Кровососы - Тимоти С. Вайнгард

Единственная болезнь человека, которую удалось истребить полностью, это вирус variola, то есть оспа.

В XX веке, до того момента, когда оспа была осуждена на исчезновение и стала достоянием истории, она успела убить 300 миллионов человек. Болезнь была обречена на уничтожение ВОЗ не только в силу своей смертельной природы, но и потому, что ей некуда было скрыться. Единственными носителями были люди. Самостоятельно вирус не мог существовать более нескольких часов. Последний естественный случай легендарной смертельной болезни был отмечен в Сомали в 1977 году. 3000-летний цикл передачи оспы навсегда прервался. Но в то же время тогда еще неизвестный вирус ВИЧ начал медленно выбираться из Африки. Одна смертельная болезнь сменила другую. Близок конец полиомиелита и болезней, вызываемых паразитическими червями, в том числе и филяриоза. Но на их место придут другие, новые болезни – эбола, Зика, лихорадка Западного Нила и другие. Так, с 2000 года по Северной Америке вплоть до Ньюфаундленда распространяется новый вирус, переносимый комарами. Вирус каньона Джеймстаун представляет собой нечто вроде лихорадки Западного Нила, только в более слабом варианте. Впервые он был выделен в Джеймстауне, штат Колорадо, в 1961 году.

Технология CRISPR дает человеку возможность способствовать вымиранию любых организмов по его выбору. Мы можем возвращать исчезнувшие виды к жизни, если получим образцы древней ДНК. В феврале 2017 года команда ученых из Гарварда объявила, что «через два года мамонты вернутся на нашу планету». Стойте, я же в детстве видел такое кино? Тогда это была фантастика и называлась «Парком юрского периода». Голливуд отлично умеет эксплуатировать научные чудеса, оказавшиеся пустышкой, и технологические просчеты, продиктованные гордыней. Последствиями ошибочного использования технологии CRISPR могут стать велоцирапторы, снующие по Таймс-сквер или Пикадилли-серкус, и тираннозавры, разглядывающие витрины Мэйн-стрит или Елисейских Полей. «Мы можем переделывать биосферу по своему усмотрению – можем возвращать мамонтов или выводить некусающихся комаров, – говорит Генри Грили, профессор права и директор Центра права и биотехнологий при Стэнфордском университете. – Как мы должны к этому относиться? Хотим ли мы жить в природе или в Диснейленде?» Мы – вид, перед которым встала беспрецедентная моральная дилемма, последствия которой грандиозны и почти наверняка никем не предвидены. Цунами катастрофических перемен могут произойти в любой сфере цивилизации. Научная фантастика может стать реальностью – если уже не стала.

Профессор биологии и мой коллега по Университету Колорадо Меса, Томас Валла, считает, что «технология настолько проста, дешева и распространена, что старшекурсники сегодня забавляются CRISPR на лабораторных работах. Но запуск этой технологии в жизнь может открыть ящик Пандоры». С ее помощью можно изменять строительные блоки ДНК любых организмов, в том числе и человека, и делать это бесконечно. «Каковы непредвиденные последствия редактирования генома? – спрашивает Дудна. – Я не знаю, достаточно ли нам известно. Но люди будут использовать технологию, достаточно ли мы о ней знаем или нет. Страшно, что ваши студенты могут когда-нибудь так поступить. Очень важно, чтобы люди точно понимали, на что способна эта технология». Да, она революционна, но в то же время страшна. Как сказал после первого успешного испытания атомной бомбы в июле 1945 года руководитель Манхэттенского проекта Дж. Роберт Оппенгеймер: «Я вспомнил строки из древнеиндийской Бхагавад-гиты. Вишну пытался убедить принца, что тот должен исполнить свой долг. Чтобы произвести на принца впечатление, бог явился ему в своем многоруком виде и сказал: «Теперь я есть Смерть, разрушитель миров».

Да, подобные генетические манипуляции на людях могут избавить нас от болезней, биологических нарушений и любых качеств, которые кажутся нежелательными, но в то же время они открывают дорогу евгенике, биологическому оружию, другим преступлениям и преследованию «негодных», как в фильме 1997 года «Гаттака». В феврале 2016 года директор Национальной разведки США Джеймс Клеппер в ежегодном отчете говорил Конгрессу и президенту Бараку Обаме, что CRISPR следует рассматривать как потенциальное биологическое оружие. «Да, генное редактирование может сделать комаров неспособными переносить малярийный плазмодий, – говорит Дэвид Гурвиц, профессор молекулярной генетики и биохимии человека из Тель-Авивского университета. – Но с помощью той же технологии можно сделать их переносчиками других смертельных болезней и бактериальных токсинов». Да, мы в силах генетически модифицировать животных – переносчиков зоонотических болезней ради прекращения распространения патогенов. Но та же технология способна превратить их в носителей еще более опасных инфекций. Хотя мы раскрыли тайну этой технологии, но почти не сознаем ее потенциала. Оборотной стороной CRISPR вполне может стать настоящая антиутопия.

В 2016 году китайцы провели первые испытания новой технологии на людях. Вслед за ними подобные опыты в начале 2017 года провели Соединенные Штаты и Великобритания. «С CRISPR возможно все, – говорит генетик Хьюге Беллен из Медицинского колледжа Бейлора. – И я не шучу». Технология генетического программирования стремительно распространяется, и сегодня в лабораториях мира проводится более 3500 экспериментов с ее применением. Да, мы можем истребить комаров, но в то же время мы можем переделать человечество. Как и все другие виды, человек является результатом миллионов лет сложнейшей эволюции. А теперь, получив новую технологию, мы можем взять этот процесс в свои руки.