Колокола тревог - Анатолий Терещенко

Сразу же после прихода к власти Горбачева ЦРУ, «самой демократической страны» в мире — США, ускоряет программу развала СССР через свои институты и «агентуру влияния» внутри нашей страны. В связи с этим мне хочется вспомнить слова А.С. Пушкина об американской демократии:

«С изумлением увидели демократию в ее отвратительном цинизме, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве. Все благородное, бескорыстное, все возвышающее душу человеческую — подавлены неумолимым эгоизмом и страстью к довольству».

Комментировать эти слова, нет надобности. Давайте прочитаем некоторые американские заключения.

Прогнозы ЦРУ в отношении СССР — 1991 год.

Для того, чтобы не быть голословным, есть необходимость привести дословно два свежих документа аналитической спецслужбы — Центрального разведывательного управления США от 25 апреля 1991 года под кодовыми названиями Документ № 1 — «Советский котел» и «Документ № 2» — «Будущее Горбачева».

Содержание этих двух секретных документов показывают, как глубоко американские спецслужбы отслеживали обстановку, что позволяло им прогнозировать политику на несколько ходов вперед.

Документ № 1

Экономический кризис, устремления к независимости и антикоммунистические силы разрушают советскую империю и систему власти:

1. Борис Ельцин стал врагом номер один старого порядка и имеет хорошие перспективы стать первым в истории России ее всенародно избранным руководителем, приобретшим благодаря такому мандату легитимность;

— на Украине, второй по размеру союзной республике с 50 млн. жителей, набирает скорость движение в сторону суверенитета;

— белорусские власти признали и начали переговоры со стачечным комитетов выступающим против дальнейшего правления как собственной коммунистической партии, так и Кремля;

— прибалтийские республики используют тревожное затишье в отношениях между ними и Кремлем для укрепления новых институтов и расширения поддержки со стороны некоренного населения, в первую очередь русских, в пользу независимости;

— Грузия объявила о своей независимости, а все остальные республики настаивают на значительно больших полномочиях местной власти;

— бастующие шахтеры настаивают в своих требованиях не только на экономических приобретениях, но и также на структурно-экономических и политических переменах. Их призыв ныне получает отклик в других отраслях промышленности; планово-централизованная экономика потерпела необратимый крах и сменяется хаотическим набором бартерных сделок на местном и республиканском уровнях, отчасти напоминающим рынок, но без складывания его в отчетливую систему;

— неоднократные заверения центра о контроле над общегосударственным телевидением не задушили рождение новых радио— и телекомпаний и примерно 800 новых независимых газет, которые и восполняют недосказанное в новостях;

— Коммунистически партия Советского Союза (КПСС) распадается как по регионам, так и идеологически. Находящаяся пока что в зачаточном состоянии и тем же ее растущая система новых партий набирает силы.

2. Оказавшись в сосредоточии этого хаоса, Горбачев из пламенного реформатора превратился в консолидатора. Поступающие непрерывным потоком разведсообщения о его публичных заявлениях свидетельствуют, что Горбачев выбрал этот курс как в силу своего собственного политического кредо, так и в результате давления на него прочих традиционалистов, которые желали бы от него применения куда более крутых репрессивных мер.

Его попытки сохранить существо управляемого из центра Союза, руководство коммунистической партии и планово-централизованную экономику без широкого использования силы, толкнули его к тактическим уловкам, которые не решают основополагающих проблем и препятствуют, хотя и не могут остановить, складыванию новой системы: