Крестовые походы в Палестину (1095-1291). Аргументы для привлечения к участию - Валентин Портных

В папской булле Евгения III в 1145 г. впервые за историю крестовых походов четко проговаривается: индульгенция даруется и выжившим, и погибшим, за все грехи. Видимо, в связи с этим во время агитационной кампании второго крестового похода святой Бернар говорит о выгоде участия в походе независимо от того, чем он закончится для каждого конкретного участника.

В письме 363 Бернар пишет: «Теперь, о сильный воин и воинственный муж, у тебя есть где сразиться вне опасности и где победить – слава, а умереть – выгода. Если ты рассудительный торговец, если ты совопросник века сего [ 1 Кор. 1:20], я указываю тебе большую ярмарку, смотри, чтобы не пропустить ее! Прими знак креста, и ты тут же получишь индульгенцию за все свои проступки, о которых ты исповедаешься с сокрушенным сердцем»^[776]. В письме 458 повторяется довод «победить – слава, умереть – выгода» (ubi sit et vincere gloria, et mori lucrum)^[777].

Эту идею – «выгода в любом случае» – взял затем на вооружение проповедник третьего крестового похода Генрих де Альбано: в своем агитационном письме он высказался о войске крестоносцев как об ополчении, «в котором и победить – слава, а гораздо большая выгода – умереть» (militia, in qua et vincere gloria et multo magis mori lucrum)^[778].

Даже папа Григорий IX в письме к верующим Франции призывал «умереть во имя жизни» (mori pro vita)^[779].

Гумберт Романский в своем трактате о проповеди креста несколько раз подошел к этому аспекту с разных сторон. В 15-й главе он говорит в духе других вышеупомянутых авторов, на сей раз очень развернуто и подробно. Пожалуй, стоит привести этот фрагмент полностью: «И заметь, что хорошо условие этой войны. Ибо в некоторых войнах человек может проиграть или обрести выгоду, в этой же христиане не могут сделать ничего, кроме как приобрести. Ведь если они побеждают сарацинов, то приобретают. Если же они оказываются побеждены, то приобретают ещё более. Ибо если они теряют эту краткую жизнь, то приобретают вечную. Если они теряют это тленное тело, то им взамен дается неоценимо лучшее. Если они не вернутся в свои земли, то какая разница, раз они пойдут в рай? Совсем иначе происходит с сарацинами, ибо они теряют и тело, и душу и спускаются в ад»^[780].

В 3-й главе он говорит, что «всем, кто выставляет свое тело за Него, Господь воздает неравненно лучшее» (Dominus omnibus exponentibus corpus suum pro ipso reddit melius incomparabiliter)^[781]. Гумберт идет дальше и иллюстрирует идею «жизненным примером»: это подобно тому, «как рыцарь не страшится выставить плохенькую лошадку за своего господина, от которого он надеется получить боевого коня» (sicut miles non formidat runcinum malum exponere pro domino, a quo sperat recipere dextrarium).

3.3. Неточности в условиях получения индульгенции

Анализируя папские письма, интересно подробнее остановиться на неочевидном на первый взгляд вопросе: как именно понтифики формулируют условия для получения индульгенции при личном участии человека в крестовом походе? Иначе говоря, в случае личного участия человека в походе с какой именно стадии этого участия начинается индульгенция?

Если посмотреть папские письма, содержащие формулировку индульгенции, а также конституции вселенских соборов времен крестовых походов в Палестину, можно увидеть следующую картину:

Что же получается в итоге? Сравнительно четко ставит условия для получения индульгенции Евгений III, который говорит о необходимости предпринять и завершить (perficere) поход, видимо, имея в виду «дойти до Палестины». Но определение «завершенности» похода не дается.

Пожалуй, единственная однозначная формулировка условий индульгенции за личное участие существовала лишь в понтификат Александра III, который попытался ввести условие обязательного пребывания в Святой земле в течение некоторого времени по ее достижении.

Впоследствии это условие было отменено, и из папской формулировки индульгенции стало вновь непонятно, с какого именно «стажа» в походе начинается индульгенция. Достаточно ли дойти до Святой земли или, может быть, даже это при определенных условиях необязательно? Или же нужно воевать с сарацинами, проведя там некоторое время? Стандатная формулировка индульгенции, сложившаяся при Иннокентии III, дает привилегию тем, кто subierint, «примет на себя» этот путь. Выступить в путь однозначно нужно, но больше ничего определенного сказать нельзя.