Минус размер. Новая безопасная экспресс-диета - Алексей Ковальков

Ранее я упоминал, что одно из осложнений любой ограничительной схемы питания – диетическая депрессия. Клинически она проявляется раздражительностью, плохим настроением, слабостью и желанием все бросить – наесться всякой всячины. Но затем наступает еще больший эмоциональный провал, связанный с покаянием: «У меня нет никакой силы воли!» В свою очередь, он благополучно «лечится» вкусняшками. И все – патологический круг замкнулся.

Нам кажется, что виной всему наш слабый характер, отсутствие стойкости. Однако все не так просто. Помните правило: «Если нам чего-то хочется, значит, нам этого не хватает. Бесполезно бороться с желанием, не поняв, чего именно нам не хватает, и не предоставив это организму». Без дефицитных компонентов нервная система будет постоянно сигнализировать о своем стрессовом состоянии.

Нетрудно догадаться, чем именно лучше всего лечится диетическая депрессия. Мороженым, шоколадом, сливочным маслом, пирожными с кремом… Продолжать этот список можно довольно долго. Но вы же понимаете, что ни один из подобных продуктов не подходит в качестве постоянного антидепрессанта. Уж слишком много в них углеводов. А на фоне белковой диеты неконтролируемый углеводный «запой» может легко перечеркнуть все ваши достижения.

Однако мне кажется, я все же нашел приемлемое решение задачи о профилактике диетической депрессии. Свойством повышать настроение обладают не только сладости, но и некоторые чисто белковые продукты. Физиологически этот эффект обусловлен наличием в них аминокислоты триптофана (табл. 14.1). Ведь именно из нее, как вы помните, в нервной системе образуются гормоны удовольствия – эндорфины. Но чтобы триптофан попал в мозг и «насинтезировал» нам хорошего настроения, необходим целый ряд условий.

Таблица 14.1

Содержание триптофана в продуктах питания

Дело в том, что центральная нервная система отделена от остального тела гематоэнцефалическим барьером, обладающим ограниченной пропускной способностью. По-видимому, природа создала эту преграду из соображений защиты: чтобы все что ни попадя не лезло к мозгу. Мозг ни в коем случае не должен быть «проходным двором».

Пока еще функции данного барьера изучены недостаточно хорошо. Ученые до сих пор не выяснили, почему одни соединения он пропускает, а другие – нет. Однако они уже поняли, что это во многом зависит от размера вещества и от его способности растворяться в жировой матрице мембраны барьера, а также от работы активных транспортеров. Подобно покупателям, расталкивающим друг друга локтями у прилавка с дефицитным товаром, аминокислоты соревнуются между собой, пытаясь быстрее других попасть в мозг, а транспортной системой для них является все тот же инсулин. Он и помогает «пропихивать» самую маленькую и «беззащитную» аминокислоту – триптофан – через мембрану гематоэнцефалического барьера. Поэтому только в присутствии углеводов и, как следствие, при выделении в кровь достаточного количества инсулина для триптофана открывается путь в мозг, а для нас – к счастью.