Немецкая мотопехота. Боевые действия на Восточном и Западном фронтах. 1941-1945 - Франц Куровски

11 июля 1942 года, при проведении традиционного фламандского праздника «Золотые шпоры», в командование легионом «Фландрия» вступил штурмбаннфюрер Шнеллонг.

Одним из событий этого праздника стало вручение генерал-полковником Линдеманном, командующим 18-й армией, Железного креста 1-го класса первому фламандцу Юлиусу Гертерсу.

Наконец летом 1942 года и Реми Шрийнен был зачислен в ряды германских вооруженных сил. Пройдя первоначальный курс обучения военному делу в составе учебного батальона «Фландрия» в Граце, он был направлен в Россию и зачислен в состав 5-й роты, которая, будучи ротой противотанковых орудий, была вооружена орудиями различных калибров и стран производства.

Став ротным связным, этот среднего роста темноволосый и темноглазый сухощавый фламандец по многу раз на дню курсировал от своей роты к штабу и обратно. Часто при этом ему случалось попадать под минометный обстрел и огонь снайперов противника.

На этом участке фронта у Красного Села и Дудергофских высот, а чуть позже в районе Пушкина (Царское Село) фламандцы сражались плечом к плечу с латышскими и испанскими соединениями.

Затем легион был переброшен в излучину Невы под Красный Бор. Здесь советские войска снова и снова делали попытки атаковать по льду замерзшей Невы и захватить позиции, занимаемые испанской Голубой дивизией.

После колоссальной силы артподготовки советские войска 12 декабря 1943 года начали второе Ладожское сражение и в ходе него захватили испанский опорный пункт «Бастион».

Этот прорыв предстояло ликвидировать легиону «Фландрия».

– Шрийнена ко мне! – приказал оберштурмфюрер Дедиер.

Реми Шрийнен подожди следующего залпа. Когда очередной снаряд с мерзким звуком врезался в почву и взорвался, разбросав осколки, он рванулся вперед. Над его головой с завыванием неслись русские снаряды.

– Слушаю, оберштурмфюрер!

– Сообщите нашей 5-й роте: они должны продвинуться вслед за третьей слева от шоссе и подавить там выявленные огневые точки противника.

Шрийнен выполнил приказание и помчался обратно. Противотанковые орудия уже выдвигались на передовые позиции, и, когда они появились в расположении 3-й роты, которая вела тяжелый бой, на нее уже надвигались советские танки.

75-миллиметровка, французское орудие на германском лафете, открыла огонь. Реми Шрийнен на какое-то время заменил подносчика снарядов. Он увидел, как из ствола башенного орудия танка Т-34 вырвался сноп огня. Далеко впереди танка, там, где на позициях стояли обе трофейные русские 50-миллиметровые пушки, раздался разрыв снаряда. Крики боли, донесшиеся оттуда до Шрийена, перекрыли даже грохот битвы. В воздухе свистнули осколки и со звоном срикошетировали от стального щитка орудия.

Показался оберштурмфюрер Дедиер. Из осколочной раны у него текла кровь.

– Третья рота не может пробиться, оберштурмфюрер! Ей даже пришлось несколько отступить и…

– Наши танки! – доложил Шрийнен, опознав германские боевые машины, выползающие из леса, что был слева наискось от их позиций.

Одновременно с танками появились и два 88-миллиметровых зенитных орудия на самоходных шасси.

Танки завязали артиллерийскую дуэль с противником. Их длинноствольные орудия вели беглый огонь, выпуская снаряд за снарядом. Зенитка выпустила первый снаряд по цели на дистанции в два километра и попала. Вскоре на равнине уже горели несколько Т-34 и КВ-2.

– Вторая и первая роты уже минуют нас, двигаясь по правую сторону от шоссе, оберштурмфюрер.

– Ладно, тогда еще один залп – и потом вперед!

Танки двинулись в авангарде. Все вместе продвинулись вперед вплоть до горящих русских танков. Было видно, как справа от них соседняя рота занимает траншеи, в которых чуть раньше стояла Голубая дивизия. Затем они наткнулись на противника.

Рядом со Шрийненом в землю ударила пулеметная очередь. Он бросился на землю, прополз к траншее, затем пополз дальше сквозь снег и грязь.

Когда солдаты 3-й роты вскочили на ноги и бросились вперед, вместе с ними побежал и Шрийнен. Они ворвались в занятую противником траншею. Перед Шрийненом очутился громадный русский. Связной вскинул пистолет-пулемет и выстрелил. Продолжая нажимать пальцем на спуск, он развернулся и скосил той же очередью другого русского, который набегал на него слева.

Затем на него снова кто-то налетел. Он успел заметить трехгранный штык русской винтовки и бросился в сторону. Резкая боль пронзила его правую щеку. Шрийнен упал на дно траншеи и выстрелил лежа. Справа и слева подбежали его товарищи. Они уже заканчивали зачистку траншеи.

Противник был повержен. Реми Шрийнен получил свое первое ранение штыком в лицо.

Но наступившей ночью русские снова пошли в атаку.

5-я рота со своими орудиями расположилась на отвоеванных позициях. Орудия открыли огонь осколочными снарядами, но русским все же удалось осуществить прорыв.

Фламандцы снова пошли врукопашную. Вместе со своими друзьями в самом центре сражения дрался и Шрийнен. В этой стране его родиной был легион.

В течение восьми дней все атаки врага были отбиты. Рядом с Шрийненом в бою пали многие его отважные друзья, другие были тяжело ранены. Но его самого судьба на этот раз хранила.

Однако прорывы линии фронта постепенно все больше и больше расширялись. В конце концов из 500 бойцов легиона в строю осталось только 45 человек.

Позиции легиона занял егерский батальон 5-й горной дивизии, а уцелевшие фламандцы покинули поле боя на двух грузовиках.

Легион «Фландрия» был предельно измотан в боях. Все оставшиеся в живых легионеры были собраны на армейском плацу в городе Дебика. Здесь легион был создан, здесь он и должен был окончить свое существование. Оставшиеся легионеры, а вместе с ними и Реми Шрийнен, были отправлены 1 июля 1943 года в Миловиц под Прагой.

Здесь была создана 6-я штурмовая бригада «Лангемарк» в составе десяти рот. Реми Шрийнен стал наводчиком нового 75-миллиметрового длинноствольного противотанкового орудия и числился в 6-й роте.

Организационный период и обучение продолжались до декабря 1943 года. Штатная численность бригады была превышена на 300 человек. В ней насчшывалось 2 тысячи солдат.

Накануне Рождества Реми Шрийнен и его товарищи узнали, что им уже 26 декабря предстоит идти в бой.

6-я штурмовая бригада «Лангемарк» была направлена на помощь 2-й танковой дивизии СС «Дас Райх», которая вела тяжелые оборонительные бои восточнее Житомира. Рота под командованием гауптштурмфюрера Мартенсона уже в первую ночь Нового года приняла бой под Давидовкой и освободила окруженную транспортную колонну дивизии «Дас Райх».

Чуть позднее и остальные роты были брошены в бой на «кончике носа» прорыва войск 1-го Украинского фронта под командованием маршала Ватутина, на опушке леса в тридцати километрах юго-западнее Житомира и в пяти километрах левее автострады.