Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание - Сергей Тармашев

– Помогите мне!!!

Истекающий кровью монстр понял, что человеку больше нечем сражаться, оттолкнулся от пола и вбежал на Майка прямо по щиту.

Майк не смог удержать равновесия и опрокинулся на спину, закрывая свободной рукой лицо и крича. Раздался короткий свист, и волка смело со щита. Майк, лихорадочно перебирая ногами, отполз в сторону от пронзенной копьём волчьей туши, впечатанной в борт саней, и увидел косматого головореза, проносящегося на лыжах мимо саней. Двухметровый громила выхватил меч и с ходу разрубил бросающегося на него монстра надвое. Майк, путаясь в снегоступах, оперся на щит, вскочил на ноги и бросился к ледорубу, готовясь отбиваться от следующей твари. Но нападения не последовало, и он метнулся назад, ожидая атаки с другой стороны. Монстров рядом не было, молодой дикарки тоже. Она обнаружилась в стоящих рядом санях, видимо, перепрыгнула, пока Майк сражался с волком. Девица сбрасывала с повозки тушки убитых зверей, подле её ног стояла рысь с густо покрытой кровью мордой и зловеще била обрубком хвоста из стороны в сторону, немигающим взглядом выискивая жертву. Майк огляделся.

Ветер стих, снег вокруг саней был залит пятнами крови и усеян пронзенными и порубленными тушками монстров. Тройка лосей соседней упряжки яростно затаптывала копытами какую-то тварь, вбивая её в снег вместе с расстеленной на нём шкурой, трое головорезов на лыжах ходили меж трупов с выражением лиц существ, проверяющих, можно ли убить кого-либо ещё. Живых монстров нигде не было. Майк попытался стереть капли крови с поверхности защитных очков, но те уже застыли ледяной коростой и не поддавались. Но и так ясно, что больше никто не хочет его сожрать. Трое головорезов и одна восемнадцатилетняя девица с ручной рысью перебили три десятка голодных тварей прежде, чем Майку удалось всё это увидеть! Им не помешало даже появление монстров из-под снега прямо под ногами…

– Поберегись! – заявила молодая дикарка, одним движением перепрыгивая из соседних саней к Майку. Расстояние десять футов она преодолела с места, словно меж санями было десять дюймов.

– Это всё? Монстров больше нет? – тяжело дыша, спросил он, отшагивая в сторону.

Сердце было готово выпрыгнуть из груди, в ушах шумело, нервы звенели, не лопнув лишь чудом.

– Зверей в округе полно, – девица выдернула из туши волка копьё, столкнула им мертвого зверя в снег и бросила оружие проезжающему мимо головорезу. Тот ловко поймал его на лету. – Но нападать на нас они не будут. Самые храбрые и самые голодные перебиты, теперь настал черёд самых хитрых!

Она кивнула на залитое кровью снежное пространство, и Майк проследил её жест. Вооруженные копьями головорезы накалывали на острия мертвые тушки монстров и с силой отшвыривали их вдаль. Окровавленные туши отлетали к зданию, ударялись в стену и падали возле полузанесенных снегом черных провалов окон. Несколько секунд они лежали, быстро припорашиваемые стихающим снегопадом, и Майк не сразу понял, что произойдет дальше. Внезапно ближайшая к оконному проёму туша дрогнула, и её словно всосало в снег, утаскивая вглубь. Следом за первой под снег рывком затянуло вторую, потом третью… Невидимое с поверхности зверьё действовало так же, как их соплеменники в Австралии, только не желало рисковать и потому не показывалось столь опасным существам, что убивают даже не ради еды. Впрочем, одна из тушек им всё же не досталась, её утащила под сани и сожрала рысь.

– Надолго им этого хватит? – Майк устало опустился на залитую волчьей кровью лавку.

