Все Кавказские войны России. Самая полная энциклопедия - Валентин Рунов

Жизнь имама в Дарго-Ведено мало чем отличалась от той, которую он вел прежде. В ней Шамиль всячески подчеркивал свою роль светского, духовного и военного вождя правоверных. Там он принимал делегации старейшин и священнослужителей, устраивал советы с военачальниками, вершил суд. Поэтому неудивительно, что к Дарго-Ведено было приковано внимание десятков тысяч горцев, для которых это место стало не только столицей их непризнанного государства, но и символом справедливости и значимости их борьбы с «неверными».

Неутешительные итоги экспедиции 1845 года убедили командующего в необходимости менять стратегию и тактику действий русских войск на Кавказе. Он решил вернуться к ермоловским приемам — отказавшись от бессмысленных глубоких экспедиций на территорию противника, начать постепенное планомерное вытеснение горцев с занимавшихся ими районов с одновременными нанесением коротких сильных ударов по наиболее уязвимым местам вражеской обороны.

С 1846 года начинается массовая рубка непроходимых чеченских лесов, устройство просек, дорог, строительство укреплений. Не видя необходимости содержать на Кавказе большие силы, Воронцов отправил 5-й корпус в Россию. Оставшиеся войска были реорганизованы в небольшие, но высокобоевые части, способные самостоятельно решать оборонительные и наступательные задачи на отдельных разобщенных направлениях. С этой целью в их состав, кроме пехотных батальонов, были включены подразделения кавалерии, легкой конной артиллерии и саперов. Полки нового состава на практике были проверены осенью того же года. Несколько из них были направлены в Горный Дагестан со стороны Дербента и Теир-Хан-Шуры. В середине октября они нанесли поражения мюридам в боях у селений Аймаки, Леваши и Кутиши, что заставило Шамиля перенести свою резиденцию в Гергебиль.

В следующем году Воронцов попытался покончить с Шамилем, захватив его новую резиденцию. В июне были организованы осада и штурм Гергебиля, завершившиеся неудачей. У стен крепости русские войска в боях с горцами потеряли 132 человека убитыми и 537 ранеными, после чего из-за начавшейся эпидемии холеры сняли осаду. Утешением командующему за эту неудачу стало взятие 14 сентября после шестинедельной осады аула Салты, превращенного горцами в сильную крепость. В нем было уничтожено и пленено около трех тысяч сторонников Шамиля. Но и урон в рядах русских был немалый. Он составил 535 человек убитыми и 1888 ранеными.

Осеннее наступление не дало существенных результатов, но убедило русское командование в правильном выборе способов действий. Общие потери Кавказского корпуса за год составили 1128 человек убитыми, 3881 раненым и 124 пленными. Это были последние столь крупные годовые потери, понесенные русскими войсками в боях с горцами на Кавказе в XIX веке.

Следующие три года русские войска вели планомерное наступление на противника, постепенно оттесняя его в горные районы. Шамиль же стремился всеми силами удержаться в предгорных районах Чечни, где было легче добывать пропитание.

К началу 1852 года в Чечне были сосредоточены значительные силы горцев, которые укрепились в аулах, расположенных между реками Джалка и Гумс. Для их разгрома Воронцов создал два сильных отряда. Главный — 12-тысячный во главе с генерал-лейтенантом Барятинским — наступал на противника со стороны Воздвиженского. Второй — 4-тысячный — действовал со стороны Дагестана. Оба удара оказались достаточно эффективными. Противник понес поражение и был рассеян. Русские войска овладели новыми рубежами и некоторыми важными районами в Чечне и Дагестане. Правда, цена одержанной победы была немалая.

Одной из наиболее значимых потерь в отряде Барятинского была гибель генерал-майора Феликса Антоновича Круковского. Феликс Антонович родился в 1804 году в Гродненской губернии, и в возрасте 17 лет поступил на военную службу. На Кавказе с 1839 года в должности командира Горского линейного казачьего полка, с которым принимал участие в боях с чеченцами и за боевое отличие получил орден Св. Владимира 4-й степени. Затем были бои в Малой и Большой Чечне, принесшие Круковскому звание подполковника. За защиту станицы Беклешовской он был произведен в полковники и награжден орденом Св. Георгия 4-й степени. В 1848 году генерал-майор Круковский назначается наказным атаманом Кавказского линейного казачьего войска. Два следующих года он провел в походах за Кубань, в боях на реке Белой и в Чечне. В середине января 1852 года Феликс Антонович отправился в свой последний поход.

18 января колонна под командованием Круковского подошла к лесным завалам у аула Урус-Мартан. Казаки, выбив чеченцев из завалов, ворвались в аул и рассыпались по саклям. Опасаясь, что казаки будут перебиты поодиночке, командир отряда с небольшим конвоем прибыл в аул и, остановившись у мечети, приказал трубить сбор. В это время из мечети грянул залп. Круковский и многие его конвоиры пали убитыми и ранеными. Когда подоспела помощь, был найден труп генерала, обобранный донага. Впоследствии Барятинскому удалось выкупить у Шамиля Георгиевский крест и орден Св. Станислава 1-й степени, принадлежавшие Круковскому, но кинжал и шашку отважного генерала имам не согласился уступить ни за какие деньги.

Хаджи-Мурат

Весной 1852 года неудачно завершилась попытка Воронцова создать оппозицию Шамилю в лице Хаджи-Мурата. Этот вождь горцев, поссорившись с Шамилем, добровольно сдался русскому командованию в 1851 году. Правда, до этого тайные переговоры с ним велись уже несколько лет. Поступок знаменитого наиба не столько обрадовал, сколько озадачил русское командование, не верившее в искренность его намерений. На это было немало оснований.

Хаджи-Мурат сдался сыну кавказского наместника, командиру Куринского полка князю С.М. Воронцову после нескольких дней переговоров и был хорошо принят им, а затем доставлен к отцу в Тифлис. Там почетный пленник изложил свои планы, попросив, однако, прежде освободить его семью, находившуюся у Шамиля. Последнее обстоятельство сильно осложняло дело, ставя его за пределы реальности. Тем не менее Хаджи-Мурат и четверо его мюридов были приняты на российскую службу и размещены в Нухе, где, однако, за ними было установлено наблюдение.

23 апреля 1852 года во время одной из загородных прогулок по сигналу Хаджи-Мурата его мюриды перебили казаков конвоя, после чего горцы попытались уйти в сторону Алазани. Однако, попав на топкие рисовые поля, были вынуждены заночевать посреди них в кустарнике. Там они были по наводке местного жителя найдены и окружены отрядом уездного воинского начальника И.К. Корганова.

Яков Петрович Бакланов, герой кавказской войны, генерал-лейтенант

Дождавшись утра, русские предложили мятежникам сдаться, но в ответ прозвучали только выстрелы. Хаджи-Мурат и его люди, заняв позицию в канаве, метким огнем поражали каждого приближавшегося, а остальных держали на большом расстоянии. Перестрелка продолжалась более часа, когда на помощь Корганову прибыли Гаджи-ага, хан мехтулинский и Ахмет-хан — сын врага Хаджи-Мурата, с большим отрядом кавказской милиции. Они решились атаковать мятежников, но были отбиты. Правда, неравный бой долго продолжаться не мог. Писатель Л.Н. Толстой в своей повести «Хаджи-Мурат» писал: