The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография - Хантер Дэвис

Но в те дни их песни были проще. Да и сами «Битлз» были простыми ребятами и писали песни, которые можно весь вечер играть перед толпой орущих фанатов, вызывая простую же и мгновенную реакцию.

Песни сочинялись, обрабатывались и обкатывались на гастролях. Когда приходило время записываться в студии, битлы знали их досконально.

«Наше развитие застопорилось, — рассказывает Джордж, — потому что надо было постоянно выступать с одним и тем же репертуаром и все с теми же гитарами, басом и ударными. Приходилось держаться простейших инструментов… Долгое время мы не знали, что еще возможно. Мы были пацаны с севера, которых пустили поиграть в больших студиях EMI. Все записывалось наскоро, с первого раза, на одну дорожку, вот как „Love Me Do“. На сцене она у нас получалась в сто раз лучше, чем на пластинке».

Их первый альбом «Please Please Me» был записан за один день и обошелся в четыреста фунтов. «Sergeant Pepper» они писали четыре месяца, и стоил он двадцать пять тысяч.

Теперь, когда гастроли позади, их сессии очень длительны и ужасно сложны.

«Сейчас мы играем в студиях и больше нигде, — рассказывает Джордж. — Мы даже не представляем, что будем играть. Начинаем с нуля, все утрясаем прямо в студии — это адская работа. Например, Пол написал песню, пришел в студию, но песня только у него в голове. Ему очень трудно передать ее нам, а нам очень трудно ее воспринять. Мы что-то предлагаем, но ему может не понравиться, потому что в голове у него другое. Времени уходит уйма. Никто не знает песню, пока мы ее не запишем и не послушаем».

И никто не знает, как вообще они сочиняют музыку. Они сами не знают или не помнят, как и почему что-то написали. Допрашивать бесполезно — если песня не из последних, все уже ушло и забыто. Единственный способ — присутствовать на записи, но и тогда не видно, что у них в головах, — виден лишь результат.

«A Little Help From My Friends»

В марте 1967 года «Битлз» подбирались к финалу альбома «Sergeant Pepper». Они уже наполовину сочинили песню для Ринго — типично его песню, — которую начали записывать накануне.

В два часа дня Джон приехал к Полу в Сент-Джонс-Вуд. Они поднялись в студию Пола. Это узкая прямоугольная комната, забитая стереофонической аппаратурой и усилителями. На стене висит большой триптих Джейн Эшер, на полу — большое серебряное изваяние Паолоцци: камин с макушками далеков^[175].

Джон играет на гитаре, Пол бренчит на рояле. Так проходит два часа. Оба словно в трансе, пока один не находит что-нибудь стоящее; другой тут же вылавливает находку из какофонии и пробует сам.

Мелодия у них родилась еще вчера: нежная переливчатая мелодия, а также название — «A Little Help From My Friends». Сейчас они ее шлифуют и придумывают к ней слова.

— Are you afraid when you turn out the light?^[176] — спел Джон.

Пол за ним повторил и кивнул. Джон сказал, что можно ту же идею использовать во всех куплетах, если придумается побольше вопросов такого типа.

— Do you believe in love at first sight^[177], — пропел Джон. И остановился. — Нет. Слогов не хватает. Ты как думаешь? Разбить и вставить паузу? Будет лишний слог.

И он спел с паузой в середине:

— Do you believe — э — in love at first sight.

— Может, «do you believe in a love at first sight»? — спросил Пол.

Джон попробовал, согласился и допел еще строчку:

— Yes, I’m certain it happens all the time^[178].

Потом оба пропели две строчки, заменяя недостающие на «ла-ла-ла». Кроме этих строк у них был только припев: «I’ll get by with a little help from my friends»^[179]. Джон поймал себя на том, что поет «Would you believe», и решил, что так лучше.

Потом они поменяли строчки местами: «Would you believe in a love at first sight? / Yes, I’m certain it happens all the time», а затем: «Are you afraid when you turn out the light?» Вместо четвертой строчки оставалось «ла-ла-ла» — пока ничего не приходило в голову.

Дело шло к пяти вечера. Приехала Синтия, в солнечных очках, а с ней Терри Доран, старый ливерпульский друг битлов (и Брайана Эпстайна). Джон и Пол продолжали играть. Син вынула книгу в мягком переплете и углубилась в чтение. Терри достал журнал с гороскопами.

Пол и Джон без конца повторяли три строчки в поисках четвертой.

— Что рифмуется с «time»? — спросил Джон. — «Yes, I’m certain it happens all the time». Нужна рифма.

— Может, «I just feel fine»?^[180] — предложила Син.

— Нет, — возразил Джон. — Нельзя никакого «just». Оно ничего не значит. Это словесный мусор.

Джон пропел: «I know it’s mine»^[181], — но поощрения не заслужил. Строчка не клеилась к «Are you afraid when you turn out the light?». Кто-то заметил, что вышло неприлично.

Терри спросил, когда у меня день рождения. Я ответил, что 7 января. Пол прервался — а казалось, он занят песней и ничего вокруг не замечает, — и сказал: «Ха, у одного из наших ребят тоже». Он послушал, как Терри читает гороскоп, и опять забренчал на рояле.

Из бренчания неожиданно всплыла «Can’t Buy Me Love». Джон тут же присоединился, и они спели вместе, смеясь и перекрикивая друг друга. Пол перескочил на «Tequila»^[182]. И они снова исполнили ее дуэтом, еще громче крича и смеясь. Терри и Син продолжали читать.

— Помнишь, в Германии? — сказал Джон. — Как мы орали все что ни попадя?

Они сыграли песню снова; на этот раз вместо пауз Джон выкрикивал все, что в голову взбредет. «Панталоны», «епископ Эдинбургский», «сиська», «Гитлер».

Вопли и дурачество прекратились так же внезапно, как начались. Оба спокойно вернулись к песне, над которой им полагалось работать.

— What do you see when you turn out the light?^[183] — пропел Джон, слегка изменив слова и выкинув «afraid». А потом следующую строку: — I can’t tell you, but I know it’s mine^[184]. — Чуть изменив слова, он добился своего.