Комитет-1991. Нерассказанная история КГБ России - Леонид Млечин

И Степашин отказался. Прошел месяц. Никого в Питере не назначили. Разные кандидатуры назывались, но ни одна не проходили. Снова приехал Анатолий Александрович Собчак и уже чисто по-человечески попросил:

– Помоги.

На сей раз Степашин отказаться не смог.

Виктор Иваненко:

– Борис Николаевич одобрил назначение. Сергей давно в Комитете Верховного Совета по делам обороны и безопасности, знает обстановку в органах.

Вот так начальником Ленинградского управления госбезопасности 22 ноября 1991 года стал демократически настроенный Сергей Степашин. При этом он сохранил пост председателя важнейшего комитета Верховного Совета РСФСР.

Иваненко сказал ему:

– Собирайся, я тебя поеду представлять.

Полетели в Ленинград.

Большой дом на Литейном проспекте – административное здание ведомства госбезопасности – построил известнейший питерский архитектор Ной Абрамович Троцкий. Это его подлинная фамилия, он не был родственником Льва Давидовича, потому уцелел. Представить Степашина чекистам на Литейный приехали не только председатель КГБ РСФСР генерал-майор Виктор Валентинович Иваненко, но и мэр города Анатолий Александрович Собчак. Он впервые появился в здании управления госбезопасности. Сначала собрали руководящий состав, членов коллегии управления.

Иваненко распорядился:

– Уважаемые товарищи, пишите рапорта об отставке. Все. Все до единого.

Никто не возразил. Курков за всех сказал:

– Ситуация понятна, Виктор Валентинович, не надо объяснять.

Руководители управления ушли в отставку. Степашин смог подобрать новую команду по своему усмотрению.

Зал заседаний (Красный зал), который вмещает семьсот человек, был полон. Генерал Иваненко вышел на трибуну и представил нового начальника управления:

– Надеюсь, что профессионалы примут его в свой коллектив… Мы уважаем Ленинградское управление. Ваше управление я хорошо знаю лично… Я уверен, что вы будете работать профессионально, результативно.

Собчак призвал чекистов служить новой власти:

– Вы должны вписываться в демократические процессы.

Назначение обмыли на спецобъекте управления на Каменном острове, в бассейне поплавали. Утром Иваненко вернулся в Москву. Степашин остался служить.

Я спросил Сергея Вадимовича, какие чувства он испытал, войдя в Большой дом?

– Народ, конечно, воспринимал меня – ну, если не как врага народа, то точно как недруга, мягко говоря. Да еще Собчак представил неудачно: демократ по убеждениям… Я потом говорю: Анатолий Александрович, просто биографию бы зачитали, зачем комментарии?

Сергей Вадимович демонстрировал перед новыми коллегами спокойствие и уверенность. На самом деле переживал из-за того, что его плохо приняли.

– На следующее утро, в субботу, приехал в восемь утра – никого нет. Прошел по коридорам. В одном из кабинетов сидит симпатичный парень, в свитере, у компьютера, а это девяносто первый год. Знаете, кто это был? Николай Платонович Патрушев. Я говорю: чем занимаемся? Он представился и объяснил: есть интересные разработки. Потом уже я себя там чужим не чувствовал. Когда меня вернули в Верховный совет, меня очень тепло проводили, по-человечески. Сейчас уже никого не осталось, с кем я тогда работал.

Иваненко утвердил всех замов, которых я представил. И начальников служб. Заместителями моими стали Александр Андреевич Григорьев, Борис Николаевич Вязовой, Эдуард Александрович Ермолаев (он руководил первой службой – разведкой), толковые ребята, их все знали в управлении. Виктор Черкесов был начальником следственного управления… Все думали, что я его сниму, потому что он руководил избирательным штабом у Куркова и немножечко по мне работал.

Его тоже сохранил, для них это было удивительно. Но все равно я ощущал холод. А если тебя не чувствует оперативный состав, какой ты начальник управления? Как бы ты щеки ни надувал и ногами ни стучал… И тут мне пришла гениальная идея.

Степашин позвонил отправленному в отставку генералу Куркову, человеку, которого сменил. Пригласил его. Они проговорили часов пять – почти до ночи. И Сергей Вадимович сделал неожиданное предложение:

– Вы не могли бы прийти ко мне помощником? На год хотя бы…

Курков удивился:

– А что вы хотите от меня?

Степашин пояснил:

– Надо службу сохранять. И работать! Посмотрите, что творится в Ленинграде.

Курков согласился:

– Попробую помочь, чем могу.

Собчак возражать не стал.

Сергей Степашин:

– Анатолий Александрович – любопытный человек. Он внешне казался фанфаронистым, а к людям относился очень хорошо. И многие его обманывали и подводили… Я провел совещание. Собрал руководителей служб. Среди них был и Николай Платонович Патрушев, начальник службы по борьбе с контрабандой и коррупцией. Помню Евгения Алексеевича Мурова, будущего директора Федеральной службы охраны, он руководил райотделом. Я представил нового помощника, Куркова. Со следующего дня обстановка изменилась. Я стал если не свой, то понятный. А с Владимиром Владимировичем Путиным меня Анатолий Александрович познакомил.

В конце июня 1991 года Владимир Путин возглавил в мэрии созданный специально под него Комитет по внешним связям. К этому комитету у петербуржцев были претензии. Городские газеты писали, что комитет выдавал лицензии на экспорт сырья и цветных металлов в обмен на поставки продовольствия, которое в город так и не попало. Подобные истории происходили тогда по всей России. Путин поддерживал хорошие отношения с ключевыми фигурами правительства реформаторов Егором Тимуровичем Гайдаром и Анатолием Борисовичем Чубайсом, хотя, скажем, Собчак с ними конфликтовал.

Сергей Степашин:

– Депутат Ленсовета Мария Евгеньевна Салье, председатель комиссии по продовольствию, сделала запрос… А начальника управления КГБ, кстати, тогда еще утверждал и Ленсовет, и я был единогласно утвержден. Официальный депутатский запрос по поводу того, что разворовывается вся гуманитарная помощь и что Путин все себе присвоил… Назначили комиссию. Работали чекисты и депутаты Ленсовета месяца полтора-два. Затем меня пригласили на заседание Ленсовета, и я по итогам работы комиссии доложил, что факты не подтвердились. Вот так и познакомились с нынешним президентом страны. Кстати, он жестко тогда работал. Внешне такой улыбчивый, спокойный, молодой еще совсем… Мягко стелет, но…

Путин рассказывал потом, что ему кадровый выбор председателя Ленсовета Собчака не понравился: Степашин – милиционер, к органам безопасности отношения не имел. Но, признал потом Путин, «Степашин повел себя совершенно неожиданно. Фактически он своим демократическим авторитетом прикрыл спецслужбы Ленинграда».

Степашин разрывался между Москвой и Питером: в воскресенье уезжал в столицу, понедельник – в Верховном Совете. И назад в Питер.