Дюна. Дом Атрейдесов - Кевин Андерсон

Сорвав сырой коралл. Лето проплыл вперед, заглядывая в трещины и расщелины. В особенно темных местах он светил себе узким лучом подводного фонарика. Легкие уже начало противно распирать, но в это время Лето увидел бесцветный шарик и сделал знак, чтобы друг подплыл поближе. Но не успел Лето отрезать ножом гемму, как иксианский принц вдруг стремительно взмыл вверх, запас воздуха в легких истощился.

Лето остался внизу, хотя сердце начало бешено колотиться, а в ушах зазвенело. Наконец ему удалось освободить узел, в котором должна была быть коралловая гемма средних размеров. Когда грудь была уже готова взорваться, Лето всплыл наверх, где его поджидал с трудом дышавший Ромбур. Принц, выбившись из сил, отдыхал, схватившись за борт лодки.

— Одну нашел, — сказал Лето. — Смотри.

Держа раковину под водой, он вскрыл ее ножом. Раковина с треском раскрылась, и под ней невиданным жемчужным светом вспыхнула гемма не совсем правильной формы. Крошечные огоньки блуждали по гемме, подобно расплавленным песчинкам, погруженным в прозрачную смолу.

— Изумительно, — похвалил Ромбур.

Лето вылез на среднюю палубу, с него струями стекала вода. Перегнувшись через борт, Лето наполнил морской водой ведро и опустил туда гемму, чтобы она не высохла у него в руках.

— Теперь и ты должен найти такую же.

Светлые волосы Ромбура, пропитанные водой, облепили его голову. Он несколько раз глубоко вдохнул и пошел на глубину. Лето нырнул вслед за другом.

В течение часа они набрали полведра замечательных гемм.

— Прекрасный улов, — сказал Лето, забираясь на палубу вслед за Ромбуром, который, очарованный собранными сокровищами, запустил руку в ведро. — Они тебе нравятся?

Ромбур буркнул в ответ нечто нечленораздельное. Глаза его блуждали от неподдельного восторга.

— Я, кажется, нагулял зверский аппетит, — проговорил Лето. — Пойду что-нибудь приготовлю.

— Я тоже проголодался, — признался принц. — Тебе помочь?

Лето встал, подбоченился и надменно вздернул свой орлиный нос:

— Сэр, я наследник герцогского престола этой планеты и имею длинное резюме, подтверждающее мою способность приготовить простой завтрак. — Он скользнул в нижнюю каюту, а Ромбур снова начал перебирать под водой геммы, словно ребенок, играющий кусочками мрамора.

Некоторые имели идеальную форму, другие имели выпячивания или углубления. Интересно, подумал Ромбур, почему одни из них словно горят внутренним пламенем, а другие кажутся на их фоне тусклыми? Он положил три геммы на палубу и начал смотреть, как на них играют солнечные лучи. Светлые пятна попадали внутрь, словно в ловушку. Отметив, насколько геммы разные, он думал о том, что они будут делать с этими сокровищами.

Он очень скучал по своей коллекции гемм, кристаллов и камней Икса. Сколько туннелей и пещер облазил он в поисках. Он так много узнал о геологии, а потом пришли тлейлаксы и выгнали его семью с родной планеты. Коллекцию пришлось бросить. Он ничего не стал говорить Лето, но решил, что если ему суждено когда-нибудь снова увидеть мать, то он обязательно подарит ей коралловую гемму. Это будет великолепный подарок.

Из двери каюты выглянул Лето.

— Завтрак готов, иди есть, пока я не скормил его рыбам

Ромбур не заставил себя уговаривать и через секунду сидел рядом с Лето за маленьким столиком, на котором дымились две миски с каладанскими устрицами, приправленными молодым вином с виноградников Атрейдесов.

— Это рецепт моей бабушки. Мое любимое блюдо.

— Да, неплохо, особенно если учесть, что это делал ты, а не твоя бабушка. — Ромбур жадно хлебал суп из миски, облизывая губы. — Все очень хорошо, но моя сестра никогда этого не испытает, — сказал он, скрывая шутливые нотки. — Она обожает красивые платья, но никогда не отправится с нами нырять за кораллами.

— Это верно, — сказал Лето, хотя и не был уверен. — Ты прав.

Каждому было ясно, что между Лето и Кайлеей завязывается флирт, но Ромбур понимал, что с политической точки зрения этот роман был в лучшем случае неразумен, а в худшем — просто опасен.

Снаружи немилосердно палило солнце, нагревая палубу, высушивая лужи воды и коралловые геммы, которые, высохнув, начали интенсивно окисляться воздухом. Три геммы одновременно взорвались, как три сверхновых звезды, вспыхнув таким жарким пламенем, которое могло прожечь отверстие в металлической обшивке звездолета.

Лето вскочил на ноги, едва не опрокинув миску с густым варевом. Сквозь широкое окно, прикрытое плазом, он видел, как на палубе полыхают синеватые языки пламени, охватившего надстройки и шлюпку. Одна из гемм раскололась, и куски разлетались в стороны, давая начало новым очагам пожара.

В течение нескольких секунд две геммы провалились в трюм и стали с жадностью поедать деревянные детали. Одна гемма прожгла отверстие в баке с горючим, и прогремел взрыв, вторая гемма прожгла все палубы и оказалась в освежающих водах, которые и погасили ее. Плетеная лодка была пропитана противопожарным составом, но никакая сила не могла противостоять такому жару.

Лето и Ромбур пулей вылетели из каюты, крича что-то друг другу, но не зная, что делать.

— Огонь! Мы горим!

— Это коралловые геммы! — Лето лихорадочно смотрел, чем бы загасить огонь. — Они очень жарко горят, их не так-то легко потушить.

Вспухающие языки пламени лизали палубу, судно сотрясали взрывы в машинном отделении. Висевшая на балке шлюпка была потеряна, ее объял огонь.

— Мы можем утонуть, — сказал Лето, — а до берега слишком далеко.

Он схватил химический огнетушитель и направил струю из него на пламя.

Потом они с Ромбуром извлекли из ящиков шланги, включили насосы и начали поливать огонь морской водой, но было поздно — грузовой отсек уже пылал. Из трещин топдека поднимались клубы черного жирного дыма. Зазвучал предупредительный сигнал. Судно набрало слишком много воды.

— Мы тонем! — крикнул Ромбур, услышав звук. Он закашлялся, вдохнув едкий дым.

Лето достал спасательные пояса: один протянул другу, вторым опоясался сам.

— Беги к передатчику. Доложи о нашем положении и шли сигнал бедствия. Ты знаешь, как он работает?

Ромбур прокричал что-то утвердительное, а Лето взялся за второй огнетушитель. Но скоро и он иссяк. Они с Ромбуром попали в огненную ловушку, от спасательной шлюпки остались одни воспоминания. Надо добраться до суши и там ждать помощи.

Он вспомнил, чему учил его отец:

Когда попадаешь в положение, которое кажется тебе безвыходным, подумай сначала о том, что ты в силах сделать. Потом сужай поиск, оставаясь в пределах возможного, стараясь решить самую трудную часть задачи.

Он слышал, как Ромбур кричит в микрофон передатчика слова отчаяния, повторяя сигнал бедствия. Теперь Лето не обращал внимания на огонь. Судно погружалось и скоро должно было оказаться под водой, оставив их на поверхности. Он посмотрел в сторону рифа и увидел буруны волн. Лето бросился в рубку.