Звёздные Войны. Republic Commando. Тройной ноль - Карен Трэвисс

Среди офицеров были и женщины. Броня приводила их в восторг. Пятый с удовольствием объяснил им назначение и функции разных частей и удивился, почему они захихикали, когда он рассказал, как легко это все снимается.

Подошли Ордо с Обримом и пристроились рядом за стойкой. Обрим вручил обоим по стакану светлого эля, внезапно превратившись в еще одного брата по оружию, понимающего без слов, что и как.

— Гляжу, вашу броню снова модернизировали, — сказал Обрим, костяшкой указательного пальца постучав по нагрудной пластине Пятого. — Другое покрытие. Классно выглядит.

— Ну надо же им на ком-нибудь испытывать новую снарягу, а мы такие стильные парни.

— Думаю, теперь они могут себе это позволить, ведь одевать-то надо меньше народу, — произнес Обрим с мрачным цинизмом человека, на которого возложена бухгалтерская отчетность. — Мешки для трупов обходятся намного дешевле.

— Какие мешки? — спросил Пятый.

— Серьезно?

— Не по-мандалорски. И не по-республикански.

— Вот жлобье! — Обрим раздраженно вздохнул. Затем он указал на Мерила, сидевшего в окружении нескольких офицеров и парней из «Дельты»; все они громко смеялись. — Гляжу, твой брат учит наших сквернословить на мандо'а. Это правда, что у вас нет слова «герой»?

— Да, но зато есть с десяток вариантов слова «пырнуть».

Обрим едва не засмеялся:

— А для выражения «поджарить из бластера»?

— Куча, — ответил Пятый. — Мы не слишком разбираемся в искусстве, но что нам нравится — мы знаем.

Ордо, слегка хмурясь, обшаривал глазами толпу. Пятый проследил за его взглядом. Возможно, он разыскивал Этейн и Джусика, потому что джедаям наверняка было не по себе в шумной атмосфере полицейского клуба. Но нет — Джусик был здесь, он улыбался и оживленно беседовал с двумя криминалистами-салластанами. Дарман был погружен в дискуссию с Корром и двумя людьми, в которых Пятый узнал специалистов по обезвреживанию бомб, — он помнил их по осаде космопорта. Девятый и Босс вместе с несколькими офицерами были увлечены игрой, которая состояла в метании ножа в резную деревянную панель над стойкой бара — к большому неудовольствию дроида-бармена.

А Атин держал под локоть Ласиму, которая бросала на него обожающие взгляды, несмотря на синяк под глазом после драки с Вау.

Вот Этейн нигде не было видно, как и Вау. Вау уже уехал по очередному делу — не раскрывая деталей, разумеется. Но Дарман был здесь, а это значило, что и Этейн тоже — во всяком случае, пока что.

Ордо, похоже, больше всего интересовала дверь.

— Что случилось, нер вод?

— Агент Уэннен обещала прийти, — ответил Ордо. У него был нетипично смущенный вид, как будто он впервые не знал, что делать дальше. — Надо ее поискать. Бар большой.

Обрим проводил его взглядом.

— Пятый, — сказал он. — Можно, я задам тебе личный вопрос?

— Я всегда стараюсь помочь полицейскому расследованию, капитан.

— Я серьезно, сынок. Кэл рассказывал мне о вас. Я раньше даже не знал, как вас… выращивали. Прости. Не могу найти другого слова. Тебя, похоже, это нисколько не возмущает. Я бы, например, рвал и метал. А ты разве совсем не злишься? Ни капельки?

Пятому стало досадно, что Обрим заставил его думать об этом. В какой-то мере на Камино было намного проще. Как и на любой другой осик'ла планете в обществе одних лишь товарищей по отделению, с которыми вместе взрываешь дроидов. Корусант и впрямь оказался самым трудным полем боя, как и предупреждал сержант Кэл. Но не потому, что враг мог быть где угодно, даже стоять рядом. Нет, планета просто показала, кем ему не суждено стать никогда.

— Я много думал об этом за последний год, — ответил Пятый. — Да, тут много несправедливости. Я знаю, что заслуживаю лучшей участи. Я хочу хорошую девушку и нормальную жизнь, и я не хочу умирать. И да, спасибо, я знаю, что меня используют. Но я солдат, и еще я мандалорец, и моя сила всегда будет в том, что я несу внутри, в понимании того, кто я и что я такое. Даже если вся Галактика утонет в собственных нечистотах, я умру, не посрамив своей чести. — Он осушил стакан и схватил следующий из длинного ряда, который выстроился на барной стойке. Вкус ему не особо нравился, но он считал, что нужно быть вежливым. — Вот что меня поддерживает. Это и мои братья. И еще эль, который вы мне обещали.

— Я должен был спросить. — Обрим нахмурился и отвернулся. — И что, эта выпивка действительно тебя поддерживает?

Пятый вспомнил высадку на Фест несколько месяцев назад.

— Да, капитан. Иногда поддерживает.

Ему не нравилось, куда ведет этот разговор, но обоих прервал взрыв одобрительных криков, донесшийся с другой стороны бара. Пришел Скирата и демонстрировал свое мастерство в метании ножа. Он бросал свой страшный трехгранный кинжал, один за другим выбивая из дерева другие клинки. Дроид-бармен протестовал.

— Ловкач, — проворчал Обрим и повернулся к Пятому, чтобы продолжить беседу. — Так насчет…

Пятый решил, что с него довольно. Он встал и окликнул Скирату:

— Сержант! Сержант! Может, покажем им «Да Уэрда Верда»?

Оба отделения закричали: «Кандосии! Давай, сержант! Покажем им, как это делается!»

— Я слишком стар, — ответил Скирата, вырвав нож.

— Да ну? — заявил Пятый, воспользовавшись шансом отвлечь его от игры. — Ты же сам нас научил, помнишь?

Скирата принял приглашение и, хромая, подошел к коммандос, которые быстро расчистили место. Ордо, Мерил и Джусик присоединились к ним; Корр неуверенно отошел в сторону. Солдаты редко имели возможность увидеть исполнение ритуальной песни, а тем более выучить ее.

— Я еще не успел напиться, — сказал Скирата, — но попробую.

Без доспехов он казался еще меньше на фоне своих коммандос. Песнь началась: