Морские десантные операции вооруженных сил СССР. Морская пехота в довоенный период и в годы Великой Отечественной войны. 1918-1945 - Владимир Жуматий

Опыт подтверждает, что там, где подготовке к посадке не уделяли должного внимания и политработники стояли в стороне от этого дела, как правило, имели место недостатки. Это было характерным для Керченско-Феодосийской десантной операции (1941).[830]Основной причиной неорганизованной посадки десантников на корабли явилось то, что отдельные командиры и политработники не продумали в деталях организацию посадки десантных войск и погрузки техники.[831]Исследование показало, что в последующих операциях этот опыт был учтен не полностью. Так, в Новороссийской десантной операции (1943), в целом проведенной организованно, отдельные подразделения опоздали на посадку. Некоторые офицеры не знали, куда грузить материальную часть своего подразделения.

Опыт войны подтверждает, что целью политической работы в ходе посадки десанта являются обеспечение мобилизации на четкую организацию посадки личного состава и погрузки материальной части на корабли и суда в сжатые сроки с соблюдением всех мер скрытности. Успешное выполнение этих задач зависело от хорошо продуманной и активной организаторской и воспитательной работы командиров, политработников, партийных и комсомольских организаций с личным составом. И наоборот, в тех соединениях и частях десантных войск, где она тщательно не продумывалась от начала до конца посадки, имели место серьезные недостатки. Так, из-за крайне сжатой подготовки (около суток) в Курильской десантной операции (1945) эти мероприятия не проводились. Поэтому посадка десантных войск прошла неорганизованно. Отдельные части подходили с опозданием, создавали «пробки» и путали корабли. Некоторые десантники во время посадки, проверяя оружие, стреляли в воздух. Крайне неорганизованно была осуществлена погрузка боевой техники.[832]

После посадки десанта на корабли командиры и политработники, как правило, использовали время для проведения активной воспитательной работы среди десантников. Она в большой степени зависела от времени стоянки десантных отрядов в порту и перехода десанта морем. Время посадки десантников и ожидания выхода в море даже для одного отряда могло быть различным. Так, например, в Керченско-Феодосийской десантной операции (1941) десантники передового отряда, посаженные на транспорт «Кубань», находились в порту 63 часа, на корабли отряда корабельной поддержки – 30 минут, на катера отряда высадочных средств – 20 минут[833](см. табл. 8).

Командующие и члены военных советов флотов и армий, командиры и начальники политорганов объединений и соединений перед выходом в море посещали соединения, части и корабли, беседовали с активом, офицерами, старшинами и краснофлотцами о выполнении поставленных им задач, воодушевляли десантников на боевые подвиги. Так, например, в Таманской десантной операции 25 сентября 1943 г. во время погрузки в порту Геленджик личного состава на корабли 83-ю брмп (командир подполковник Козлов) посетил народный комиссар ВМФ адмирал Н. Г. Кузнецов. Он тепло побеседовал с личным составом и призвал морских пехотинцев к решительным и дерзким действиям в десанте.[834]В Керченско-Эльтигенской десантной операции на митинге в 386-м бмп (командир майор Н. А. Беляков) 30 октября 1943 г. с пламенной речью выступил командующий Северо-Кавказским фронтом генерал-полковник И. Е. Петров.[835]

Посещение кораблей столь высокими руководителями поднимало настроение личного состава десанта, моральный дух десантников. Опыт показывает, что такие посещения руководителями объединений армии, авиации и флота перед выходом на операции, их личное общение с подчиненными имели важное мобилизующее и воспитательное значение для десантников. Особенно запомнилось личному составу 142-го бмп 255-й брмп (командир полковник А. С. Потапов) выступление начальника Главного политического управления ВМФ генерал-лейтенанта береговой службы И. В. Рогова в Южно-Озерейской десантной операции. Он обратил внимание воинов на необходимость взаимной помощи и выручки на переходе морем, при высадке десантников на берег, бое за высадку и призвал бойцов к успешному выполнению боевой задачи. Ознакомившись с бытом личного состава и состоянием их обеспечения, он ответил на многочисленные вопросы десантников.[836]

С посадкой десантников на корабли командиры, политработники, партийный и комсомольский актив совместно с экипажами кораблей принимали меры к качественному и быстрому размещению оружия и боевой техники, учитывая при этом необходимость соблюдения порядка его выгрузки и возможности использования на переходе морем.

Исследование показывает, что в десантных операциях штурмовые отряды, предназначенные для первого броска, размещались в основном на малых боевых кораблях, катерах, мотоботах, баркасах и других плавсредствах. В связи с тем что боевые возможности этих плавсредств были слабые, при погрузке техники они, как правило, усиливались более мощными огневыми средствами. Так, в Новороссийской десантной операции (1943) на мотоботах в носовой части были установлены артиллерийские орудия 255-й брмп (командир полковник А. С. Потапов) для стрельбы прямой наводкой при подходе к месту высадки.[837]Условия размещения личного состава десанта на кораблях и судах влияли на формы и методы политической работы при посадке и на переходе морем. В этот период главное внимание в политической работе уделялось поддержанию у десантников стойкости, высокого наступательного порыва, мужества, отваги, наращиванию морального и боевого духа, их готовности выполнить приказ о высадке любой ценой.

Анализ подтверждает, что в повышении эффективности воспитательной работы с личным составом десанта и мобилизации его на выполнение поставленных задач важную роль играли обращения военных советов, материалы с обобщенным боевым опытом и практикой воспитательной работы в предыдущих десантных операциях. Хорошо себя зарекомендовали памятки десантникам, листовки и другие материалы.

Воспитательная работа во время перехода морем в большой степени зависела от времени и метеорологических условий перехода десанта морем, завершенности подготовки соединений и частей к десантной операции, а также от условий их размещения на кораблях и судах. Время перехода десанта морем было различным и колебалось от нескольких часов до нескольких суток. Гидрометеорологические условия перехода десантных отрядов были также различны.[838]Так, переход 83-й мсбр (командир полковник И. П. Леонтьев) в Керченско-Феодосийской десантной операции осуществлялся в штормовых условиях, многие десантники испытывали симптомы морской болезни.[839]Обмп Петропавловской ВМБ (командир капитан 1-го ранга Д. Г. Пономарев) в Курильской десантной операции и 13-й брмп (командир генерал-майор В. П. Трушин) в Южно-Сахалинской операции переход осуществляли в тумане,[840]а 12-й брмп (командир полковник В. В. Рассохин) в мае 1942 г. – в условиях полярного дня.[841]