Что мы знаем (и не знаем) о еде. Научные факты, которые перевернут ваши представления о питании - Анча Баранова

Влияние различных диет и отдельных продуктов питания на людей, генетически непохожих друг на друга, изучает новая наука — нутригеномика. Она рассматривает питательные вещества как сигнальные молекулы, опознаваемые нашими клетками. Каждый сигнал — руководство к действию. Съел тортик — выдели инсулин. Съел сковородку жирной картошки — полежи и поспи. Выпил стакан зеленого смузи — улыбнись и пробеги по эскалатору!

Но самые важные сигналы, поступающие с едой, — «болей!» и «не болей!». Нутригеномика — неотъемлемая часть персонализированной медицины, создающей индивидуальные, профилактические программы по сохранению здоровья людей. Это очень молодая наука, которая еще не закончила период первоначального накопления фактов, поэтому ее предсказания не всегда надежны. Однако с помощью наблюдений и самонаблюдений, проводимых с участием тысяч здоровых людей — каждого из нас, — нутригеномика набирает силу.

В практическом смысле в нутригеномике имеется два подхода. Первый опирается на непосредственное измерение уровня разных питательных веществ и витаминов в крови человека с помощью масс-спектрометрии и других высоких технологий количественного анализа. Этот подход чрезвычайно точен, но, к сожалению, каждый эксперимент способен определить лишь сиюминутное состояние нашего организма — а ведь содержание многих важных метаболитов меняется в зависимости от того, что мы поели с утра. Чтобы хорошенько разобраться со здоровьем, нам придется сдавать анализы неоднократно, желательно чуть ли не ежедневно. Второй подход — тестирование генных вариантов, определяющих врожденные особенности метаболизма. Он оставляет коррекцию приобретенных метаболических недостаточностей, образовавшихся в результате неправильного питания, на долю врача-диетолога, опирающегося в своей работе как на знание генетики, так и на результаты отдельных метаболических тестов, назначаемых по мере необходимости^[249].

Нутригеномным тестированием занимается целый ряд компаний-стартапов в разных странах мира. Одни работают с тремя или пятью генными вариантами, другие берутся за масштабные вычисления рисков развития витаминных недостаточностей, выявление пищевых предпочтений, например склонности к частому перекусыванию, и выдачу генетически обоснованных рекомендаций определенных режимов питания. В России нутригеномные тесты выполняют компании «Атлас», «Генотек», «Мой ген» и другие.

Представьте себя в машине, несущейся по горной дороге. Есть ли опасность слететь под откос? Конечно. Но вам помогают дорожные знаки — «крутой поворот», «зона возможного камнепада», «скользкая дорога». И если какой-нибудь зловредный проказник занавесит знаки тряпками, вам вряд ли это понравится.

Результаты генетического теста — система знаков, сигнализирующих об опасности. Не увидев предупреждения о крутом повороте, вы все же, скорее всего, справитесь с управлением и не улетите в пропасть. Однако при виде знака о надвигающейся опасности вы соберетесь и пройдете поворот красивее, без визга тормозов.

Предупрежден — значит вооружен. Это касается любых анализов и систем тестирования. Медицина однозначно движется в сторону все более точного и индивидуального подхода не только к лечению, но и к предупреждению заболеваний.

Однако, как бы красиво ни выглядела диета, основанная на показателях нашего организма, намного важнее начать перестраивать отношения с едой, основываясь на базовых принципах построения сбалансированного рациона. Ведь на выведение строгих порций каждого продукта можно потратить слишком много времени, а будет ли эффект — совершенно неясно. И вот снова еда превратится в повод для тревоги, а не источник возможностей, как случалось не раз с популярными диетами.

Немного о викингах, или Прирожденные вегетарианцы

А теперь пример из жизни викингов. Наследственный гемохроматоз первого типа — наиболее распространенное наследственное заболевание среди европейцев, особенно северных. Каждый двухсотый обитатель Европы — носитель гомозиготной мутации в гене HFE, а патогенный вариант в одной из копий этого гена встречается у каждого девятого. Заболевание проявляется в аномально высокой способности к всасыванию железа из пищи в кровь. «Лишнее» железо затем накапливается в тканях, особенно в печени, сердечной мышце, эндокринных органах, где вызывает образование активных форм кислорода и гибель клеток с замещением их соединительной (фиброзной) тканью. Симптомы гемохроматоза — хроническая усталость, выраженная слабость, пониженное артериальное давление и характерный грифельно-серый цвет лица.

Однако помните про систему сдержек и противовесов! Носители пары «дефектный ген — нормальный ген», или каждый девятый потомок викингов, гораздо легче восстанавливаются после участия в кровопролитных сражениях. После боя гетерозиготные носители мутации гена HFE чаще оказывались среди выживших. Именно поэтому мутантный аллель до сих пор нередок в Европе. Интересно, что лучшее лечение для гомозиготных больных гемохроматозом — носителей двух мутантных копий гена — регулярное кровопускание. В современном обществе для этого необязательно вызывать кого-нибудь на дуэль, достаточно записаться в доноры.

ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ

Если генетический тест выявил гемохроматоз или наличие пары «дефектный ген — нормальный ген», ваш врач может порекомендовать вам ограничить источники легкоусвояемого железа, в частности красные сорта мяса и печень. Интересное наблюдение: многие больные гемохроматозом по зову интуиции прекращают есть мясо, даже не догадываясь о наличии у них данного заболевания. Не менее важно ограничить одновременное потребление витамина С с продуктами, богатыми железом. Это сочетание, рекомендуемое для борьбы с анемией, у людей с гемохроматозом будет способствовать чрезмерному накоплению восстановленного двухвалентного железа. Особенно богаты витамином С брокколи, зеленый и красный сладкий перец, плоды шиповника, облепиха, петрушка и ягоды. И уж конечно, при гемохроматозе не стоит злоупотреблять поливитаминами, большинство из которых одновременно содержат и витамин С, и железо. Помните: в отсутствие диетической коррекции данный наследственный дефект может привести к циррозу печени и другим угрожающим жизни заболеваниям.

Некоторые генные варианты придают нам относительную устойчивость к действию определенных токсинов, а другие, наоборот, делают нас чувствительными к неблагоприятным последствиям отравления. Так, определенные варианты гена гемохроматоза, в частности HFE-варианты C282Y и H63D, усиливают последствия попадания в организм свинца. Даже в отсутствие симптомов гемохроматоза носители вариантов C282Y и H63D должны избегать работы с этим токсичным металлом и частых встреч с выхлопными газами автомобилей. Ведь у этой группы людей накопление свинца в организме приводит к раннему, более отчетливо выраженному ухудшению когнитивных функций.