Ганзейский союз - Филипп Доллингер

Перед тем как приступать к изучению ганзейской торговли в Средние века, необходимо оценить доступную нам документацию. Естественно, назвать ее удовлетворительной трудно. Дошедшие до нас тексты позволяют установить основные товары, место их происхождения и назначения. Кроме того, из сохранившихся документов можно понять, какие типы операций проводились в различных сферах. Однако для сравнительно точной картины важнейшую роль играют количественные данные, пусть даже цифры ненадежны – а они всегда ненадежны. За последние 50 лет историки, и не только те, которые специализируются на изучении Ганзы, провели подробное исследование количественных аспектов ганзейской торговли, как относительных, так и абсолютных. Были получены значительные, хотя и по-прежнему ограниченные результаты.

С документальной точки зрения историю ганзейской торговли можно разделить на три периода.

1. Примерно до 1275 г. почти никаких цифр нет, даже по отдельным статьям. Ни в хрониках, ни в грамотах, ни в сводах законов, ни даже в таможенных реестрах, например в реестре Брюгге за 1252 г., подробностей не найти.

2. Конец XIII – середина XIV в. Определенное количество данных появляется в долговых книгах, которые велись в разных городах, особенно в Гамбурге, Любеке и Риге. Но они предоставляют лишь сведения о подробностях отдельных операций, совершенных отдельными купцами. Те же сведения можно извлечь из самых ранних бухгалтерских книг любекских купцов, которые велись в конце XIII в., из бухгалтерских книг неизвестного торговца (около 1280 г.), а также из книг Германа Варендорпа и Германа Виттенборга за вторую четверть XIV в. Кроме того, кое-что можно почерпнуть из первых описей грузов погибших кораблей. Однако существует и несколько цифр более общего значения, для одной страны – Англии. Из таможенных сводок и экспортных лицензий на шерсть в мешках, выданных Генрихом III, становится известно количество купцов, английских, немецких или другой национальности, занятых торговлей шерстью в 1273 и 1277 гг., а также количество мешков шерсти, вывезенных из Англии в эти годы. Цифры касаются той отрасли торговли, которая имела для Ганзы лишь второстепенное значение, поскольку английская шерсть вывозилась почти исключительно в Нидерланды. Зато в таможенной сводке более позднего времени приводится список купцов и товаров, которые покидали порт Бостона летом 1303 г. Еще одна сводка дает такие же сведения о прибытии в порт Лондона в 1308–1309 гг. Имеется и некоторое количество других данных, которые позволяют оценить объем вестфальской торговли в Англии во второй четверти XIV в.

Однако все известные данные сводятся к очень малому. Важно отметить, что никакие доступные цифры того времени не отражают ни огромного прироста ганзейской торговли, ни ее распространения на северные моря.

3. Начиная примерно с 1350 г. документация становится полнее. Появляется достаточно много подробной информации, либо того же типа, как и для предыдущего периода, только более полной и более точной, или новых источников, например переписки купцов. Один основной источник, представляющий исключительную важность, представлен таможенными сводками (Pfundzollbiicher). Во время войны корабли и грузы, которые выходили из ганзейских портов или заходили в них, облагались пошлиной с веса (Pfundzoll). Такой вид налогообложения применялся около 10 раз в 1361–1400 гг. и часто в следующем столетии. Самая полная сводка, изученная наиболее подробно, относится к Любеку за 1368 г. Большую ценность представляют также сводки для Гамбурга в 1369, 1399 и 1400 гг., для Данцига за 1474–1476 гг. и 1490–1492 гг. и для Любека за 1492–1496 гг. К сожалению, использовать последние непросто в том виде, в каком они были опубликованы Ф. Брунсом.

Эти фискальные документы представляют большой интерес, потому что они дают в принципе общую цифру кораблей и товаров, покидавших определенный порт или заходивших в него в том или ином году. Несомненно, они содержат много ошибок и опущений. Конечно, они не более надежны, чем таможенные сводки Зундского пролива начиная с конца XVI в., чью недостоверность установили недавно. Тем не менее по сравнению с неясными сведениями, доступными для предшествующего периода, подобные документы представляют значительно более четкую картину.

Несмотря на их ценность, Pfundzollbiicher имеют недостаток: пошлина с веса вводилась лишь в те годы, когда шла война. Поэтому товарооборот воюющих стран не может считаться обычным, «нормальным». Этим объясняется малый товарооборот в торговле Любека с Норвегией в 1368 г., а также незначительное количество мехов, импортированных из русских земель в том же году. Вдобавок необходимо помнить, что в Средние века, в силу разных непредвиденных обстоятельств, объем торговли мог изменяться вдвое, либо в сторону роста, либо уменьшения. Для того чтобы иметь четкую картину, понадобились бы цифры за несколько лет подряд, чего Pfundzollbiicher не предоставляют.

Сохранились лишь два источника, в которых подсчеты велись более или менее непрерывно. В сводках английской таможни отражен экспорт ганзейскими (и другими) купцами^[37]английского сукна с 1399 по 1482 г. почти без перерывов. Сводки снабжают нас необычайно точными сведениями. Вторую последовательность можно найти в отчетах Тевтонского ордена; она связана с операциями главного казначейства в Кёнигсберге с Фландрией за период 1390–1404 гг.^[38] К сожалению, нет соответствующих цифр для другого коммерческого ведомства Тевтонского ордена, главного казначейства в Мариенбурге. Третья, хотя и фрагментарная, последовательность представлена Pfahlgeld, или сборами за якорную стоянку, взимавшимися в Данциге. Эти цифры дают некоторые сведения о торговле в порту Данцига за 10 лет в период между 1460 и 1496 гг. Наконец, из Зундских таможенных сводок за XV в. до наших дней сохранились только списки кораблей, которые проходили пролив в 1497 г.

Поэтому очевидно, что документация ганзейской торговли за период с 1350 по 1500 г. крайне фрагментарна и несопоставима. Следовательно, трудно проследить развитие торговли, за исключением торговли английским сукном, или определить относительную степень значимости основных сырьевых товаров. Особенно прискорбно, что при нынешнем состоянии исследований Pfundzollbiicher мы практически не располагаем статистикой по торговле за первую половину XV в. в любом ганзейском порту. Еще серьезнее отсутствие количественных данных либо по всей, либо по части сухопутной торговли, которая, судя по всему, играла не менее важную роль, чем морская. Самые полезные сведения, сохранившиеся до наших дней, содержатся в записной книге, в которой купец Пауль Мюлих перечислял товары, купленные им на Франкфуртской Великопостной ярмарке в 1496 г. для отправки в Любек.