Непобедимые скифы. Подвиги наших предков - Наталья Павлищева

– Да нет же, напутали ваши разведчики! Вон у ойранцев костры горят, как горели. И ослы всю ночь ревут, даже сильнее, чем обычно.

Сколько ни смотрели, ничего не поняли.

– Ладно, на рассвете увидим, что произошло.

Аморг вернулся в шатер к Асиат. Милида недовольно покосилась на скифа, ну чего ходит туда-сюда?

– Как она? – кивнул Аморг Лейле на лежавшую без движения девушку. Та шепотом успокоила:

– Теперь уже хорошо. Спит. Стрия дает снадобье.

Аморг вдруг сообразил, что персиянка поняла его вопрос и сама ответила, хотя говорил он по-скифски. Внимательней пригляделся к Лейле. Персиянка сильно изменилась за прошедший месяц. Куда девались ее неуверенность, капризные нотки в голосе, жеманность? Перед скифом сидела настоящая амазонка, сильная и готовая защитить больную подругу от любого посягательства.

– Чего ты так смотришь? Стрия сказала, что все будет хорошо. Надо только дойти до Экзампея, там она наберет воды и залечит все раны и Асиат, и Вордеру.

Милиде надоело, она вскинулась со своего места:

– Вы замолчите или нет?!

Лейла замахала руками на Аморга:

– Иди, пока иди! Утром придешь!

Парень хотел сказать, что неизвестно, что будет утром, но не стал, вышел, осторожно прикрыв полог. Но стоило ему сделать шаг от шатра, как сзади раздался голос Лейлы:

– Аморг, а Экзампей – это что?

– Это место такое, там есть живая и мертвая вода.

– А… я вспомнила, Асиат рассказывала, когда мы ехали… Ты не бойся, ей уже много легче. А меня Стрия оставила следить, чтобы Милида ничего худого не сделала.

– Так чего же ты здесь?

– Ухожу…

Аморг размышлял. Стрию не обманешь; если она приставила к Асиат персиянку, значит, что-то чует, а если чувствует Стрия, то так и есть.

Но раздумывать было некогда, первые лучи солнца вот-вот покажутся из-за края леса, небо там начало розоветь. Аморг отправился к царю.

Антир тоже вышел из шатра и стоял, но смотрел не на светлеющее небо, а в сторону ойранского стана. Что там все же случилось?

На рассвете стало понятно, что не все в порядке, у ойранцев не заметно обычного движения, когда множество людей встают, кормят лошадей, едят сами… Не слышно и конского ржания. Костры догорели, а новые почему-то не разжигали.

Антир отправил к стану разведку. Вернувшиеся скифы принесли чудные вести: ойранцев там попросту не было! Антир едва не схватился за голову, неужели Дарий его провел и нападет с тыла?! А Скопасис со своими ушел под покровом ночи, пытаясь обойти ойранцев далеко с севера. Что, если он зайдет слишком далеко?

Метнулись по вражескому стану. Там остались одни раненые, больные и совсем немощные. Все так же орали привязанные ослы. Возле потухших костров скифов встретили калеки, в отчаянии протягивая руки и моля о прощении.

– Спроси, где царь с остальными?!

Толмач перевел, что Дарий с войском ушел в обход скифов. Отвечавший старый воин даже прикрыл голову руками, видно ожидая за такой ответ удара. Антир недоверчиво покосился, следы говорили о том, что ойранское войско ушло обратно в сторону Истра. Какой же это обход?

– Куда ушли? В какую сторону?

– Не знаю. Туда, – неопределенно махнул единственной рукой калека.

Вдруг к царю подошел Палий:

– Антир, послушай, что он говорит.

– Кто?

– Вот, поймали одного. Твердит, что был при царе, да заболел, его и бросили вместе с остальными. Он писец, это он писал тебе послание.

– Не врет?

– Нет, я, кажется, видел его там, когда носил твой ответ.

– Ну, и что он говорит?

Писец был измотан незаживающей раной, полученной, видно, еще у Меотиды. Нарыв на ноге воспалился и грозил перекинуться на все тело. Его бы к Стрие, почему-то подумал Антир, но вслух жалеть врага не стал.

– Царь царей увел свое войско к Истру. Ионийцы, построившие переправу, должны ждать ее только шесть раз по столько. – Человек в нелепо болтающейся на нем из-за страшной худобы одежде показал две растопыренные ладони.

Антир кивнул: ясно, шестьдесят дней. А сколько прошло с тех пор, как ойранцы переправились? Писец, видно, понял невысказанный вопрос, ответил:

– Через десять дней мост будет разрушен. Если, конечно, ионийцы выполнят приказ.

– Как идет царь ойранцев?

– Кто? – не понял перс.

– Дарий?

– Не знаю…

На бедолагу было страшно смотреть. Вдруг Антиру пришла мысль, что богу Папаю такой больной в качестве жертвы не нужен, да и не доживет он без помощи. Найдя себе оправдание, царь вдруг повелел Палию:

– Отведи его к Стрие. Скажи, что я велю поставить на ноги, если сможет. И накормите. Он мне нужен.

Палий кивнул, а перс, осознав, что его не собираются убивать, а, наоборот, спасают жизнь, принялся благодарить скифа. Жить хочется даже очень больному человеку, к тому же попавшему в плен. Но Антиру уже не до него, подозвал к себе Аморга:

– К Скопасису, быстро! Сообщи о том, что Дарий ушел на запад, чтобы сарматы не попали к нему в ловушку. Запомни: мост разрушат через десять дней, Скопасис с Дайраной должны обогнать ойранцев, чтобы те не успели переправиться!

Конь нес Аморга на запад вдогонку к Скопасису, а душа его возвращалась обратно в лагерь к Антиру. Там была раненая Асиат. Скорее сообщить сказанное Антиром и вернуться!

Аморг хорошо знал эти места, не раз кочевал здесь, потому помнил каждую балку, каждый перелесок, оставалось только надеяться, что не попадет ни в какую ловушку, устроенную ими же для глупых ойранцев. Однажды чуть так не случилось. Засадная яма была глубока, не заметь скиф ее в последний миг, лежать бы ему на дне до последних мгновений своей тогда уже недолгой жизни! Что недолгой, понял сразу, как только заглянул в яму. На дне, свернув шею, валялись двое ойранцев. Попали, видно, недавно.

Аморг понял, что как ни торопится, а придется объезжать много дальше, чтобы не попасть в такие же ловушки, устроенные сарматами и амазонками только что. Опасно, но скиф все же торопился.

У Скопасиса его встретили с беспокойством. Понимая, что появление посланника от царя не сулит ничего хорошего, Аморг постарался объяснить все без проволочек:

– Ойранцы ушли обратно!

– Куда?! – оторопела Дайрана.

– К Истру! Ночью! Бросив своих раненых!

– Но у них был шум в лагере всю ночь, мы сами слышали!

– Это орали ослы и мулы, а костры жгли оставленные, чтобы обмануть нас. Антир велел догонять их осторожно. Он пока разберется с пленными и сразу следом. К мосту через Истр надо успеть быстро, Дарий спешит, потому что мост разрушат через десять дней.