Махно - Михаил Веллер

Ведь их было поначалу так мало, они были так невлиятельны.

Первое. Про них. Они были гениальные политики. Они ошибались, пороли ерунду, проявляли наивность и безграмотность в экономике и политике. Но. Они ничего не боялись и не знали никаких ограничений. Была величайшая мечта в истории человечества, которая пахла ошеломительной реальностью: Мировая Революция. Вечное счастье для всех трудящихся, обездоленных тысячелетиями.

В безграничном стремлении к величайшей и благородной справедливости они стали самыми страшными преступниками в истории. Моря крови воспринимались как необходимая дань счастью. Их панически боялись после террора.

Они сумели заставить работать на себя кадровое офицерство, мобилизовать в армию крестьянство. Они продавали любые национальные ценности. Только выжить и победить.

В практической политике они были абсолютно беспринципны, абсолютно всеядны и прагматичны. Принцип был один: победа. А там разберемся.

Революция и диктатура позволяли брать подходящих людей с самого низа и возносить их на любые высшие должности, минуя все промежуточные ступени карьеры. Энергия молодых талантов шла в дело, а не в карьеру. И — они не боялись подсидок и конкурентов: в любой миг безо всякого суда можно расстрелять кого угодно.

И за три года войны вышли наверх плеяды и созвездия талантов. Не надо смеяться над их малой образованностью и туповатостью. Они проявили свой талант в главном: в умении выполнять нужную задачу при самых трудных условиях. Через 20 лет многие из них были раболепными идиотами. Но на тот момент — это были отборные кадры: кузнецы победы.

И. Большевики мгновенно и сплеча разрубали все гордиевы узлы момента. Вопросы земли и заводов, свободы печати и торговли, международных союзов и партийных расколов — решались мигом, и выполнялись те решения под страхом расстрела в кратчайшие сроки, которые без расстрела были бы нереальны. Тупы? — но старались!!!

Это все — второе, третье и четвертое.

Последнее. Вспомните названия той эпохи. «Ревком», «Реввоенсовет», «командарм», «нарком». Зря смеялись над «революционным новоязом», хотя идиотские аббревиатуры по любому поводу бывали безусловно нелепы. Да главные были круты и звучны! А в языке стихийно отражается энергетика носителей этого языка — народа, социальной группы.

Объективно — большевики привели Россию к большему могуществу, чем это сделал кто бы то ни было другой. Могущество — есть объективная цель государства как системы. Но… это уже за пределами данной книги…

Большевики — были орудием и олицетворением объективного хода истории.

А что СССР рухнул? Всё в мире рушится, пройдя пик своего могущества…

Теперь про белых. Благородных рыцарей движения за все святое. Про их союзников интеллигентов и демократов разных мастей.

Первое. Хорошую вещь Учредительным собранием не назовут. Что-то в этом словосочетании от зала с рядами канцелярских стульев, от лысин с очками, от бухгалтерских лиц и учительского тона, от воды с мухами в графине, тухлом на выцветшем зеленом столе президиума. Упадок энергетики всегда отражен в вербальном отражении предмета.

Второе. У них не хватило сочетания ума с решимостью признать независимость отпавших национальных регионов — как сделали большевики. В результате борьбы «за единую и неделимую» белые получили врагов в лице всех националов. А красные часто — друзей.

Третье. У белых не хватило сочетания ума с решимостью определить главные для народа проблемы: землю — делим меж крестьян? Они это откладывали до своей победы и решения Учредительного собрания.