Кир Великий. Первый монарх - Гарольд Лэмб

Когда персы появляются на Ниле, командующий египетским флотом вероломно сдает им Саис. Псамменит бежит вверх по реке в Мемфис и попадает в плен в 525 году до н.э. После того как греческая колония-порт Навкратис открывает свои ворота, Камбис дарует ее торговцам настолько существенные привилегии, что греко-ливийские порты Кирена и Барка на западе также объявляют о своем подчинении. Таким образом Камбис становится хозяином большинства греческих центров в Азии и Северной Африке, а также финикийских флотилий. Впервые персы начинают контролировать навигацию в Восточном Средиземноморье и связанную с ней торговлю.

Получив в руки Нижний Египет, Камбис, подражая действиям Кира в Вавилоне, оказал должное почитание древним египетским богам. Его изображение с царским уреем — змеей на короне фараона — сопровождает текст, посвященный «Камбису, владельцу всей жизни, всех поручительств и успеха, с пожеланием здоровья и счастья».

Мятежный адмирал, вознагражденный должностью главного врача, оставил записки, объясняющие, что он стал управителем дворца «великого владыки всех иностранных земель, Великого царя Египта». Как и Вавилон, Египет считал себя центром мира, а жителей других земель — чужестранцами. Теперь империя Ахеменидов протянулась на два континента.

Затем, как и предчувствовал Кир под Вавилоном, Камбис, надев маску фараона, столкнулся с трудностями управления совершенно чужой страной. (Явившийся через два столетия Александр Македонский должен был подражать методам отца и сына.) Иногда наблюдатели, описывая необычные действия Кира, называли их безумными; здесь, в Египте, они утверждали, что его сын действительно сошел с ума. Басни о ненормальной жестокости молодого Ахеменида — как о предполагаемом убийстве священного быка Аписа — не стоит принимать в расчет. У него был раздражительный характер — это несомненно. Сначала он снисходительно относился к пленному монарху Псаммениту (Псамметиху III), затем, услышав о заговоре против персов, велел его убить. Камбис отправил армию по берегу Северной Африки на завоевание Карфагена, чье превосходство на море тогда быстро росло. Финикийские моряки уклонились от нападения на своих сородичей в Карфагене. Без снабжения с моря вдоль пустынного побережья экспедиции пришлось в конце концов повернуть назад. (Рассказ о том, что она пропала в пустыне и ни один человек не остался в живых, приводят просто для красного словца.) Эта неудача оказала на Камбиса свое влияние. До этого персидским армиям сопутствовала удача в каждой кампании. Даже последней экспедиции Кира удалось прогнать вторгшихся кочевников назад за границу.

В то же самое время и, возможно, из-за задержки в Карфагене у Ахеменида возникли проблемы с храмами. Усердный адмирал и главный врач убедил его сделать щедрые подарки и оказать почтение храмам Саиса. В других местах иерархи храмов — главная опора и бремя египетской религиозной жизни — не получили таких царских подарков от перса. На самом деле Камбис огульно сократил доходы всего жречества, но оставил в стороне Мемфис и Саис. Жрецам было приказано самим добывать топливную древесину и корабельный лес, а также самим разводить гусей. (Цыплята, домашняя птица иранцев, на тот момент еще не попали в Египет.) Что касается крупного рогатого скота, то Камбис приказал вдвое сократить подати по сравнению с теми, что были в царствование фараона Амасиса. В ответ большинство жрецов развернуло пропаганду против «безумного перса», и появились истории о разрушении святилищ. Однако факты показывают, что жизнь Египта шла своим чередом, и крестьянство при Камбисе, кажется, испытывало меньшую нужду, чем при Амасисе.

Хотя Камбиса раздражали проблемы с управлением этой страной, в которой такую значительную роль играли древние привилегии, он распространил свою власть далеко вверх по Нилу, за Фивы, к первому большому порогу в Эфиопии. Эта экзотическая страна вызывала любопытство у персов своими слонами, слоновой костью и золотом. Говорили, что в Эфиопии даже узники носят путы из золота. На марше они дружески отнеслись к еврейскому поселению в Элефантине, и этот случай имел важные последствия. Через несколько веков составленные по-арамейски документы, найденные на развалинах этой колонии, пролили свет на правление Ахемейидов; среди них, например, была единственная копия биографии Дария, последовавшего за Камбисом.

Сын Кира хотя и не был безумен, но слишком долго отсутствовал в центре своей империи. Когда наконец через пять лет он назначил сатрапа и покинул Нил, было уже слишком поздно. В сущности, он ни разу не был ни в Восточных землях, ни в Анатолии. Его наместники, находившиеся на расстоянии тысяч миль от него, сталкивались с серьезными трудностями; в кликах периферийных центров в большей степени, чем среди подчиненных народов, закипали мятежи. Из-за противоречивых сведений о событиях в Египте росло беспокойство в Вавилоне. Дюжина вождей мятежа подстрекали Бардью объявить себя Великим царем. Когда он, не выходя из своей горной крепости, пошел на это, Вавилон его признал. Хранители хроники датировали 522 годом до н.э. начало правления Бардьи (которого греческие писатели обычно называли Смердис). Бардья добился народной поддержки, отменив на три года подати, но лояльность иранской знати так и не завоевал.

Когда Камбис узнал о мятеже брата, он находился на пути домой недалеко от горы Кармель. Говорят, он умер там от раны, которую получил, садясь на лошадь, или совершил самоубийство. Что бы ни произошло в действительности, но Камбис умер, а через семь месяцев в горах Мидии Бардья был убит контрмятежниками. Не осталось никаких других наследников Кира, чтобы занять трон.

В том же году предрассветный мрак над империей Ахеменидов начинает рассеиваться. Через год, с ростом влияния Дария, сына Виштаспы и мужа дочери Кира, эта империя выходит на широкую историческую арену. В 521 году до н.э. начинается строительство Персеполя и упадок Парсагард. При Дарий вера Заратустры стала религией всех иранцев; непреложные законы мидян и персов были кодифицированы в право первого западного мирового государства, простиравшегося «от Индии и до Эфиопии». Так записано в Книге Есфирь во дни Артаксеркса, или Ксеркса, сына Дария.

Странно, что эту Персидскую империю мы узнаем лучше по битвам при Марафоне и Саламине во время кампаний в небольшой провинции Европы. В архивах огромной азиатской империи они едва упоминаются.