Крестовые походы. Священные войны Средневековья - Джеймс Брандедж

^[322]

Аббат из Шеминона вручил мне посох пилигрима и дорожную суму; и затем я покинул Жуанвиль – даже не заходя в замок, вплоть до дня возвращения – и босиком, в одной рубашке двинулся в путь. В таком обличье я посетил Блекур, и Сент-Юрбен, и другие места, где хранились святые реликвии. И всю дорогу до Блекура и Сент-Юрбена я ни разу не оглянулся на Жуанвиль, опасаясь, что сердце переполнится тоской и воспоминаниями о любимом замке и двух оставленных мною детях.

Мы со спутниками остановились перекусить в предместье Донжо, и здесь аббат Адам из Сент-Юрбена (да возблагодарит его Господь) преподнес прекрасные драгоценности мне и девяти рыцарям, что были со мной. Отсюда мы добрались до Эсона, дальше спустились по Соне до Лиона с багажом, который погрузили на лодки. Наших прекрасных боевых коней свели с борта на берег. Из Лиона по Роне мы спустились до Арль-ле-Блана и миновали развалины замка Рош-дё-Глюн, который король сровнял с землей, потому что Рожер, владелец этого замка, был признан виновным в ограблениях купцов и пилигримов.

В месяце августе мы поднялись на борт наших кораблей в гавани Марселя. В тот же день на корабле были открыты люки, спущены сходни, и всех лошадей, что будут необходимы нам за морем, завели на борт. Затем люки были закрыты и тщательно закупорены, как бочки, потому что, когда судно выходит в море, люки находятся под водой.

Когда лошади были погружены, наш капитан обратился к команде, которая собралась на носу. «Готовы?» – спросил он. «Да, да, господин! – ответствовали они. – Священники и клирики могут пройти вперед». Когда они вышли, наш капитан сказал им: «Во имя Бога, начинайте петь!» Все они в унисон затянули Veni Creato Spiritus (Приди, Дух Святой), и капитан приказал команде: «Во имя Бога, ставьте паруса». И матросы поставили паруса.

Довольно скоро свежий ветер наполнил наши паруса и погнал нас прочь от земли. Мы ничего не видели вокруг себя, кроме моря и неба, и каждый день ветер уносил нас все дальше от земли, где мы родились. Как отважен человек, который осмеливается пуститься в такое опасное предприятие, когда он имеет то, что принадлежит другому, или совершил смертный грех. Ибо когда ты отходишь ко сну вечером, то не знаешь, не окажешься ли к утру на дне морском.

На нашу долю выпали потрясающие испытания, пока мы были в море. Мы увидели гору недалеко от берберийского побережья, которая была совершенно круглой. Мы заметили ее незадолго до вечерни, и всю ночь мы плыли дальше и считали, что покрыли больше пятидесяти лиг, но, когда пришло утро, мы увидели, что находимся рядом с той же самой горой. То же повторилось два или три раза. Моряки были встревожены и сбиты с толку, когда увидели ее. Они говорили, что наши корабли в большой опасности, тем более сейчас, когда нас несло так близко к берберийскому берегу, который был в руках сарацин.

Тогда почтенный священнослужитель, который был старшим священником в Морюпе, заметил, что, когда бы он ни сталкивался с серьезными неприятностями в своем приходе – будь то засуха, слишком обильные дожди или иные неблагоприятные обстоятельства, – он проводил три шествия в течение трех суббот, и Господь наш и Матерь Его избавляли его от бед. И поведал он нам об этом в субботу. Мы организовали первое шествие вокруг двух мачт нашего судна. Что касается меня, несколько человек несли меня, поскольку я был болен. Это был последний раз, когда мы видели гору, и на третью субботу мы подошли к Кипру.

Король был уже там, когда мы подошли к острову. Мы обнаружили, что для него приготовлено много добра – деньги, вино, зерно. Запас вина, которое начали закупать еще два года назад, был так велик, что в середине поля, недалеко от берега, люди составили огромные бочки одну на другую в высокие штабели, так что, когда смотришь на них спереди, кажется, что стоишь перед большим деревянным амбаром.

Зерно и ячмень тоже лежали на полях в огромных грудах. На первый взгляд они казались холмиками, поскольку дожди так долго поливали их, что сверху они проросли и зазеленели. Но когда пришло время перевозить это зерно в Египет и верхний слой сняли, оказалось, что зерно в хорошем состоянии, как будто его только недавно провеяли.

Сам король, как я потом слышал от него в Сирии, с большой охотой отправился бы в Египет без задержек, но бароны посоветовали ему дождаться тех, кто еще не прибыл.

Стратегия этого Крестового похода была такой же, как в Пятом крестовом походе 1218–1221 годов. Непосредственной целью экспедиции должен был стать Египет. А после взятия Египта завоевание Иерусалима и создание прочного латинского государства было бы уже несложным делом.