Непобедимые скифы. Подвиги наших предков - Наталья Павлищева

В ответ скиф усмехнулся, обведя взглядом вокруг:

– Очень много, царь. Вся степь.

– Почему же не стреляют?

– Мы не убиваем тех, кто не нападает на нас. Уйдешь – не тронем. Попробуешь напасть – и перестреляем всех еще на подходе!

– Все-ех?.. – Дарий постарался, чтобы насмешка была явной, окружающие должны видеть уверенность своего правителя в победе. Но почему-то такой уверенности у него не было. Что случилось? Обладавший самым большим и сильным войском в мире персидский царь боялся каких-то разбойников на кургузых лошадках?!

Дарий вскинул голову, жестом показал, чтобы скифа казнили. Тот не испугался, смотрел презрительно. Мало того, что-то крикнул царю. Успел-таки, пока не снесли голову.

– Что он сказал? – хмуро поинтересовался Дарий у Гобрия. Тот склонился к ближайшему воину, видно толмачу, послушал и вполголоса, чтобы не слышали остальные, повторил Дарию:

– Сказал, что верно боишься. Презренный пес!

Царь только усмехнулся в ответ, гримаса вышла не очень уверенная.

Солнце повернуло уже к вечеру, а два войска все стояли в ожидании. Дарий отправил поискать лучников, но сунувшиеся чуть в сторону персы были либо перебиты на подходе, либо попросту никого не нашли. Царь злился, нелепое положение – стоять, ожидая непонятно чего и боясь двинуться с места! Такого с ним еще не бывало! Какие-то степняки держат в страхе огромное войско всесильного Дария Гистаспа!

И вдруг в рядах скифов стало заметно движение. Персы напряглись в ожидании атаки противника, но движение было непонятно суетливым.

– Что? – вскинулся Дарий. – Что еще придумали эти варвары?!

Немного погодя вернулись отправленные на разведку воины. То, что они сказали, не укладывалось в голове: выстроенные для битвы скифы вдруг принялись… ловить зайцев!

– Что делать?! – Царь решил, что ослышался.

– Они ловят зайцев, Царь, – развел руками сановник.

– Каких зайцев? – Дарий, как и остальные, был попросту растерян.

– Не знаю, гоняются за зайцем…

Дарий замер. Скифы столь уверены в себе и не боятся его, что даже в преддверии, может быть, последнего для них боя способны заниматься чем-то другим?! Как с такими можно воевать?! И что теперь делать?

Откуда было знать персам, что это простая хитрость Скопасиса. Младший царь скифов, не желая класть своих людей под ойранскими мечами и стрелами, всю ночь размышлял о том, как все же ускользнуть от сражения. Днем, заметив мелькнувшего в высокой траве зайца, он вдруг сделал знак охраннику-сармату подойти. О чем шептались Скопасис с сарматом, не знал никто, только немного погодя в сторону нетерпеливо переминавшихся на месте всадников отправились несколько человек с мешками.

Они вели себя странно, принялись развязывать свои мешки с криками, что за каждого пойманного зайца царь обещал награду! Вмиг все смешалось в стане скифов, всадники бросились ловить бедных животных. Охота на зайца всегда считалась хорошей приметой, пойманный ушастый сулил плодородие и удачу, а обещание царского подарка добавило азарта. О персидском войске было вмиг забыто, точно его и не существовало.

Изумленный не меньше Дария Антир обернулся к Скопасису:

– Что творится в войске? Они ловят зайцев! Зачем ты обещал за поимку награду?!

Младший царь, и сам тревожно наблюдавший за беспорядком в стане, поинтересовался:

– А что делают ойранцы?

– Стоят на месте…

– Вот пусть и стоят хоть до скончания своего века! – довольно кивнул Скопасис.

– А… если вдруг нападут?

– На кого? На людей, гоняющихся за зайцами? И с кем они биться будут?

– И долго это будет продолжаться?

– До вечера.

– А потом?

– А ночью мы их обойдем. Отпусти нас с Дайраной их обойти. За ночь обогнем и нападем завтра одновременно с тобой.

– Как ты узнаешь, что мы напали?

– Бой услышу. Мои люди будут недалеко от ойранцев.

Немного подумав, Антир кивнул:

– Добро. Если они не нападут раньше.

Скифы, изловившие четырех зайцев, получили от Скопасиса по кубку и были очень горды такой наградой. Таксакис дивился:

– К чему награждать за обычных зайцев?

– Я не могу обманывать людей. Объявил, что награжу, – должен наградить!

До вечера тянулось тревожное ожидание. Ближе к закату стало ясно, что битвы не будет, ойранцы явно устраивались на отдых, да и кто рискнет нападать ночью? Но в стане скифов произошло событие, не позволившее успокоиться всю ночь.

Солнце уже коснулось верхушек деревьев, ойранское войско отступило, окружая кострами свой стан. Орали ослы и мулы, ржали кони, перекрикивались люди, как и у скифов. На них войско Скопасиса и амазонки Дайраны готовились уехать в ночь, окружая ойранцев. Ждали только темноты.

Скопасис стоял недалеко от шатра Антира, рядом только сармат-охранник. Царь разглядывал окрестности, прикидывая, как пойдут, и своих воинов, уже подтягивавшихся ближе к дальнему краю стана. Тревога была разлита в воздухе, но сейчас со Скопасисом происходило что-то непонятное, он нутром почуял какую-то угрозу. Неведомое заставляло Скопасиса внимательно оглядывать округу и прислушиваться. Так замирает олень, кожей уловив, что в него целятся. Но сейчас добычей мог стать он сам.

К царю подошел Палий, чьи воины разведывали все вокруг, чтобы сказать, что ойранцы встали станом на ночь.

Не успел.

Охотничье чутье внезапно толкнуло Скопасиса в сторону, он почти упал, на мгновение опередив теньканье тетивы и метившую ему в голову стрелу! Стрела вонзилась в столб шатра, а к кустам, откуда она прилетела, бросился охранник-сармат, которого царь невольно сбил с ног. Вскочив, и сам Скопасис кинулся туда же, но в зарослях было пусто.

Сделав знак Палию, чтобы не шумел, и что-то тихо сказав охраннику, Скопасис подошел к шатру. Стрела засела в дереве не слишком глубоко, но, попади она в голову царя, это был бы последний в его жизни закат!

Выдернув стрелу из столба, Скопасис принялся внимательно разглядывать наконечник и оперение. Что-то показалось ему подозрительно знакомым. Палий подтвердил:

– Такие у амазонок…

Царь кивнул, и то, с какой силой она выпущена, тоже говорило, что постаралась женская рука, причем не самая сильная… Скопасис обернулся к Палию:

– Молчи пока. Сам разберусь.

– Опасно.

– Сегодня больше стрелять не будут, а завтра…

Что завтра, договаривать не стал, и без того ясно. Но Палий был не согласен:

– Амазонки пойдут с тобой, тем более опасно. Ума не приложу, кто тебя мог так возненавидеть!

– Это не амазонка, вернее, не совсем амазонка, – задумчиво произнес Скопасис. – Рука слишком слабая. Девушки Дайраны стреляют посильнее, не хуже моих.