Харьков - проклятое место Красной Армии - Ричард Португальский

В ходе упорных двухдневных оборонительных боев части дивизии нанесли противнику значительные потери и совместно с другими соединениями армии задержали наступление его ударной группировки на Харьков с юга. За это время было подбито и сожжено 38 танков, 12 бронетранспортеров, 45 автомашин и уничтожено значительное число немецких солдат и офицеров.

Не добившись решающего успеха в полосе 3-й танковой армии, противник изменил направление главного удара. Утром 6 марта командование группой армий «Юг» нанесло главный удар смежными флангами 4-й танковой армии и оперативной группы «Кемпф» в стык между 69-й и 3-й танковой армиями. Здесь после артиллерийской подготовки противник ввел в сражение до двух танковых дивизий, действия которых активно поддерживала авиация, в течение шести часов наносившая удары по боевым порядкам 160-й и 305-й стрелковых дивизий 69-й армии[326].

В полосе 160-й стрелковой дивизии на фронте в 2–2,5 км было развернуто в первом эшелоне до 40 танков (в том числе несколько «Тигров») и штурмовых орудий, во втором – до 60 средних танков с десантом автоматчиков, а в третьем – легкие танки, бронетранспортеры и бронемашины с пехотой. Действия наземных войск непрерывно поддерживала авиация, которая группами по 25–30 бомбардировщиков воздействовала по боевым порядкам войск и огневым позициям артиллерии. Сломив в короткие сроки сопротивление стрелковых частей, противник вышел на фланги и в тыл противотанковых опорных пунктов и на позиции дивизионной артиллерии в глубине. Часть орудий была уничтожена огнем танков, другая часть – осталась без расчетов и была без помех обойдена немецкими танковыми подразделениями. Дело в том, что не только стрелковые взводы и роты, но и артиллерийские расчеты часто были укомплектованы личным составом, призванным на освобожденной территории. Ввиду отставания тылов вновь призванные не были переодеты в военную форму и продолжали действовать в своей одежде. Этим не преминул воспользоваться противник. Переодетые в конфискованную у местного населения одежду, немецкие пехотинцы, действуя в качестве десанта на танках, при подходе к огневым позициям артиллерии заблаговременно спешивались с танков, в пешем порядке выдвигались к орудийным расчетам и, не вызывая подозрения, уничтожали их в ближнем бою.

Одновременно другие удары были нанесены в центре оперативного построения 69-й армии – на смежных флангах 37-й стрелковой бригады и 180-й стрелковой дивизии силами двух пехотных батальонов при поддержке до 20 танков, а также на ее правом фланге – в полосе 161-й стрелковой дивизии, против которой перешла в наступление 167-я немецкая пехотная дивизия.

В результате первого дня боев противнику удалось потеснить 161-ю стрелковую дивизию на 3–4 км, а 37-ю стрелковую бригаду и 180-ю стрелковую дивизию – на 6–10 км. На левом фланге армии 160-я стрелковая дивизия со 2-й истребительной бригадой после четырехчасового боя отошла в северном и северо-восточном направлениях. За день боя потери артиллерии 160-й стрелковой дивизии и 2-й истребительной бригады составили 75 % от ее общего количества, а в 270-й стрелковой дивизии, которая была окружена, артиллерия была уничтожена полностью[327]. В 37-й стрелковой бригаде было выведено из строя 12 орудий из 28, имевшихся к началу наступления немецких войск. Бригада также имела потери до 70 % средств тяги. Фактически не смогла вывести из боя и отвести на последующий рубеж обороны свою артиллерию и 180-я стрелковая дивизия. Попытка командира дивизии задержать продвижение танков противника вводом в бой артиллерийского противотанкового резерва (одна батарея) также не увенчалась успехом, так как он был уничтожен их огнем при выдвижении на указанный рубеж развертывания[328].

На левом фланге армии танковая дивизия СС «Адольф Гитлер», вклинившись в глубину обороны на 10–12 км, во второй половине дня вышла к хутору Снежков Кут и к Замостью, где в противотанковых опорных пунктах занимала оборону 6-я истребительная бригада. В течение трех часов бригада отражала атаки до 70 танков противника, уничтожив 24 из них[329]. Ведя бой самостоятельно без стрелкового прикрытия, она была блокирована с флангов и с тыла, понесла большие потери в артиллерии и была вынуждена отойти. Вызывает интерес то, как описывает этот бой один из его участников с немецкой стороны – начальник штаба 1-го танкового полка дивизии «Адольф Гитлер» оберштурмфюрер Изике: «…Широким фронтом мы продолжаем наступление по заснеженной равнине. На горизонте перед нами едва виднеются крыши. Это может быть только Снежков-Кут. Во время короткой остановки командир штурмбаннфюрер Вюнше отдает первой роте приказ, обогнув далеко растянувшуюся деревню, атаковать ее с востока и двигаться нам навстречу. Мы же продолжаем наступать в нашем направлении… То и дело перед нами и по сторонам взвивается снег и что-то жужжит мимо нас. Нас осталось 18 танков, за нами оба «Тигра», пехота пока еще сидит на броне, спрятавшись за башней… Слева и справа от нас два танка объяты пламенем. Наша танковая атака достигла своей критической фазы… От высоты перед нами, уже хорошо различимой, неприятно часто посверкивает…

По звукам выстрелов и взрывам мы понимаем, что бой между танками и противотанковыми орудиями в самом разгаре. Примерно в 80 метрах от нас появляется «Тигр», который движется в сторону высоты… Едва «Тигр» поднимается на возвышение, раздается грохот. Вокруг нас огненные вспышки и осколки. Подняв головы, мы видим на башне «Тигра» пятно размером с квадратный метр. Ствол орудия калибром 88-мм приходит в движение и, словно пальцем, указывает на цель. Струя огня – мы приподнялись, чтобы видеть, что произошло. Половину дома снесло, и очень ясно стал виден горящий танк, теперь без башни…

На восточной окраине как минимум две дюжины «Т-34» вышли из своих укрытий. Между тем подоспел второй «Тигр»… Перед деревней Снежков-Кут наши подбивают восемь вражеских танков. В самой деревне удается уничтожить еще четыре, в то время как остальные «Т-34» исчезают в направлении Валки, на северо-восток. Штурмбаннфюрер Вюнше между тем руководил действиями отделения против позиций ПТО. По окончании боя их насчитали 56».

Этот отрывок заставляет опять вернуться к вопросу о потерях, в данном случае приводимых немецкой стороной. В 69-й армии к тому времени насчитывалось, по различным данным, от 4 до 8 танков. «Героический» оберштурмфюрер же насчитал их «не менее двух дюжин», при этом 12 из них в этом бою были «уничтожены». А вот своих подбитых танков он в «горячке» боя заметил только два. По всей видимости, обзор из танка был плохой.

Тем не менее передовые части танкового корпуса СС к исходу дня смогли вклиниться на глубину до 15 км и выйти в район населенного пункта Валки, который обороняла 305-я стрелковая дивизия. Вот здесь-то и находился танковый резерв армии. Как пишет генерал М.И. Казаков: «И тут не вытерпело сердце командующего бронетанковыми и механизированными войсками нашей армии генерал-лейтенанта В.А. Мишулина. По собственной инициативе он сам повел в контратаку те семь-восемь танков (по данным ЦАМО, к тому времени в армии имелось 4 танка. – Авт.), которыми располагал. Но силы были слишком неравными. Очень скоро немцам удалось подбить головной танк, в котором находился Мишулин. Другие танковые экипажи с трудом спасли тяжело контуженного генерала. Изменить же течение боя они не смогли»[330].