– На день-другой, – пожала плечами молодая дикарка. – Откуда мне знать? Сейчас лето, добычи вокруг в избытке, коли охота у них шла удачно, то могут и неделю на людей не нападать. У нас в лесах зверь обычно смирный, потому как мы кормушки ему на зиму ставим, уж больно голодно зверушкам в морозы лютые. Вот они и не серчают на нас без причины. А каково тут, у рыбоедов, мне неведомо. Я второй раз всего за столбы порубежные выбралась. Ежели любопытно тебе, то спроси у кого из воев. У Белазара или Святогора, к примеру. Они с ворогами бьются часто и о землях сих ведают многое. Покуда же будь начеку, пурга прочь уходит, а рыбоеды близко.

Вскоре действительно установился штиль, температура выросла до минус пятидесяти одного по Цельсию, и Майк отключил систему обогрева. Судя по разрыву в массивном облачном фронте, медленно ползущем над городом, тихая погода пришла ненадолго, но датчик элементов питания показывал падение ёмкости батарей всего на один процент, и это серьёзно обнадеживало. Аккумуляторы пока держат, но русским варварам лучше бы иметь зарядное устройство с собой. Если на поверхности мирового ледника заряд иссякнет, их дремучие суеверия Майка не спасут! Он пытался задавать дикарке наводящие вопросы на эту тему, но та сразу отказалась от разговоров и посоветовала ему смотреть в оба.

Косматые головорезы появились неожиданно, сразу со всех сторон, Майк не успел заметить, как это произошло. Он прилежно наблюдал за частью заледеневшей многоэтажки, теряющейся за снежным холмом двора, и отслеживаемая территория была тихой и пустынной. А в следующую секунду по ней уже бежали двухметровые жлобы на своих нелепо коротких и широких лыжах. Он даже не успел позвать дикарку, как те оказались у повозок. Святогор окинул взглядом заляпанный кровавыми ледяными пятнами снег, коротко посмотрел на Майка, убеждаясь в его невредимости, и о чем-то тихо заговорил с возницами и дикаркой. Его головорезы принялись извлекать шкуры из-под копыт рогатых ездовых тварей, и спустя минуту упряжки тронулись в путь.

– Мистер Свитогоа, – Майк дождался, когда громила-напарник оказался поблизости. – Я не вижу медведя и его владельца. Они погибли в бою с врагами? Если так, то я очень сожалею!

– Белазар с Топтыгиным повели за собой рыбоедовый ратный люд, – ответил тот. – Мы путали следы, двигаясь вместе с пургой, и вороги не заметили, что сани ушли в другую сторону. Топтыгин медведь смышленый, затаптывает след надежно. Позже, как к распадку вышли, Белазар с ним далее пошли, а мы в снегу схоронились, чтобы к вам вернуться. Супостаты-то мимо нас и пробежали, не заметив, уж больно хотелось им Топтыгина догнать, они его давно не любят! Так что покуда из пурги не выйдут, не поймут, что окромя медведя да Белазара впереди них нет никого. Но как поймут – назад бросятся, сани искать. Посему за это время мы должны город пройти, иначе несдобровать нам. А други наши позже нас догонят, им вдвоем бежать сподручнее, медведь, ежели пожелает, может двигаться очень быстро. Для него через лес и снег мчаться – и вовсе не задача, если по-вашему считать, то он может скорость шестьдесят километров в час развить, и дороги ровной ему для того не надобно.

Головорез играючи запрыгнул в сани прямо в лыжах и уселся на лавку рядом с Майком. Упряжки дошли до края торчащей из-под снега многоэтажки и остановились. Несколько косматых жлобов улеглись на снег и уползли за угол, остальные полезли по повозкам и принялись снимать лыжи, бросая взгляды в небо. Майк задрал голову и понял, что город вновь затягивает облаками.

– Мы ждем другую пургу, чтобы продолжить движение? – предположил он, глядя на варвара.

– Пурги не будет, – хмуро покачал головой тот, укрепляя лыжи у себя на спине. Похоже, данное погодное обстоятельство его не радовало. – Туча не снежная, укрыться под снегопадом не выйдет. Её студеный ветер с ледника гонит, его и дожидаемся. Как задует, так и помчимся что есть духу.