Георгий Жуков. Последний довод короля - Алексей Исаев

Для получения количественных оценок я отправился в подмосковный город Подольск, в Центральный архив Министерства обороны. Недолгие изыскания привели меня к «Докладу о боевых действиях 1 гвардейской танковой армии в Берлинской операции (16.04-2.5.1945)», написанному по горячим следам событий в июне 1945 г. Подписан отчет начальником штаба 1-й гв. танковой армии генерал-лейтенантом М. А. Шалиным и начальником оперативного отдела полковником М. Т. Никитиным. Приписан этот отчет и его версии к фонду 1-й гв. танковой армии, и почему цитаты из него у В. Сафира идут со ссылками на фонд 1-го Белорусского фронта, у меня вызывает некоторое удивление.

Всего с 16 апреля по 2 мая 1945 г. армия М. Е. Катукова потеряла безвозвратно 232 танка и САУ. По типам боевых машин эти потери распределились следующим образом. См. табл.1. [441]

Таблица 1. Наличие к началу операции и безвозвратные потери танкового парка 1-й танковой армии в Берлинской операции

– Т-34 ИС-2 ИСУ-122 СУ-85 СУ-100 СУ-76 СУ-57

В строю на 16.04 433 64 20 17 41 58 76

Потери 185 12 3 5 8 16 3

СУ-57 – это поставлявшаяся по ленд-лизу, но не принятая на вооружение американской армии самоходка Т-48. Она представляла собой 57-мм противотанковую пушку на шасси полугусеничного бронетранспортера.

Глядя на эти цифры, у меня язык не поворачивается сказать, что танковая армия М. Е. Катукова была «сожжена». Потери можно характеризовать как умеренные. Сражаться с крупными массами «Пантер» под Курском в июле 1943 г. танкистам Катукова было тяжелее. Так, из 645 танков Т-34, Т-70 и Т-60 1-й гв. танковой армии, участвовавших в бою с 5 по 20 июля 1943 г., было выведено из строя 530 бронеединиц, в том числе сгорело 358 машин. Из 525 танков Т-34 армии М. Е. Катукова в этот же период сгорело 316 единиц{220}. Сравните: из 433 танков Т-34 в Берлинской операции было потеряно 185 машин. Замечу также, что приведенные цифры по июлю 1943 г. – это только потери 3-го механизированного корпуса, 6-го и 31-го танковых корпусов 1-й гв. танковой армии. Потери приданных частей были даже выше. Так, из 43 участвовавших в боях Т-34 180-й танковой бригады были выведены из строя 37 танков, в том числе сгорело 33 машины. В превозносимом сторонниками [442] оборонительной стратегии сражении на Курской дуге июля 1943 г. 1-я гв. танковая армия была выкошена за неделю боев. Армия потеряла свой танковый парк гораздо быстрее, чем в наступлении через Зееловские высоты и в уличных боях в Берлине в 1945 г. В Белгородско-Харьковской операции августа 1943 г. 1-я танковая армия потеряла 1040 танков (из них 889 Т-34). К началу операции армия Катукова насчитывала 542 танка (418 Т-34), т.е. было перемолото также пополнение, поступившее в ходе боев августа 1943 г. Разница между 1945 г. и 1943 г. видна невооруженным взглядом.

Собственно бои за Берлин дали меньшую часть потерь армии М. Е. Катукова. За время уличных боев в Берлине 1-я гв. танковая армия потеряла безвозвратно 104 бронеединицы, что составляло 45 % к общему числу потерянных танков и САУ и всего 15% к числу танков, находившихся в строю к началу операции.

Что же можно было сказать о средствах, выбивавших советские танки на улицах Берлина и на Зееловских высотах? Подбитые танки были выборочно осмотрены. Сбор статистики был обязательной процедурой: отчеты по боевым повреждениям направлялись в Главное автобронетанковое управление Красной армии. Впоследствии такого рода статистика использовалась при выработке технических требований на новую технику. На 75 безвозвратно потерянных танков и САУ 1-я гв. танковой армии повреждения распределились следующим образом. Из 65 осмотренных танков Т-34 получили фатальные повреждения от артогня 58 машин, от ударов с воздуха – 2 машины и всего 5 танков были подбиты «фаустпатронами»{221}. Все 7 осмотренных тяжелых танков ИС-2 были подбиты артиллерией. Из трех осмотренных [443] ИСУ-122 две самоходки были подбиты артиллерией, а одна – фаустпатроном. Всего в 75 осмотренных танках было 113 попаданий, причем 60 (53 %) приходились на борт корпуса, 16 (14,6%) в лоб корпуса, 6 (5,3 %) в корму, 27 (23,9%) в башню и 4 (3,54%) в ходовую часть.

