Тени Богов. Искупление - Сергей Малицкий

«Там, где кончается дорога,

не кончается путь…».

Пророк Ананаэл

Каменный завет

– Я потерял покой, – вдруг произнес под цоканье копыт Ло Фенг, когда на фоне взметнувшихся к небу Молочных гор выросла неприступная даже на вид крепость Опакум. Отсюда, с южной стороны она казалась ничуть не менее грозной, чем с запада, пусть и выглядела огромной игрушкой. Солнце подсвечивало бастионы с востока, и оттого серые обводы крепости казались вылепленными из сушеного меда, покрытого алой глазурью, к тому же стекла в замковых окнах сверкали солнечными отблесками в цвет украшающих их витражей. Даже верхушка менгира, вырастающего из западной стены, которая была едва видна – сияла на солнце.

– О чем ты? – спросила Рит, которая вместе с Шэком держалась возле эйконца.

– Обо всем, – ответил Ло Фенг. – Об Эфе и Фаре, доверившихся мне. О Моркете, оказавшемся жнецом. Об Оркане, который думает, что я спас его сына. Ненависть поселилась в моем сердце. К самому себе. К обстоятельствам, которые лишили меня покоя. К умбра. Капля черной краски не окрашивает белый лист в черный цвет, но портит его. Так не должно быть. Полудемоны не должны жить среди людей.

Шэк расправил усы, оглянулся на Амму, которая по-прежнему почти лежала на шее своей лошади, и недоуменно хмыкнул:

– Ну, я не очень понял насчет полудемонов, мало ли что могло показаться… Да и жнец ли то был? Чтобы жнец явился ради смерти двух человек… Но даже и если и так? Волки и олени живут в одном лесу.

– Люди не олени, – не согласился Ло Фенг. – А эти умбра не волки, потому как волки убивают, чтобы насытиться, а не для того, чтобы позабавиться. Или сожрать все.

– Зависит от голода, – поднял палец Шэк. – Мы как-то под Йерой такого зверя завалили… Если волк очень большой или у него логово с волчатами, он и меру может потерять. Я уж не говорю о той беде, которая случается, если бешенство в лесу зверье косит. В молодости я служил егерем и кое-что знаю о волках и об оленях. Кстати! Случается, что олени дают отпор. Поднимают волков на рога. Главное – не сдаваться и надеяться на лучшее!

– Большие олени маленьких волков, – кивнул Ло Фенг. – Но не наоборот.

– Уповать, – ответила Шэку Рит. – Надеяться на лучшее – это уповать. Тысяча лет этой надежде. Как бы она уже не истлела.

– Вот и посмотрим, – перестал улыбаться Шэк. – Главное, что мы добрались. Я вижу у южных ворот Опакума дозор. Странно. Обычно путников не выходят встречать из ворот. Ждите меня здесь, я отправлюсь переговорить со стражниками. Мало ли, время лихое, лучше не приближаться на полет стрелы, пока… не осмотришься. Хвала богам, осады, кажется, еще нет.

– Будет… – мрачно проговорил Ло Фенг, глядя, как Шэк вместе с остатками его отряда мчится к воротам Опакума.

– Что собираешься делать дальше? – спросила Рит. – Фаре не передаст твою весть твоему клану. Отправишься в родные места сам? Или сначала попробуешь вновь обрести покой?

Ло Фенг придержал лошадь, развернул ее, окинул взглядом отряд. Не считая Рит и Аммы, с ним остались пятеро. Дум, Руор, Кшама, Шаннет и Кенди. С начала путешествия он потерял каждого второго. Даже больше. И каждый из них думал, что рядом с эйконцем он находится в безопасности. Но в начале пути ему было все равно, кто они, куда они идут, дойдут ли или передохнут и погибнут все.

– Не покину вас, пока не пристрою всех, – повысил он голос в ответ на вопросительные взгляды. – Я переговорил с Шэком, он поможет с ярлыками. Остальное будет в вашей власти.

– Мы бы хотели остаться в крепости, – подала голос Кенди. – Разве здешнему воеводе не нужны хорошие воины?

– А берканским воинам красивые черные жены! – радостно воскликнул Руор.

– Ты еще спроси, не нужны ли берканским женам красивые рыжие любовники, – буркнула Кенди. – Вот уж будешь на расхват…

– Штурмовать крепость будут не только геллы, – заметил Ло Фенг. – Фризские легионы подойдут к ее стенам. Твои соплеменники, Дум. И твои – Шаннет.

– Мои соплеменники собирались меня казнить в Водане, – прогудел Дум. – Что ж мне теперь, кланяться им, что ли?