Советско-китайские войны. Пограничники против маоистов Уцененный товар (№1) - Игорь Петров

С. Борзенко

Зеленые фуражки, зеленые погоны – зеленая молодежь. Но зато какая! Герои острова Даманского, герои высоты «Каменная»…

Я много странствовал по белу свету, читал чужеземные журналы и газеты, смотрел заграничные фильмы. Сколько несусветных небылиц наплели иные заокеанские щелкоперы о наших великолепных парнях и девчатах. Они-де, кормясь отцовскими харчами, разуверились в жизни, не способны выдвинуть из своей среды Матросовых, Космодемьянских, Смирновых… Отреклись от революционной поэзии Маяковского. Воспитываются не на «Тихом Доне» и «Как закалялась сталь», а на повестях о затоваренной бочкотаре…

Чепуха, все эти наветы, вся эта клевета не стоит и выеденного яйца. Свидетельством тому может служить высокий подвиг Юрия Бабанского, самого молодого Героя Советского Союза, на льду Уссури показавшего, на что способен советский юноша.

Я вспоминаю Юру Бабанского, а вместе с ним его товарищей Виктора Турченко, Владимира Мозуля, Анатолия Петухова, Василия Каныгина, потому что их мартовский подвиг повторили в августе молодые пограничники на высоте «Каменная» на советско-китайской границе в районе Жаланашколь, у Джунгарских ворот.

У многих из этих парней, как и у Бабанского, отцы воевали с фашистами, многие, как Бабанский, до призыва в армию были рабочими. Все проверяется трудом и огнем; сталь закаляют огнем, верность Родине испытывается огнем боя. О каждом участнике недавней схватки с маоистами можно написать увлекательную книгу, ибо и капитан Петр Теребенков, и лейтенант Евгений Говор, и ефрейтор Виктор Пищулев, и младший лейтенант Владимир Пучков, и солдаты призыва 1969 года – Валерий Балдин и Геннадий Бродовских, пришедшие в армию с хорошей военной начальной подготовкой, – подлинные герои нашего времени.

Я сказал Балдину:

– Вы совсем мальчик.

– Молодость не мешает быть храбрым, – ответил он и улыбнулся. Он по глазам понял, что я знаю, – эта фраза из «Войны и мира». Так сказал русский поручик Сухтелен Наполеону.

У Володи Пучкова нежное, как у девушки, лицо, покрытое золотистым загаром, синие глаза, чуть вздернутый нос, великолепная улыбка. Ему двадцать три года. Он окончил курсы при Московском высшем пограничном училище.

Володя говорит, что отец его, Виктор Иванович, слесарь, и мать его, Наталья Мефодьевна, живут в Донбассе, в городе Антраците, на улице Германа Титова, в доме № 1. Сам он до армии работал на Антрацитовом рудоремонтном заводе токарем. Напоминаю, что Антрацит зимой 1941 года защищала шахтерская дивизия генерала Петраковского.

– Я знаю, – говорит Володя, наматывая на палец прядку золотистых волос. – В школе нам рассказывали о снайпере Максиме Бриксине и его помощнике шестнадцатилетнем Васе Курке, о Героях Советского Союза Спартаке Железном и Нине Гнилицкой – тоже бойцах шахтерской дивизии генерала Провалова. Все мальчишки хотели быть похожими на героев-земляков. Я тоже хотел, и служба пограничника пришлась по душе.

Володя вспоминает, что служил на Памире, на заставе, расположенной за облаками на высоте около 5000 метров.

– Начальником заставы был чудесный лейтенант Валерий Почекин. Все учил: береги честь смолоду. Смолоду прорешка – под старость дыра… Вокруг почти лунный ландшафт: ни дерева, ни травинки, ни птиц, ни зверей, ни бабочек, ни комаров – ничего живого, кроме советских пограничников. Пейзаж – как на полотнах художника Рериха. Помните его картины «Жемчуг исканий» и «Гималаи. Канченджанга»?

Как не помнить, если я вблизи видел эту самую высокую на земле гору!

– Кто ваш любимый поэт?

– Мне нравится Василий Федоров. – И в подтверждение читает наизусть: