Крейсера в бою. От фрегатов до "убийц авианосцев" - Александр Больных

Следующим в колонне шел легкий крейсер «Гонолулу», который имел радар SG, но пользы он не принес решительно никакой. Единственное, что сделал этот крейсер в бою, – мастерски уклонился от японских торпед и собственных эсминцев. Они успели обменяться опознавательными, и братоубийственная схватка не состоялась.

Хуже всего пришлось замыкавшему строй крейсеру «Нортгемптон». После первых взрывов он тоже свернул вправо следом за «Гонолулу», но, как и «Пенсакола», имел неосторожность вернуться на прежний курс. В результате в 23.48 он получил попадания двумя торпедами, которые выпустил «Кавакадзэ». Попадания пришлись практически в одно место в районе заднего машинного отделения. Оно было моментально затоплено, корабль получил крен 10 градусов и мог лишь беспомощно кружиться на месте.

К этому времени адмирал Танака уже приказал своим кораблям отходить. Однако, не сумев получить ответ от «Таканами», он направил «Оясио» и «Куросио» на поиски пропавшего эсминца. Они нашли тонущий корабль, но поблизости находились американцы, поэтому спасение экипажа не состоялось.

Американцы остались подводить печальные итоги этого сражения. На месте боя остались 4 пылающих тяжелых крейсера и эсминец «Таканами». От того, насколько успешными будут спасательные работы, зависел конечный итог, хотя уже было ясно, что американцы потерпели очередное сокрушительное поражение. Известный американский историк Морисон утверждает, что, если бы это сражение произошло на полгода раньше, погибли бы все 4 крейсера, но, мол, после Саво методы борьбы за живучесть значительно улучшились. С этим спорить невозможно, однако Сэмюэль Эллиот несколько приукрасил ситуацию. Например, несмотря на внешнюю эффектность повреждений «Нью Орлеанса», угрозы гибели корабля не было. То же самое можно сказать и про «Миннеаполис», хотя там команда сначала ударилась в панику, опасаясь, что корабль попадет в руки японцев.

Гораздо хуже пришлось «Пенсаколе» и «Нортгемптону». На «Пенсаколе» пожары подобрались к погребу кормовой башни, в котором начали рваться снаряды. И снова американцам помогла удача – сдетонировали 150 снарядов, однако они рвались поочередно, если бы они взорвались одновременно, крейсер разлетелся бы на куски. «Нортгемптон» был обречен, крен корабля нарастал и достиг 23 градусов, вдобавок потерявший ход корабль попал под обстрел японских орудий с Гуадалканала. К 02.00 крен увеличился до 35 градусов, и командир корабля отдал приказ покинуть его. В 03.04 «Нортгемптон» перевернулся вверх дном и затонул кормой вперед.

Этот бой окончательно поставил крест на попытках американцев использовать тяжелые крейсера в ночных боях на Соломоновых островах. Неуклюжие и медлительные 203-мм башни оказались плохо приспособлены для борьбы со стремительно возникающими из темноты японскими эсминцами. Адмирал Райт заявил, что «Гонолулу» в таких условиях можно считать равным двум тяжелым крейсерам. Кстати, интересно отметить, что в боях вокруг Гуадалканала к этому моменту приняли участие 13 американских тяжелых крейсеров, и все они были либо потоплены, либо повреждены.

Но самым удивительным, я бы даже сказал фантастическим, результатом боя у Тассафаронги стало то, что контр-адмирал Карлтон Райт был награжден за него Военно-морским Крестом.

В общем, когда в феврале 1943 года японцы начали операцию КЕ – эвакуацию своих войск с Гуадалканала, они уже не рискнули привлечь к ней крейсера. Все проблемы пришлось решать эсминцам адмирала Танаки. Тяжелые крейсера лишь осуществляли дальнее прикрытие, которое оказалось очень дальним, так как они крейсировали к северу от Соломоновых островов. Но это не означает, что с окончанием боев на Гуадалканале закончилась история «линкоров для юго-запада».