Афган. Разведка ВДВ в действии. Мы были первыми - Валерий Марченко

— Ксендиков, зеленую ракету, может, пригодится.

— Есть.

Если боевое охранение не распознает нас по паролю или что-то напутает, зеленая ракета вверх — сигнал «свои». Хотя бы стрелять не будут. Последний километр преодолели с ощущением душевного подъема и удачно выполненной задачи. Совершив опасный выход по долине к скоплению «духовских» сил, мы удачно расположились в засаде и получили результат. Впрочем, все это завтра, уже угадывался лагерь, линия боевого охранения.

— Стой, «семь», — слышен выкрик солдата.

— «Четыре», — ответил Ивонин.

Пароль на сутки «одиннадцать». Охранение пропускает нас в лагерь. Неторопливым шагом мы прошли боевые машины, расположенные по периметру базы. Повел группу к штабу для доклада командиру дивизии. Дневальному, стоящему под грибком, сказал:

— Доложи оперативному, разведка дивизии прибыла на доклад.

— Понял, сейчас.

Солдат забежал в палатку, тотчас же вышел офицер оперативной группы, заступивший на дежурство.

— Товарищ гвардии подполковник, разведывательная группа отдельной разведывательной роты прибыла в полном составе. Доложите командиру дивизии.

— Генерал ждет, заходите.

— Есть. Сафаров, перекурить, быть рядом.

В палатке доложил комдиву о прибытии.

— Заставил нас поволноваться, Марченко, набегами на местных боевиков, — улыбаясь, сказал генерал Рябченко, выходя из-за раскладного столика, на котором лежала карта, темные очки.

— Получилось, товарищ генерал, но времени было в обрез. «Духи» из «зеленки» и сразу к нам.

— Волновался?

— Так точно, товарищ генерал, «духи» попались основательные. Мужики матерые, чувствовалась уверенность в действиях.

— А вели себя?

— Вышли из «зеленки» и сразу в походное положение в колонну по одному, охранения не было, возможно, чувствовали себя в безопасности. Во всем была какая-то обыденность, словно шли на работу.

— На работу и шли, Марченко. Один из старейшин предупредил о возможной атаке на лагерь. Они выходили на нас, поэтому сегодня и дал команду на упредительный огонь по возможным скоплениям противника. А этих ничего не испугало, решили и пошли. Как работала артиллерия? Со стороны видна?

— Так точно, товарищ генерал, залегли от неожиданности! Канонада мощнейшая, освещались облака небосвода. Впечатляющее зрелище.

— Вот видишь, их даже это не остановило. А почему не работал с артиллерией?

— Необходимости не было, товарищ генерал, оторвались нормально. Преследования не было. Подмывало сработать по одному-двум рубежам, намеченным для прикрытия, но не рискнул. Надо с артиллеристами еще поработать, они ошибутся или я, и группы нет.

— Ладно, поработай, скоро придется часто вызывать огонь артиллерии. Готовлю задачи, связанные с артиллерийскими подразделениями. Имей в виду, будешь работать с «Градом», не только с гаубичной артиллерией.

— Понял, товарищ генерал.

— Где твои парни?

— За палаткой, товарищ генерал, перекуривают.

— Строй, через пару минут буду.

— Есть!

Я выскочил из палатки комдива.

— Сафаров, строиться.

Разведчики стали в одну шеренгу, вышел комдив.

— Равняйсь, смирно, равнение направо. Товарищ генерал-майор, разведывательная группа по вашему приказанию построена. Командир разведывательной группы гвардии лейтенант Марченко.

— Вольно, Марченко. Как настроение, товарищи разведчики? Наказали душманов за наши потери?

— Так точно, товарищ генерал.

— В очередной раз за успешное выполнение боевой задачи объявляю благодарность.

— Служим Советскому Союзу!

— Это еще не все, Марченко. Разведчиков, отличившихся при выполнении боевого задания, представить к государственным наградам. Лично вас, товарищ гвардии лейтенант, за мужество и героизм, проявленные при выполнении заданий Правительства СССР представляю к ордену Красной Звезды.

— Служу Советскому Союзу!

— Отдыхайте, товарищи, предстоит еще немало дел по уничтожению врага. Мы только начинаем широкомасштабные боевые операции. Вам, разведчикам, сам Бог велел быть на передовом рубеже. Будет много боев, засад и налетов, держитесь до последнего, берегите себя, чтобы ваши близкие и родные дождались вас из Афганистана. До свидания.

— До свидания, товарищ генерал, — дружно ответила группа.

Генерал Рябченко по-отечески пожал нам руки и, тяжело повернувшись, пошел по лагерю. Может, прогуляться — до утра оставалось немного, а может, продумать очередную боевую операцию. У него не было сомнений в том, что все еще впереди, в афганскую войну мы влезли основательно, дальше было некуда. Частям дивизии предстояло провести бесконечное множество боевых операций…

Грязные, небритые, в ссадинах и ушибах прибыли мы на базу, где попали в объятья друзей. В лагере нас встретили шумно. Несколько недель находясь в отрыве от главных сил, мы выполняли трудные задачи первой рейдовой операции. Удовлетворение от участия в крупных боевых действиях чувствовали все, но оно было омрачено горечью утрат. Невосполнимые потери составили тринадцать десантников, ребята погибли, честно выполняя воинский долг, около двадцати человек получили ранения. Потеряны несколько единиц боевой техники. Тем не менее, уничтожено много боевиков душманских отрядов, местным жителям были показаны наши мирные намерения: безвозмездно передана мука, продовольствие. Проведены встречи со старейшинами племен, где в доступной форме командование группировки поведало им о роли присутствия ограниченного контингента советских войск на их территории, то есть выполнили политическую и гуманитарную часть операции.