Авторы отчета с досадой отмечают: «Таким образом, наиболее поражаемым местом танков, в особенности Т-34, является бортовая броня, а бензобаки <точнее, «топливные баки». – А. И.>, расположенные по бортам, являются источниками возникновения пожара и безвозвратной гибели танков»{222}. Так танкистам аукалось довоенное конструкторское решение с установкой дизельного двигателя, с «пожаробезопасными» баками в боевом отделении танка Т-34. [444]

Кроме того, за весь период боевых действий 199 бронеединиц получили боевые повреждения, не приведшие к гибели танка. Здесь были осмотрены 103 машины, получившие 199 попаданий, причем большая часть попаданий, не приводивших к уничтожению танка или САУ, приходилась на лобовую часть. Среди осмотренных поврежденных машин только 17,4% имели попадания в бортовую броню.

Таким образом, согласно бесстрастным статистическим данным, от фаустпатронов в 1-й гв. танковой армии потеряно только 8% танков. Если принять этот процент потерь от знаменитых фаустпатронов за основу, то получается, что в Берлине было потеряно от огня «фаустников» всего 8 или в худшем случае 10 машин. Я даже согласен на завышенную оценку в 15 танков и самоходок. В масштабах танковой армии с сотнями танков и САУ это гроши. Кроме того, не все эти танки были сожжены непосредственно в ходе наступления. В общих выводах отчета мы можем найти такие слова: «Действуя вдоль одной улицы шириной до 50 метров, бригады могли использовать одновременно не более 2-3 танков, 3-4 САУ и до 6 орудий. Остальная техника, своя и приданная, не могла быть использована, загромождала улицы и несла потери от артиллерии и «фаустников» противника, оставшихся после прохождения передовых групп»{223}. То есть жертвами «фаустников» становились танки армии М. Е. Катукова, находившиеся в ближнем тылу, неподвижно стоявшие на улице без достаточного охранения и, возможно, даже без экипажей.

Обширный статистический материал также нашелся в «Докладе о боевых действиях 2-й гв. танковой армии в составе 1-го Белорусского фронта по разгрому Берлинской [445] группировки противника и овладению г. Берлин». За время операции армия С. И. Богданова безвозвратно потеряла 209 боевых машин. По типам они распределялись следующим образом: 123 Т-34, 53 М4А2 «Шерман», 7 ИС-2, 7 СУ-122, 7 СУ-100, 1 СУ-85, 6 СУ-76{224}. За время уличных боев в Берлине с 22 апреля по 2 мая 1945 г. 2-я гв. танковая армия потеряла безвозвратно 52 Т-34, 31 М4А2 «Шерман», 4 ИС-2, 4 ИСУ-122, 5 СУ-100, 2 СУ-85, 6 СУ-76{225}. Перед началом операции в армии насчитывалось 305 Т-34, 176 М4А2 «Шерман», 32 ИС-2, 41 ИСУ-122, 46 СУ-100, 11 СУ-85, 53 СУ-76, всего 667 единиц. Таким образом, общие безвозвратные потери составили 31% численности танков к началу операции, намного ниже, чем в 1-й гв. танковой армии. Потери на улицах города составили 16% численности к началу операции, то есть сопоставимые с армией М. Е. Катукова. Получили боевые повреждения, но могли быть восстановлены и введены в строй 92 машины. Всего было выведено из строя 576 танков, из них от артогня пострадали 259 единиц, от мин 25, от действия авиации – 29, от фаустпатронов – 106, застряли в пути – 22, сгорело (судя по всему, к этой категории потерь относили машины, чьи повреждения не позволяли однозначно определить причину гибели) – 135. Замечу, что в категории «выведено из строя» идет двойной счет за счет получавших повреждения, но снова вводившихся в строй боевых машин. Из общего числа выведенных из строя 289 танков Т-34 от артогня было потеряно 108 машин, а от фаустпатронов 65 машин.