Мечник. Око Перуна - Вадим Долгов

– Шальной молодец у тебя, башковитый.

– Да уж. Невелик, да разумен.

Эйнар-хевдинг стоял на холмике, следя за подготовкой к предстоящей битве. Илья лежал на носилках, укрытый медвежьим одеялом. Лицо его было все еще бледно, но жар спал, дыхание выровнялось, и Архимед разрешил вынести воеводу из землянки на свежий воздух.

Доборошка носился по кромке берега, помогая варягам то здесь, то там. Все шло по задуманному, но он не мог сидеть на месте. Идея, пришедшая ему в голову, пока он пешком шел от рыбачьей хижины до лагеря, была проста. Однако требовала большой слаженности и сноровки. Он изложил ее Илье и Эйнару-хевдингу в первый же вечер.

– В Светлояр-озеро впадает всего одна река – Светлая, она же потом и изливается из озера в полуденной части.

Доброшка взял прутик и принялся рисовать на песке очертания озера и реки. Илья и Эйнар слушали его молча. Беседой заинтересовался Архимед – подсел рядом.

– Поджечь город, как собирались сделать варяги Эйнара, невозможно, – продолжал Доброшка, – по стенам проложены желобы, по которым в случае опасности пускают воду. Стены сырые, как бок лягушки. Вода защищает их и от штурма. За обледенелые бревна не уцепишься. Но именно вода нам и поможет!

Он принялся дальше чертить прутиком.

– Вот тут, выше по течению Светлой, устроена целая цепочка прудов. Некоторые из них настолько большие, что я их принимал за озера. Если пробить плотины, вода хлынет в Светлояр и город будет затоплен. Вот тут-то мы их и возьмем!

Илья почесал густую бороду, а когда Архимед перевел Эйнару слова Доброшки, бороду принялся чесать и хевдинг.

Первым подал голос Илья:

– Попытка не пытка. Попробовать можно. Все лучше, чем огнем жечь или на обледенелые стены лезть.

Эйнар согласно кивнул.

Тут подал голос Архимед:

– С позволения славных воевод и юного воина я бы предложил сделать немного по-другому.

Все трое обернулись к нему. И колохолмцы, и варяги привыкли к Архимеду как толмачу. Но тут вспомнили, что языки – не единственное, в чем грек был мастером, и приготовились внимательно слушать.

– Трудность в том, что озеро Светлояр очень велико. Пусть даже пруды по течению Светлой весьма многоводны, но нет никакой уверенности, что воды там хватит для того, чтобы существенно поднять уровень воды в озере. Кроме того, не нужно забывать, что вода не только вливается, но и выливается из озера. Можно, конечно, построить плотину на выходе, но, если озеро начнет переполняться, вода, скорее всего, найдет новое русло.

– Что же делать? – Доброшке начало казаться, что вся его придумка пошла прахом.

Архимед посмотрел на небо и начал издалека:

– Когда-то давно я путешествовал в горах Гиндукуша. И видел, как с гор сходит сель. Вернее, я видел его последствия – разрушенные селения, переломанные деревья. Можно было подумать, что с гор сошел целый океан воды. Но откуда на вершине взяться океану? Все эти разрушения устроил совсем небольшой ручеек, который, однако, разогнавшись смертоносной волной, увлек за собой камни и песок.

Вот и мы должны не просто пустить воду, а устроить большую волну. Пусть вода потом схлынет, но в момент удара на нашей стороне будет сила, сравнимая с целой армией. Техника сделает за нас большую часть работы.

Доброшка слушал грека с широко раскрытыми глазами.

– Нам поможет водная рать!

На приготовления ушло чуть меньше двух дней. Архимед осмотрел плотины и указал, где лучше всего устроить подпилы, чтобы потом можно было пустить воду в нужно время. Он замерил расстояние от одного пруда до другого, долго что-то чертил на песке, а потом пришел к Илье и гордо заявил:

– Воевода Илья, я все просчитал и готов запустить водную рать в нужное время. Дело теперь за твоими воинами и милостью бога.

Штурм назначили на вечер следующего дня. По указанию Архимеда в устье Светлой были расставлены плоты.

Вечером в землянку к Илье явился Эйнар в сопровождении Архимеда. Скрипя кожаной броней и звеня железной кольчугой, умостился на лавке. Выпил предложенный мед и прорычал что-то на норвежском. Архимед принялся переводить:

– Эйнар-хевдинг считает, что нужно предупредить Китеж о нападении.

Доброшка согласно закивал:

– Да, там женщины, дети. Могут потонуть.

Выслушав перевод, Эйнар снова что-то прорычал. Архимед смущенно потупился, замялся, а потом сказал так:

– Эйнар в присущих их мужественному народу крепких выражениях пояснил, что ему нет дела ни до женщин, ни до детей. Но если их конунг Харальд сидит там в порубе, он может погибнуть. Лучше будет, если у китежан после разгрома города будет возможность купить себе жизни, освободив конунга. Эйнар считает, что у них не хватит ума подумать об этом. Нужно им подсказать.