Исповедь русского гангстера. Хроники времен организованного бандитизма. Книга вторая - Михаил Орский

Сам Орский «родновер», у него на шее висит оберег, кроме того, судя по нашим разговорам за рамками этого интервью, он живо интересуется политикой. Поддерживает внешний курс Путина в Сирии, но считает, что Навального нужно было зарегистрировать кандидатом на президентских выборах. Характерно ли это для всего мира организованной преступности? Какая государственная идеология подошла бы «преступному миру»?

— Я тебе скажу, что в качестве идеологии в основном «братву» устроило бы православие. Они ездят на Афон, совершают там какие-то восхождения, жертвуют деньги на церкви. Во-вторых, они, конечно, патриоты, я не видел среди них ни одного человека, который бы не поддержал присоединения Крыма.

— Значит, им все нравится?

— Нет, приведу пример. Я ездил на бои в Казахстан. Устроитель отдал меня на попечение местному смотрящему — отвести в ресторан, помочь расположиться и так далее. Приезжаю я туда опять года через три, меня встречают какие-то ребята. Я рассказываю им, где и когда сидел, пытаюсь поддержать разговор, но вижу, что что-то не так… А оказывается, это опера местного убойного отдела. Я спросил своего друга, в чем дело, то «братва» встречает, то менты, он говорит: а у нас власть сменилась. Конечно, такая «смена власти» не может нравиться представителям криминального мира.

— То есть полиция, по-вашему, частично взяла на себя функцию рэкетиров?

— Мы же с тобой читаем одну газету, там в новостях постоянно мелькает формулировка «арестован за взятки»… Никакого секрета в этом нет. А при ком жилось лучше коммерсантам — при бандитах или при ментах, надо у них спросить. Но в отличие от «блатных», ментов не сдерживают никакие принципы.

— В чем еще заметен закат эпохи организованной преступности?

— Как ни странно, в состоянии шансона. Корифеи этого жанра один за другим отказываются от «блатняка». Гена Жаров запел что-то «русское народное». Жека теперь — Евгений Григорьев и поет лирику, мой любимый Эльдар Южный своим хриплым голосом поет ретро. Шансонщиков, которые по-прежнему поют «блатняк», можно пересчитать по пальцам.

— Есть мнение, что на Донбассе сейчас бушует организованная преступность, вам что-то об этом известно?

— У меня один балбес поехал, ничего не заработал. Я говорю, Саня, вы бы хоть там магазин какой отжали. Но он поехал действительно воевать. Единственное, что с «чехами» там вроде ситуацию разрешил. Больше мне сказать нечего.

— Были в вашей практике случаи, когда все же удавалось наладить взаимодействие и поработать, скажем так, бок о бок с государством?

— Я тебе такой пример приведу. Байкеры «Ночные волки» с виду бруталы, кожаные куртки, туда-сюда, кто скажет, что им нужна помощь «братвы»? А ко мне и ребятам обращались с просьбой охранять их мотопробег в Крым. Они кожаные куртки нацепили, а кто они реально? Врачи, бизнесмены. Это был один случай, но это должно быть поставлено на поток. Должен быть создан реестр вменяемых ОПГ, заключен некий «общественный договор». В свое время на территории одного отделения милиции мне категорически запрещали стрелять. И я, как адекватный человек, этого не делал.

«Туберкулезные легкие» для фанатов АуЕ

— Среди молодежи набирает все большую популярность так называемая субкультура АуЕ (арестантский уклад един. — Прим. авт.). В школах дети играют в «блатных», копируют их обычаи и манеру поведения. Интернет пестрит тематическими молодежными пабликами. Как вы относитесь к такому новому веянию?

— Ничего нового в этом нет. Блатная идеология существовала очень давно. Когда Хрущев говорил о том, что покажет по телевизору последнего преступника, конечно, он имел в виду не хулигана, которого посадили по 206-й статье за драку на танцах, а профессиональных преступников и носителей воровской идеологии. И когда начались жуткие репрессии против воров, центр их движения был перенесен в Грузию. И в грузинских школах на переменках собирали «на воровской общак». Как результат — сейчас более пятидесяти процентов воров по национальности грузины. Просто тогда эта воровская идеология передавалась устно, а почти в каждом дворе существовали полублатные компании, которые собирались на лавочках и пели тюремные песни под гитару. В современном же мире она перекочевала в Интернет, получила техническое воплощение. Изображения тюремных наколок, стволов, красивых девушек в сетчатых чулках — все это способно привлечь молодежь.

— Как с этим бороться? И считаете ли вы, что это нужно делать, или, наоборот, довольны происходящим?

— Молодежи нужна идеология, но государство не может дать им то, что их бы устроило, и эту нишу начинает занимать воровская идея. Не открою Америки, если скажу, что запретительные меры тут не помогут, запретный плод сладок. На самом деле все достаточно просто — все эти красивые картинки, которые завлекают молодежь, — только одна сторона. А по другую — туберкулезные легкие, кровопролитие, «опущенные» за карточные долги. Юноше, который обдумывает свое житье, нужно задать вопрос, как сложится его жизнь, если он пойдет преступной тропой? В ней будут казино, «Мерседесы» и пистолеты или она сложится, как у патриарха воровского мира по кличке Кирилл, который отсидел 37 лет, чтобы сохранить свое звание? Я думаю, что многие из них почешут затылки, потому что им кажется, что все так красиво, а на самом деле везет единицам. Достаточно вспомнить судьбу одного из самых ярких представителей криминального мира, Вячеслава Иванькова, он сначала отсидел в колонии на родине, потом в Америке, а когда вернулся в Россию, то толком не успел начать жить — и его застрелили. Хотите вы такую судьбу или нет?

И главное, если рождаются в нашей стране дерзкие, смелые парни, которые не хотят маршировать под государственный гимн, найдите им другое достойное применение.

Источник: газета «МК»,

корреспондент: А. Родионова

Иллюстрации

Костя Костыль, местный богатырь Виталик и автор.

Ярославль, 2011 г.

Автор с Костей Костылем.

2014 год.

Среди таких глыб и стокилограммовый автор выглядит Апполоном.