Немецкая мотопехота. Боевые действия на Восточном и Западном фронтах. 1941-1945 - Франц Куровски

Вот уже из стволов танковых орудий вырвалось пламя выстрелов. Снаряды прошли совсем низко над окопами пехоты.

– Огонь по пехоте!

Заработали пулеметы. Красноармейцы стали спрыгивать с танков, словно призраки, исчезая в малейших неровностях почвы. Необстрелянный солдат из только что пришедшего пополнения слишком высоко приподнял голову над бруствером, отыскивая цель мушкой своего карабина. И тут же, пораженный пулей прямо в лоб, сполз на дно окопа.

– Вон там кто-то еще, господин обер-фельдфебель!

Шнейдер только кивнул и поднял свой пистолет-пулемет.

Когда передовой танк приблизился метров на восемьдесят, красноармейцы спрыгнули с брони. Шнейдер дал по ним очередь, развернул ствол и выстрелил снова. Одно нажатие на кнопку – и опустошенный магазин полетел на дно окопа, снаряженный скользнул на место, и пистолет-пулемет заработал снова.

У нескольких пехотинцев не выдержали нервы – когда танки приблизились метров на сорок, они рванулись было назад.

– Оставаться на месте! – повысил голос Шнейдер.

И они остались на передовой, ведя огонь по красноармейцам, которые двигались за танками. Снова и снова рявкали 76-миллиметровые танковые орудия, выпуская со свистом рассекающие воздух снаряды. Дышать в окопах было почти нечем – пороховые газы и вонь от разрывов снарядов разъедали легкие пехотинцев.

Первый танк тяжело перевалился через окопы, следом за ним еще один. За ними последовали два быстроходных Т-60. И тут же развернулись, когда по ним выстрелило противотанковое орудие.

За танками подошли и русские пехотинцы. Шнейдер пробежал по траншее к тому участку, на который был направлен основной удар русских, и принялся поливать из своего пистолета-пулемета атакующих пехотинцев. Сразу же открыл фланкирующий огонь и МГ-42.

Где появлялся Зепп Шнейдер, там пехотинцы не отступали ни на шаг. Этот среднего роста человек излучал уверенность, которая передавалась всем окружающим.

Атака неприятельской пехоты была отбита. Перед позициями взвода Шнейдера осталось лежать около восьмидесяти мертвых красноармейцев.

Но в пятидесяти метрах перед линией окопов стояли еще два КВ-2, неспешно ведя огонь по избранным ими целям.

Затем они двинулись вперед, прогромыхали мимо взвода Шнейдера и остановились чуть в глубине передовой.

– Тарельчатые мины сюда! И подрывников!

Захватив с собой трех саперов, обер-фельдфебель сквозь огонь помчался по следу танковых гусениц.

– Они будут отступать тем же путем, здесь мы и заложим наши яйца!

Шнейдер с товарищами едва успели заложить семь тарельчатых мин, переползая с места на место под пулеметным огнем неприятеля и прижимаясь к земле, как танки развернулись и двинулись обратно по своим собственным следам.

Шнейдер с товарищами следили на ними, затаив дыхание. Вот первый из них грузно наполз на то место, где была зарыта мина. Раздался взрыв, из-под корпуса танка метнулось пламя. Танк с перебитой гусеницей замер на месте. Через несколько секунд и второй КВ-2 наехал на мину и тоже взорвался.

Но орудия танков продолжали вести огонь. Зепп Шнейдер почувствовал, как судорожно сжался его желудок, но все же крикнул:

– Тащите сюда бутылки с зажигательной смесью и заряды взрывчатки!

Он взял протянутую ему связку гранат и выполз из воронки от снаряда, в которой укрывался. Прополз несколько метров до замершего на месте стального гиганта и встал на ноги. Покрыв за пару прыжков расстояние, отделявшее его от танка, укрепил трехкилограммовый заряд под задним свесом башни, зажег бикфордов шнур и в тот же момент услышал, как разбилась бутылка с зажигательной смесью, которую его товарищи бросили в стальную громаду корпуса.

– Шнур горит! – предупредил он своих товарищей, которые следовали за ним.

С оглушительным грохотом взорвался заряд взрывчатки. Танк больше не вел огонь. Горящая смесь затекла в его корпус, и русские стали выбираться наружу. Очередь из пулемета скосила их всех.

Вскоре и второй танк был уничтожен командой подрывников.

В этой борьбе, в громе сражений, в полной мере проявились такие качества характера, как мужество, энергия и упорство бывшего боксера из Вюрцбурга. Атака русских была отбита.

Но около девяти часов красноармейцы все же захватили позиции 5-й роты.

– Отойти на сто метров! Беглый огонь из всех стволов!

Мотопехотинцы все еще могли различить глаза своих противников, когда они открыли оборонительный огонь из пулеметов. С такого небольшого расстояния почти все пули находили цель.

Большинство наступавших в этой волне остались лежать перед колючей проволокой, но атака продолжалась до 13.00. Из ложбины, которую прозвали «Лимон-2», подходили все новые и новые подразделения русских, но ни один красноармеец больше не вступил в траншеи 5-й роты.

Пикирующие бомбардировщики, которые появились во второй половине дня и стали бомбить подразделения русских на исходном рубеже атаки, были встречены громкими криками восторга и радости.

Весь день 8 июля царила тишина; но уже на следующий день неприятельские танки снова двинулись в атаку.

Когда русские нанесли удар по соседнему полку, расположенному в низине Паленки, то на помощь ему были брошены батальонный резерв и штурмовой взвод Шнейдера. Уже захваченная неприятелем батарея полевых орудий была отбита, а враг отброшен на линию своей передовой.

Такие сражения продолжались до 13 июля 1942 года. Заслуги 521-го пехотного полка в оборонительном сражении севернее Орла были достойно оценены. Пятнадцать бойцов полка были награждены золотыми Немецкими крестами. Вслед за полковником Андрэ (12 августа 1942 года) давно заслуженная награда появилась и на груди Зеппа Шнейдера. Также награждены были: капитан Дутт, унтер-офицер Рааб, ефрейтор Кирштайн, унтер-офицер Джатца, ефрейтор Иллнер, унтер-офицер Людвиг, унтер-офицер Шарт, унтер-офицер Керн, обер-ефрейтор Швенк, ефрейтор Машинг, старший стрелок Фогель и старший стрелок Виттнер.

Неприятель больше не атаковал. Ситуация на фронте не изменилась, и в октябре войска стали обустраиваться на зиму.

В чудесную погоду с легким морозцем Зепп Шнейдер с товарищами отметили Рождество 1942 года. Майор Эрншпергер, вернувшись из госпиталя совершенно здоровым, снова вступил в командование 2-м батальоном. Штаб батальона был размещен в Каликове.

Начался новый год. В ходе оборонительных боев в феврале 1943 года в районе Зайцева Шнейдер снова был там, где ситуация складывалась особенно тяжело. Противник наступал от селения Бобрики, но был остановлен.

В конце февраля 296-я пехотная дивизия была отведена с этого участка фронта. По железной дороге ее перебросили в район Брянска, а 12 марта она участвовала в боях на реке Жиздре у селения Ясинок, где прикрывала позиции одной из танковых дивизий.