ, ничего не знали об этом. Даже астрофизик Любарский, что уж совсем нехорошо; впоследствии ему будет очень неловко. В самом деле, во-первых, им было известно, что пространство может быть неоднородным, а благодаря этому качеству – управляемым полями; во-вторых, поднимаясь в кабине ГиМ в Меняющуюся Вселенную в Шаре, они видывали и не такое; могли приближаться к галактикам, смещаться в стороны, удаляться.

Тем не менее так. Не ведали. В самые последние дни это было чем оправдать, но до этого… Главным была заполненность их умов исследованием МВ плюс уверенность, что в Большой Вселенной ничего подобного быть не может; там все стабильно.

Да и вообще: много ли мы уделяем внимания тому, что выходит за границы прямых интересов и обязанностей? Будь то даже Вселенная. «Хватит и одной, зачем нам две!» Наш мир – то же корыто, хоть безусловно более обширное и затейливое, чем у хрюшек.

А в последние дни, после обрушившихся на институт бед: крушение системы ГиМ, гибель Корнева, Шаротряс, едва не обрушивший башню, и напоследок смерть Валерьяна Вениаминовича – сотрудникам и вовсе стало не до внешних событий. Теперь и в свою (!) Меняющуюся Вселенную они не могли подняться: не на чем.

(Впрочем, насчет внешних событий – не совсем верно. Одно происшедшее в эти недели было крайне важно и для института: крушение великой страны, в которой они жили. Важно в простом деловом смысле: какая она ни была, эта страна, на нее можно было положиться и в больших делах, и в большой беде. Помогла бы, поддержала. А теперь – это становилось все яснее с каждым днем и с каждым событием развала СССР – положиться было не на кого. Только на самих себя.)

И хоть прибыли на совещание «отцы города», в том числе и Виктор Пантелеймонович Страшнов, много ждать от них не приходилось. Во-первых, они были уже не в прежнем качестве; тот же Страшнов теперь частное лицо, обладавшее высоким авторитетом просто потому, что всюду находились его протеже и ставленники. Во-вторых, их явно больше, чем все иное, беспокоило, не грядут ли еще беды и неприятности от Шара.

2