Все Кавказские войны России. Самая полная энциклопедия - Валентин Рунов

В качестве основ тактики предписывалось: «…действовать сильной ударной колонной, не разбрасывая силы на отдельные второстепенные направления. Обратить внимание на усиление агентурной разведки. Избегать по возможности лобовых ударов, шире использовать маневр, обходы и охваты. Максимально использовать огонь артиллерии…»

Наступление войск 32-й дивизии возобновилось 22 января и сразу же захлебнулось из-за погодных условий. Сила внезапно начавшейся метели была такова, что пребывание людей на открытом пространстве и особенно на высотах стало невозможным. И красноармейцы, и мятежники после короткой перестрелки разошлись по укрытиям. Наступавшие войска в этот день потеряли 12 человек убитыми, 10 замерзшими, 39 ранеными, 42 тяжело обмороженными и более 100 получившими легкие обморожения.

В последующие три дня подразделения левой группы, последовательно занимая господствующие высоты, вплотную подошли к окраине Гергебиля. Успех дался ценой потери 38 человек убитыми и 167 ранеными и обмороженными. Вследствие больших потерь было решено штурмовать аул ночью, как это было проделано русскими войсками в середине XIX века.

Штурм Гергебиля начался в 2 часа ночи 26 января и завершился только к 18 часам. Сопротивление горцев было отчаянным. Каждую саклю приходилось брать с боем. При этом эффективно использовались ручные гранаты, которые забрасывались в помещения с крыши через печные трубы. Всего в ауле было уничтожено около 200 мятежников. Женщины и дети заблаговременно ушли в горы, куда затем последовали и немногие уцелевшие в бою мужчины. Урон советских войск при штурме Гергебиля составил 9 человек убитыми и 58 — ранеными.

Падение Гергебиля привело к тому, что горцы покинули Аймаки и ушли с семьями в горы. Ряд аулов, располагавшихся в долине Аварского Койсу, заявили о своем нейтралитете и готовности беспрепятственно пропустить советские войска в Хунзах.

Дальнейшее наступление частей 32-й стрелковой дивизии осуществлялось по трем направлениям: на Карадах, на Гуниб и на Бухты. Гунибское направление, где предстояло деблокировать полутысячный советский гарнизон, оборонявшийся там с ноября 1920 года, было главным.

Более успешным были действия советских войск на бухтынском направлении. Поднявшись по долине Казикумухского Койсу, они обошли вершины Арчалаварского хребта с юга и нанесли удары по Шатли и Мукару. Мятежники попытались закрепиться в Бухты и Сограле, но после непродолжительного сопротивления оставили эти аулы. Преследуемые советскими войсками они отступили к Гунибу на соединение с отрядами, осадившими эту крепость. Но подход частей 32-й дивизии к Гунибу со стороны Гергебиля заставили горцев снять осаду и уйти на юго-запад. Попытка организовать их преследование закончилась трагически. Один из батальонов, выполнивший эту задачу, 19 февраля был разгромлен в ауле Ругуджа мятежниками и местными жителями. Напав на спящих, дагестанцы без единого выстрела при помощи кинжалов уничтожили 125 красноармейцев. После этого преследование противника было временно приостановлено.

На северном участке дагестанского фронта обстановка складывалась также весьма напряженно. В качестве первостепенной задачи командованию 14-й стрелковой дивизии предстояло овладеть Гимрами. Этот аул, расположенный на дне огромной котловины, окруженный со всех сторон крутыми скалистыми высотами, самой природой был превращен в крепость. Попасть в нее можно было с востока по единственной узкой тропе шириной 2–3 метра. Исторический опыт штурма Гимр русскими войсками в 1832 и 1834 годах свидетельствовал о сложности задачи и неизбежности больших потерь.

Изучив обстановку и проанализировав предыдущий опыт, командир дивизии отказался от штурма аула войсками, решив склонить мятежников к капитуляции огнем артиллерии. С этой целью была создана артиллерийская группа из восьми пушек и четырех гаубиц, которая с 25 декабря начала методический обстрел Гимр бомбами, гранатами, шрапнелью и химическими снарядами. Он продолжался почти два месяца. За это время по аулу были выпущены 1333 снаряда, которые стали причиной больших разрушений и человеческих жертв. 17 февраля, не выдержав напряжения, защитники Гимр капитулировали. Советские войска заняли аул без потерь в личном составе.

24 февраля части 14-й стрелковой дивизии начали наступление вдоль южного берега Андийского Койсу. 15 марта их передовые подразделения в районе Ботлиха соединились с войсками Чеченской группы, наступавших со стороны Ведено. Обстановка в междуречье Андийского Койсу и Аварского Койсу была нормализована. Советские войска занимали все крепости, многие большие аулы и ключевые районы местности. Все передвижения горцев осуществлялись с разрешения и под контролем советского командования.

Остатки отрядов мятежников общей численностью до тысячи человек при четырех пулеметах ушли в труднодоступные районы вверх по течению Аварского Койсу. Туда же собрались все главные их вожди. Попытки советского командования ликвидировать противника, предпринятые частью сил 32-й дивизии в конце марта, результатов не дали.

Для ускоренного решения этой задачи командующий 11-й армией приказал нанести встречный удар со стороны Телави через Главный Кавказский хребет двумя полками 18-й конной дивизии. Марш кавалеристов, совершавшийся в крайне сложных условиях, прошел успешно. К середине мая мятежники были окружены с двух сторон и отрезаны от своих баз, находившихся в окрестных аулах. После непродолжительного сопротивления они рассеялись по горам.

Советские войска приступили к закреплению своих позиций в занятых районах и к разоружению местного. Последнее оказалось крайне трудным делом. Культ оружия среди горцев был настолько велик, что уже сама мысль лишиться его нередко приводила к мятежу. Приходилось действовать осторожно, изымая оружие поэтапно. Вначале было предложено сдать «излишки», оставив по одному стволу на каждого представителя мужского населения, от младенца до древнего старика. При этом была произведена регистрация оружия, позволившая определить приблизительно его количество. После этого право на ношение оружия было оставлено только за мужчинами в возрасте от 20 до 60 лет, а боезапас ограничен до 50 зарядов на ствол. При малейших нарушениях установленного порядка оружие и боеприпасы изымались не только у провинившегося, но и других жителей аула. Данные меры позволили в течение месяца изъять у горцев около трех тысяч единиц огнестрельного оружия и большое количество патронов.

Оставленные советскими войсками ранее занятых в ходе боев районов в связи с переходом на мирное положение требовало всесторонней тщательной подготовки. Издавна существовавшее среди горцев убеждение, что власть пришельцев на местах существует лишь до тех пор, пока там находятся их войска и теряет всякую силу с их уходом, могло быстро свести на нет с таким трудом достигнутые победы. Во избежание этого уход войск всячески демонстрировался как акт доброй воли победителей. В приказе РВС дагестанской группы, в частности, говорилось следующее: «Дабы не дать почвы для новой провокации при оставлении нами занятых аулов в Нагорной Чечне и Дагестане, якобы под давлением каких-либо для нас невыгодных и угрожающих обстоятельств, немедленно энергично подготовить население к предстоящему добровольному уходу войск. Население должно быть убеждено, что мы не желаем обременять аулы различными повинностями, как то подворной, квартирной и прочими.