Морские десантные операции вооруженных сил СССР. Морская пехота в довоенный период и в годы Великой Отечественной войны. 1918-1945 - Владимир Жуматий

Отдельные соединения и части не имели возможности полностью завершить подготовку к десантным операциям. Так, в Тулоксинской операции 3-я брмп (командир инженер-капитан 1-го ранга С. А. Гудимов) была выведена прямо из боя и направлена в Свирицу для посадки на суда,[842]обмп Петропавловской ВМБ был сформирован за сутки до начала Курильской операции.[843]Размещение десантников на кораблях, транспортах, катерах, сейнерах и мотоботах также оказывало влияние на выбор форм и методов воспитательной работы.

Эти условия учитывались при организации и проведении политической работы с личным составом десанта в период посадки и перехода морем. С выходом десантных отрядов в море во всех частях и подразделениях десантных войск проводилась активная организаторская и идейно-политическая работа с личным составом десанта, направленная на разъяснение ему конкретной боевой задачи в предстоящем бою за высадку. Особое внимание уделялось личному составу первого броска, их активным и решительным действиям в ходе овладения плацдармом высадки, преодоления противодесантной обороны противника, наращиванию наступательного морального и боевого духа.

На переходе десанта морем выполнение поставленных задач достигалось совместной дружной работой командиров, политработников, партийных и комсомольских организаций. То, что до выхода в море составляло строжайшую тайну, на переходе морем стало предметом работы по разъяснению десантникам задач в предстоящем бою. Им сообщалось место высадки, объяснялась обстановка в предстоящем районе и предполагаемые способы высадки десанта, изучались с личным составом подходы к берегу и причалам, глубины в этих местах, план противодесантной обороны противника.

Если десант высаживался непосредственно в порт, то с десантниками изучали план портовых сооружений, расположение улиц города, прилегающих к порту, и т. д. Так, в Керченско-Феодосийской десантной операции (1941) с личным составом штурмового отряда были тщательно изучены расположение складов и других сооружений в Феодосийском порту, подходы к улицам, идущим из порта в город, и план всего города.[844]

В Южно-Сахалинской операции (1945) на переходе десанта для высадки в порт Маока каждый корабль и каждая десантная часть были снабжены аэрофотоснимками порта и города Маока и фотокопиями карт района Маока с нанесенной на них сеткой квадратов,[845]а также военно-географической справкой порта Маока.[846]Десантники на переходе морем тщательно изучали по этим документам места высадки и территорию порта.[847]Однако необходимо отметить, что в Сейсинской десантной операции такой материал, как справка о городе Сейсине, был доставлен поздно и только в одном экземпляре.[848]

В достижении высокой целеустремленности и конкретности в организаторской и воспитательной работе с личным составом десанта важная роль принадлежала командирам-единоначальникам. На переходе морем возрастало значение их личных волевых качеств и организаторских способностей. Опыт лучших командиров соединений и частей десантных войск учит, что командир десанта на переходе морем вникал в организацию воспитательной работы и лично в ней участвовал. «Политическая работа в армии, – говорил М. В. Фрунзе, – есть особый вид оружия, который в известной обстановке будет иметь решающее значение».[849]Это хорошо понимали командиры и принимали самое непосредственное участие в ней. Так, командир 6-го оспмп подполковник Г. Т. Гичак в написанной им листовке-молнии призывал личный состав полка бить врага стремительно и беспощадно, не дать ему опомниться после высадки десанта.[850]

Непосредственными организаторами воспитательной работы на переходе морем были политработники. Они постоянно и глубоко вникали во все стороны деятельности личного состава частей и подразделений десантных войск, руководили воспитательной работой командиров рот, батарей и взводов, работой партийных и комсомольских бюро. Так, например, в Керченско-Феодосийской десантной операции 28 декабря 1941 г. комиссар отряда корабельной поддержки бригадный комиссар В. И. Семин провел с командирами и комиссарами кораблей и десантных частей совещание. На нем он поставил задачи перед офицерским составом по работе с личным составом на переходе морем.

В свою очередь, комиссары кораблей на переходе морем довели задачи до политруков, секретарей партийных и комсомольских организаций, а последние – до каждого коммуниста и комсомольца, до каждого бойца.[851]Они лично обходили подразделения, размещенные на корабле, беседовали с десантниками, принимали меры по устранению имевшихся недостатков, оперативно информировали офицеров об обстановке, давали необходимые указания.[852]В результате постоянной активной и целеустремленной работы политработников личный состав соединений и частей десантных войск был охвачен единым стремлением – решительно высадиться, захватить плацдарм и нанести сокрушительный удар по противнику.[853]Особенно умело организовали ее военкомы крейсеров «Красный Крым» и «Красный Кавказ» батальонные комиссары Ф. П. Вершинин и Г. И. Щербак.[854]

С выходом десанта в море командиры вместе с политработниками, как правило, доводили задачи до офицеров, партийного и комсомольского актива, беседовали с десантниками, организовывали получение информации о положении дел в подразделениях. Доведение боевой задачи во многих операциях осуществлялось одновременно с разъяснением обращений военных советов, командования и политорганов соединений к участникам десантных операций. В ходе разъяснения боевой задачи командиры, политорганы, партийные и комсомольские организации добивались глубокого понимания каждым десантником поставленной задачи в бою за высадку и его готовности любой ценой ее выполнить.

В доведении и разъяснении боевой задачи десантом в воспитательной работе широко использовались материалы, изданные политуправлениями фронтов и флотов, политотделами армий, флотилий и военно-морских баз. Часто издавались памятки десантнику.[855]Некоторые материалы издавались совместно армейскими и флотскими политорганами. Так, памятка десантнику в Керченско-Феодосийской десантной операции (1941) была издана совместно политическим управлением Черноморского флота (начальник дивизионный комиссар П. Т. Бондаренко) и политотделом 51-й армии.[856]Широкое распространение получили взаимные обращения морских пехотинцев, экипажей кораблей и судов, красноармейцев, авиаторов, участвующих в десантных операциях. Среди них, в частности, были: обращение катерников к десантникам; обращение личного состава фрегата к десантникам; обращение красноармейцев к морякам.[857]