Нижний уровень - 2 - Андрей Круз

Выудил его номер из списка, позвонил. Едва тот ответил, я сразу решил, что имею дело с коренным местным, настолько это было слышно – половину звуков в словах он глотал.

– Мы можем встретиться? – не стал я откладывать в долгий ящик.

Бисон не стал спрашивать «зачем» и «с какой целью», он лишь сказал:

– Могу сегодня после шести часов. Знаете, где мы сидим?

– На Энканто? – уточнил я. – Я бывал у вас.

Там здание департамента, но какие-то отделы могут оказаться и в других местах, я понятия не имею, чем занимается Бисон.

– Там рядом, на перекрестке с Двадцать четвертой, есть бар «Карлаз Спортс», приходилось видеть?

– Помню.

В самом баре не был, но мимо проезжал не раз, у меня в тех краях довольно много дел бывает.

– Могу там быть в половине седьмого.

– Я буду. Как мне вас узнать?

– Я лысый, совсем, и на мне синяя рубашка навыпуск. Буду сидеть у стойки, хотя предпочел бы зайти и уже вас там увидеть.

Ну да, понятно, все бы предпочли. Но я вообще предпочитаю оказываться раньше всех, чтобы осмотреться, тут у нас с ним желания совпадают. И на этот раз совпадут, скорее всего.

– На мне белая поло и светлые брюки, больше никаких особых примет. Тоже сяду у стойки.

– Увидимся.

Увидимся. Обязательно.

– Витёк, распечатай фото всех наших подопечных в стандартном формате и скинь заодно на флешку.

Можно и почтой отправить, и я потом почтой обязательно отправлю, но люди разные, и некоторым лучше важное давать прямо в руки и следить, чтобы сразу же не потерял. Поэтому перестраховываюсь. Кто знает, может быть, кто-то из них попадал в поле зрения Департамента полиции штата по факту.

Потом переключился на работу «по профилю», то есть на ту, что деньги приносит. Продажи глушителей на подъеме, многие штаты их разрешили без ограничений, а во многих других люди узнали, что это вовсе не «третий класс», так что ничего сложного в получении разрешения нет, вот и растут продажи. Одновременно с продажами растет и количество производителей, так что конкуренция обостряется. Нам бы еще стволы пистолетные с резьбой под глушители делать начать, но это все в перспективе. Даже не очень ближней.

В складе обнаружил фургон под загрузкой, брали полтонны сублимированной еды. Судя по одежде и кепке с изображением гремучки и надписью «Не грози мне!», имеем дело с выживателем. Преппером, как тут принято их называть, с тем, кто готовится к концу света. Их больше за психов считают и сильно ошибаются. Для большинства это просто хобби, игра такая, просто взрослые люди стесняются в этом признаться вслух. Меня тут судьба с полгода назад с таким преппером свела – и вот у меня появился конструктор глушителей. Парень просто любил изобретать всякие штуки, одна другой интересней, все для жизни после конца света, и делал все с великим остроумием. Второй Витёк, только не компьютерный, а такой, какого к станкам тянет. И не тощий, а скорее наоборот, пухловатый малость. А его солнечный гриль мы уже запатентовали и на следующей неделе попробуем заказать изготовление первой партии, в Аризоне они должны не только среди препперов расходиться.

Подошел Нат, он у меня вроде как за менеджера, пока меня нет, а так складом командует, показал бумагу:

– Из FEMA письмо прислали. Требует сообщить, сколько всяких припасов у нас можно получить сразу и сколько мы можем добыть немедленно, если очень постараемся. Что они замыслили?

Нат тоже преппер, пусть и не фанатичный. Только преппер может торговать с другими препперами и им что-то советовать, рыбак рыбака видит издалека. Но на правительство вся эта публика смотрит как на исчадий ада, точно зная, что правительство занято исключительно тем, чтобы найти способ отобрать у них все оружие, свободу и уморить насмерть налогами. Не то чтобы эта мысль совсем далека от истины, если посмотреть за тем, как в этой стране все развивается в последние годы, но все же препперы все это воспринимают совсем истерично.

– Это они прикидывают варианты для чрезвычайных ситуаций. – Я пробежал текст глазами. – Напиши им как-нибудь скромно, но обязательно ответь.

– Какие здесь могут быть ситуации? – спросил Нат с явным подозрением.

– Иммигрантов перелезет на нашу сторону столько, что их придется собирать в лагеря и чем-то кормить. Как вариант.

– Конфискуют? – Нат напрягся.

Все препперы ждут конфискаций. К этому они готовы лучше всего, поэтому и вооружаются.

– Для конфискации нужно чрезвычайное положение. Выкупят, – успокоил я его. – Ладно, что-то еще у нас?

– Надо заказывать многое, было много продаж.

– Сам справишься?

– Разумеется.

– Ну и давай, действуй.

Лимит на неавторизованные расходы он еще не исчерпал, так что это обращение ко мне скорее дань вежливости. Нат знает, что делает, незачем вообще в это лезть.

В общем, как-то время до вечера прошло за делами, затем я проверил содержимое сумки – все нужное с собой, махнул всем рукой и отправился на встречу.

Блэк-Каньон-фривэй, мне опять на него – в довольно плотный уже в это время поток машин, шумозащитные экраны по бокам, самого города и не видишь. Да и невелика потеря, счесть Финикс красивым – надо очень постараться. Америка – не Европа, здесь вообще красивых городов немного, да и красота как-то кусками в них. Нью-Йорк еще туда-сюда, он немного европейский по типу, своеобразный хотя бы, но и то сравнить его с каким-нибудь Лондоном или Парижем я не смогу – совсем разные весовые категории. Ну есть симпатичные города на американском Юге – тот же Чарлстон, например, его центральная часть, есть другие, опять же их центры, а вот дальше… Тот же Голливуд лучше людям вообще не показывать, или Майами: вот здесь все ярко и пышно, сворачиваешь за угол – и вдруг какое-то гетто с торчками на улице. Потом снова хороший район и за ним опять мусорный.

В Финиксе особо помойных районов нет, как в том же Лос-Анджелесе. Но нет и ничего красивого. Есть безликий и совсем небольшой даунтаун с высотными зданиями из стекла, в которых разместились банки, страховые компании и офисы крупных фирм из Аризоны. Да и именно Финикс, как я уже говорил, совсем небольшой. Есть широко раскинувшиеся пригороды – Пеория, Глендэйл, Меса, Скоттсдэйл, которые застроены все больше одноэтажно, типичные сабурбии разной степени достатка населения. А промежуток между ними заполняют эдакие промышленно-торговые зоны, в которых основная активность города и разворачивается. Тут и магазины, и рестораны, и склады какие-то, и офисы, и что угодно, и сделать эту мешанину, построенную обычно широко и привольно, красивой никак не получается. Да и не стремится никто – похоже, за пределы витрины и вывески фантазия не убегает.

Я это к тому, что в самом Финиксе любоваться нечем, так что бетонная река фривэя очень даже подходит для перемещения. Зато подумать можно, ничего не отвлекает.