Партизан. От долины смерти до горы Сион. 1939–1948 - Ицхак Арад

Атаки местных арабских банд и нерегулярных войск, вторгшихся в страну из арабских стран, множились и усиливались. Была необходимость защищать сотни еврейских поселений, частью отдаленных, по всей территории страны. Было трудно поддерживать с ними связь. Делалось это с помощью транспортных колонн под охраной, которые все время подвергались нападениям. Война велась по дороге на Иерусалим, а оттуда далее, на пути в Гуш-Эцион в Хевронских горах. То же происходило на южных дорогах, в Негеве, и в других районах. Эту связь с отдаленными поселениями осуществляли наши легкие самолеты, поставляя необходимую срочную помощь в медицинском оборудовании, продовольствии, боеприпасах. Посадочная площадка около электрической станции на севере Тель-Авива все еще охранялась британскими и арабскими полицейскими, и полеты эти проводились, как спортивные учебные. В те дни у нашей летной части было первое боевое крещение. Пиня бен-Порат повез на самолете врача в отрезанное от анклава поселение Бейт-Эшель. Когда он там приземлился, ему стало известно, что соседнее поселение Набатим атакуют арабы. Пиня взял в Бейт-Эшеле автомат "Брен" и гранаты, взлетел вместе с одним из товарищей из Бейт-Эшеля в сторону Набатим. Появившись над бандой атакующих арабов, обстрелял их из автомата и швырнул гранаты. Бандиты в панике разбежались. В феврале я летел вместе с Ади Коэном, летчиком-добровольцем из Южной Африки, в Гуш-Эцион. Ади вел самолет, а я бросал ящики с боеприпасами людям поселения, ожидавшим нас внизу.

27 марта из Иерусалима выехала транспортная колонна в Гуш-Эцион, везущая стройматериалы для укреплений и людское подкрепление, чтобы Гуш-Эцион мог выстоять против атак арабов. Колонну составляли сорок грузовиков с кабинами шоферов, обшитыми броней, сопровождаемых несколькими броневиками охраны. Колонна, заставшая арабов врасплох, благополучно прибыла в Гуш-Эцион, разгрузилась и, спустя несколько часов, двинулась обратно в Иерусалим, увозя с собой из поселения женщин и детей. Колонна наткнулась на преграду в виде огромных груд камней, преградивших дорогу, и на тысячи сельчан арабских сел, поддерживающих банды, которые устроили засаду и открыли по колонне огонь. Колонна застряла на шоссе. Часть грузовиков сгорела, часть перевернулась, совсем забив дорогу. Охрана вела ответный огонь прямо из машин и дома, который захватили не обочине. Число убитых и раненых среди людей колонны росло с каждым часом. Силы британской армии прибыли в район, но стояли в стороне, не вмешиваясь в бой. Из колонны пришло сообщение в Иерусалим и в штаб Пальмаха в Тель-Авиве с просьбой о помощи. Из-за невозможности помочь наземной операцией, решено было ввести в действие наши легкие самолеты, произвести бомбардировку банд, чтобы облегчить положение застрявшей колонны. Всю ночь мы работали по монтажу некого подобия бомб в складе подрывников Пальмаха в центре Тель-Авива, в домах Кирии, заполняя небольшие баки газом и взрывчаткой. Вес бомбы составлял 3 килограмма. За ночь мы приготовили 15 таких бомб. Как летчик и подрывник, я требовал, чтобы мне дали возможность вести самолет в Наби-Даниель и сбросить бомбы. Утром мы загрузили на самолет 4 бомбы и вылетели к цели. Обнаружили десятки машин колонны южнее Бейт-Лехема (Вифлеема). Людей мы не видели и предположили, что они находятся вблизи машин или внутри их. При инструктаже перед взлетом нам передали, что атакующие арабы находятся на холмах, господствующих над шоссе, вокруг колонны, и на них мы должны были сбросить бомбы. Мой товарищ вел самолет, а я зажег бикфордов шнур спичкой, время горения которого было 12 секунд, и бомбы частично взорвались в воздухе, частично на земле. Это было, очевидно, первая бомбардировка в войне за Независимость, но она не изменила трудность обстановки с застрявшей колонной. Вмешательство британцев и безвыходное положение заставило людей колонны им сдаться. Оружие и бронированные машины были конфискованы. Вопреки обещанию этого не делать, британцы передали эти машины арабам.

Нам было по секрету передано, часть пилотов улетела в Чехословакию, пройти там летную подготовку на самолетах типа "Мессершит", которые прибудут в страну после ухода британцев. До отъезда все мы прошли медицинскую проверку, и тогда мне стало известно, к полному моему удивлению, что я дальтоник, и потому не смогу выехать на курс в Чехию. Так завершилась боя летная одиссея. Командир "авиационной службы" предложил мне службу в штабе, который находился в процессе организации. Я ответил, что в трудные дни войны я не буду служить в штабе. Несколько дней колебался, что делать: продолжать летать на легких самолетах или вернуться в Пальмах, к моей второй профессии — офицера-подрывника. Операция "Нахшон" отбросила мои колебания.