Бегущий по лезвию бритвы - Филип Киндред Дик

– Как и у меня, – серьезно ответил Рик.

– Ты получил их от Дейва, он всегда решал самостоятельно, что взять себе, а что перекинуть на тебя. Теперь же тебе достались шестеро анди, которых он собирался усыпить самостоятельно; одному из них удалось его опередить. Вот этому. – Брайант развернул информ так, чтобы Рик мог самостоятельно прочитать. – Макс Полоков – все же произнес Брайант. – Во всяком случае, именно так называет себя этот анди. Допуская, конечно, что Дейв не ошибся. Версия строится только на его предположениях. Тест Войт-Кампфа был применен к первым трем анди из списка, двоих Дейв убрал, но потом натолкнулся на Полокова. Все произошло прямо во время теста: Полоков подстрелил Дейва, когда тот задавал очередной вопрос.

– Что подтверждает уверенность Дейва в безошибочности теста, – подытожил Рик. («Иначе бы Дейва не подстрелили из лазера; иных мотивов убийства у Полокова не было».)

– Будет лучше, если ты прямо сейчас отправишься в Сиэтл, – скомандовал Брайант. – Молча. Переговоры с Роузеном я возьму на себя. А ты прислушивайся и принюхивайся. – Инспектор поднялся на ноги, подошел к Рику и сурово произнес: – Когда будешь проводить тест Войт-Кампфа, и если случится, что один из людей его провалит…

– Невозможно, – запротестовал Рик.

– Несколько недель назад мы беседовали с Дейвом на эту тему. Он пришел тогда ко мне со своими соображениями, и они совпали с моими. Я как раз получил письменную справку от советской полиции, прямо из ВПУ, с которой надлежало ознакомиться всем, даже колониальным полицейским управлениям. Группа психиатров из Ленинграда уведомила ВПУ о своем заключении. Они запросили наиболее поздние и наиболее точные персональные профильные аналитические устройства, использующиеся для идентификации андроидов, – другими словами, шкалу Войт-Кампфа – и применили ее к тщательно отобранной группе шизофреников и больных с раздвоением личности, то есть к своим пациентам. В особенности к тем, кто обнаруживает так называемую «чувственную, или аффективную, тупость». Ты, наверное, слышал.

– Это как раз то, для чего применяется шкала Войт-Кампфа, – сказал Рик.

– Значит, ты понимаешь, что заставило их обратиться в ВПУ.

– Проблема существует давно. С того момента, как мы впервые столкнулись с андроидами, внешне похожими на людей. Единодушие в их оценке полицией вытекает из статьи Лури Кампфа, написанной восемь лет назад – «Блокирование ролевой функции у недеградировавших шизофреников». Кампф сравнивал снижение эмпатических способностей, обнаруженных у людей с нарушениями психики и кажущимся внешним сходством, но в основе своей…

– Ленинградские психиатры, – бесцеремонно перебил Брайант, – считали, что определенные подтипы больных людей не смогут выдержать теста по шкале Войт-Кампфа. Если применить к ним тест в присутствии полицейских, то можно принять их за гуманоидных роботов. Ошибка станет очевидна только после того, как они будут мертвы.

– Но все эти типы и подтипы, – сказал Рик, – должны…

– Да, должны находиться под присмотром в специальных учреждениях. Они не могут ориентироваться и жить во внешнем мире; они наверняка не могут оставаться незамеченными, как несомненные психопаты. Если только кто-либо из них спятил быстро и внезапно, а вокруг не оказалось никого, кто способен заметить его состояние. Могло произойти только нечто подобное…

– Вероятность – один к миллиону, – возразил Рик, хотя и понимал, к чему клонит Брайант.

– Дейва беспокоило, – продолжал Брайант, – появление андроидов с новым мозгом «Нексус-6». Компания «Роузен», правда, заверила нас, что «Нексус-6» можно вычислить стандартным профильным тестом. Нам пришлось поверить им на слово, а теперь, как мы и предвидели, их слову требуется подтверждение. Ты понимаешь – не так ли? – к каким серьезным последствиям приведет твоя неудача в Сиэтле? Если тебе не удастся определить всех гуманоидных роботов, у нас не останется надежного аналитического устройства, и нам никогда не удастся найти сбежавших анди. Еще хуже, если ты идентифицируешь человека как андроида… – Брайант холодно улыбнулся. – Мы окажемся перед лицом… Сложится жуткая ситуация, пусть даже все, включая сотрудников «Роузен», будут держать язык за зубами и наш провал не станет известен общественности. Нам останется одно – сидеть сложа руки с безразличным видом, хотя… придется поставить в известность ВПУ, а они, в свою очередь, сообщат в Ленинград. Так что в итоге пресса обо всем пронюхает. Единственная надежда, что к тому моменту мы разработаем новую шкалу… – Он снял трубку видеофона: – По-моему, ты собираешься немедленно взяться за дело? Воспользуйся служебным ховером, заправь его на нашей насосной станции.

Поднявшись, Рик спросил:

– Могу я забрать материалы Дейва Холдена? Я изучил бы информы по дороге.

– Давай-ка сначала проведем испытания шкалы в Сиэтле, сказал Брайант безжалостным тоном, который Рик Декард хорошо прочувствовал.

Когда Рик припарковал ховеркар полицейского управления на крыше «Роузен Ассошиейшн Билдинг» в Сиэтле, он с удивлением обнаружил, что его встречает молодая женщина. Темноволосая и стройная, в модных массивных защитных очках, она приблизилась к ховеру Рика, засунув руки глубоко в карманы длинного и широкого полосатого пальто. На ее небольшом, резко очерченном лице застыло выражение молчаливого безразличия.

– Что случилось? – спросил Рик, выбравшись из припаркованного кара.

Девушка тут же, но весьма уклончиво ответила:

– Ах, я не знаю. Какие-то дела после разговора с инспектором по видеофону.

Она резко вытащила из кармана руку, протянула Рику, он неловко пожал тонкие пальцы.

– Я Рейчел Роузен. А вы, наверно, мистер Декард.

– Я прилетел не по собственной инициативе, – кивнул Рик.

– Да, понимаю, инспектор Брайант изложил нам суть дела. Но вы официальный представитель полицейского управления Сан-Франциско, а в вашем ведомстве принято считать, что корпорация Роузена не стремится к достижению общего блага.

Она внимательно следила за Риком из-под длинных черных ресниц, возможно искусственных.

– Гуманоидный робот действует, как любая другая машина, – ответил Рик, – его состояние колеблется в широких пределах и может резко меняться – от общественно полезного до общественно опасного. Первое состояние нас не интересует.

– Но как только появляется общественно опасный объект, – подхватила Рейчел Роузен, – вы тут же оказываетесь поблизости. Это правда, мистер Декард, что вы охотник за премиальными?

Он растерянно пожал плечами, но кивнул.

– Вам не составляет труда видеть в андроиде инерта, – заключила девушка, – и вы запросто «прихватываете» его, как принято говорить.

– Вы уже подобрали группы для проверки? – спросил он. – Я бы предпочел заняться делом… – Он сбился и замолчал, внезапно увидев животных компании «Роузен». Могущественная корпорация, отметил он, может себе позволить. В самой глубине мозга Рик, несомненно, предвидел, что натолкнется на роскошную коллекцию; он не удивился, почувствовав нечто большее, чем обычную зависть. Забыв о девушке, Рик осторожно подошел к ближайшему вольеру. Он стоял настолько близко, что чувствовал их запах, даже несколько запахов прекрасных созданий, которые сидели или стояли, а одно, очень напоминавшее енота, спало.