Печальные ритуалы императорской России - Марина Логунова

Количество и подбор орденов и знаков отличия весьма значительно менялся на протяжении двух веков существования Российской империи. При погребении императора Петра II представлены были два российских ордена: святых Андрея Первозванного и Александра Невского, а также польский орден Белого Орла.^[523] Женское правление XVIII в. сказалось на составе и подборе орденов, так, в траурных мероприятиях императрицы Анны Иоанновны к орденам Св. Андрея Первозванного, Св. Александра Невского и Белого Орла, задействованных во всех последующих «мужских» императорских церемониях, добавился «женский» орден святой Екатерины,^[524] при похоронах Елизаветы Петровны кроме перечисленных появился прусский орден Черного Орла.^[525] При совместных похоронах Екатерины II и Петра III использовались знаки орденов: русских – святого Андрея Первозванного, святого Владимира, святого Георгия, святого Александра Невского, святой Екатерины, святой Анны; иностранных – Белого Орла (польский), Черного Орла (прусский), Серафимов (шведский).^[526] В траурных мероприятиях по кончине императора Павла Петровича были задействованы – кроме ставших обязательными для всех императоров орденов Св. Андрея Первозванного, Св. Владимира, Св. Александра Невского – знаки ордена Св. Анны, причисленного Павлом I к российским орденам.

Орден Св. Андрея Первозванного

Знаки ордена Белого Орла

Знаки ордена Св. Александра Невского

Орден Серафимов

Принятие императором Павлом I титула великого магистра ордена святого Иоанна Иерусалимского (Мальтийского) вылилось в использование в похоронных мероприятиях Павла Петровича знаков ордена, вошедшего в наградную систему Российской империи при этом императоре и исключенного из нее при его сыне и приемнике в 1817 г. Если регалии Мальтийского ордена были мотивированы конкретной политической ситуацией, то достаточно странным кажется в данном контексте представленный в действе орден Св. Георгия, которым Павел Петрович награжден не был. Император этот орден откровенно не любил, очевидно, по причине не получения его после возвращения с Русско-шведской войны. Известно, что Павел I не награждал этим орденом подданных в период своего правления, хотя орден и сохранил, несмотря на первоначальное желание отменить его вообще. Вероятно, использование ордена святого Георгия при похоронах Павла Петровича должно было подчеркнуть важность главенства государем над армией и флотом. Монарх являлся главой ордена, а орденские знаки представляли не только украшение и награду, а в первую очередь показывали принадлежность к достаточно узкому кругу лиц, на которых правитель мог опереться в различных областях своих широких государственных обязанностей. К уже привычным иностранным орденам Белого Орла, Черного Орла и Серафимов в похоронном действе Павла I добавились новые, свидетельствующие о возрастающей интеграции российского правящего дома в интернациональную семью европейских династий. К ним относились знаки орденов: Св. Константина (пармский), Св. Януария и Св. Фердинанда (неополитанские), Св. Лазаря (сардинский), Св. Духа (французский).^[527]

В дальнейшем количество орденов, задействованных в траурных мероприятиях следующих российских монархов, постоянно увеличивалось, что говорило как о повышении значимости страны на международной арене, так и развитии политических и родственных связей Романовых. Если в траурных мероприятиях Павла I было использовано четырнадцать орденов, то при похоронах Александра I орденов и медалей было уже тридцать пять: восемь российских и двадцать семь иностранных. Кроме обязательных российских был задействован «орден Георгия 4-го класса, который его величество носить изволил»,^[528] и ставшие уже привычными знаки иностранных орденов Белого Орла, Черного Орла, Св. Духа, Белого Слона и пр., к которым добавились ордена: польский – Св. Станислава, баденский – Верности, португальский – Христа, английский – Подвязки, испанский – Золотого Руна и пр.

Орден Св. Иоанна Иерусалимского I-й степени на орденской ленте

Траурные мероприятия Александра I внесли в состав наград усопшего монарха медали, в частности, была представлена Серебряная медаль 1812 г.^[529] В дальнейшем медали и знаки отличия были представлены в ряду наград членов династии, как мужчин, так и женщин. При похоронах императора Николая I было задействовано более сорока орденов и медалей, как российских, к которым отошел в 1831 г. польский орден Белого Орла, так и иностранных. Кроме уже традиционных украшали Печальные залы и были несены в шествии два бразильских ордена Круцероса и Дона Педро I, греческий – Спасителя, нидерландский – Вильгельма, бельгийский – Льва и др. Все монархии, находившиеся на этот момент в родственных связях с домом Романовых, пожаловали российского правителями своими наградами.

Конкретная политическая ситуация, ведение Россией различных войн, степень участия в военных конфликтах главы государства – все это находило отражение в наградах, задействованных в печальном действе. Так, в похоронах императора Николая Павловича отразилась Турецкая война 1828–1829 гг., ибо украшали Траурную залу и были несены в шествии медали, полученные покойным за участие в ней. Участие русских войск в подавлении венгерского восстания выразилось в получении Николаем I прусских медалей за 1848–1849 гг. Мужчины – представители династии Романовых – главным своим поприщем вполне закономерно считали воинское, глава государства являлся защитником Отечества и, значит, человеком военным. Эта установка впервые с особой яркостью была подчеркнута на похоронах Николая I, когда в действе были представлены золотой крест, полученный покойным императором за двадцать пять лет выслуги, и знак отличия беспорочной службы за тридцать пять лет. Из российских орденов следует выделить личный орден Св. Георгия IV степени, который Николай I получил за двадцать пять лет службы и орден Св. Иоанна Иерусалимского, которым не награждали с 1801 г.^[530]