Гитлеровская машина шпионажа. Военная и политическая разведка Третьего рейха. 1933-1945 - Кристер Йоргенсен

Шпионская деятельность в Афганистане была опасной и далекой от комфорта и внешней роскоши. В Латинской Америке она отличалась привлекательностью, однако зачастую была не менее опасной. В кафе на набережной Гаваны у одного щеголеватого иностранца в шикарном белом костюме и шляпе-панаме был свой постоянный столик. Сидя за ним, он обозревал стоявшие на рейде корабли. Отсюда этот либо американец, либо европеец наблюдал за гаванским портом, самым стратегически важным и оживленным во всем Карибском бассейне. Этот человек не делал никаких записей и лишь запоминал все примечательное. Беспечно сидя за чашкой кофе и газетой, щеголь совмещал приятное с полезным, то есть с работой, за которую ему платил абвер или СД: собирал информацию о перемещениях грузов враждебных держав. Нейтральная Куба, которой с 1933 г. правил диктатор Фульхенсио Батиста, сместивший в результате военного переворота своего предшественника генерала Мачадо, была превосходным местом для шпионской деятельности абвера в Новом Свете. Это была своего рода дверь в США, поскольку Кубу отделяло от Флориды расстояние всего в 160 километров (если быть точным, то 225 километров, но от Гаваны до Ки-Уэста на островке островной гряды Флорида-Кис (к которому проложена шоссейная дорога на опорах) 150 километров. — Ред.).

Гавана была битком набита американскими, английскими и союзными им (норвежскими и голландскими) грузовыми кораблями, перевозившими нефть из Мексики и Техаса на Британские острова. Сведения, собранные завсегдатаем гаванского кафе, помогали германским подводным лодкам топить эти корабли в водах Атлантического океана. Щеголеватого немецкого агента звали Энрико Луни. Его настоящая фамилия была Гейнц Лунинг. Он родился в 1910 г. в Гамбурге, часто бывал в Вест-Индии и бегло говорил по-испански. Луни был завербован абвером в 1940 г. и, получив хорошую разведывательную подготовку, приступил к шпионской деятельности в Латинской Америке. В Барселоне он сел на испанский корабль «Сьюдад-де-Мадрид» и 20 сентября 1941 г. приплыл на нем в Гавану. Для прикрытия настоящей своей деятельности Луни обзавелся магазином, торгующим одеждой. Он ежедневно посещал свое любимое кафе на Порто-Чико, откуда открывался потрясающий вида на порт Гаваны. Проведя там пару часов, Луни, медленно прогуливаясь, направлялся домой, где составлял донесение, которое отправлял по вполне «невинному» адресу в Барселону. Если сведения было необходимо отправить срочно, то он передавал их по радио сразу в Испанию. Так протекала жизнь спокойного и малозаметного немецкого шпиона, агента абвера в Гаване, 11 долгих и жарких карибских месяцев. Так продолжалось бы и дальше, если бы Луни не совершил роковую ошибку. Большая часть почты, отправлявшейся в Европу из Латинской Америки, и в частности с Кубы, проходила через контролируемые англичанами Бермудские острова, где отдел перехвата писем (ОПП) имел свою самую большую зарубежную резидентуру, которая располагалась в отеле «Принцесса Гамильтон». Резидентуру ОПП возглавил офицер СПС Питер Уилсон, под началом которого находился целый штат молодых трудолюбивых женщин. Ведомство Уилсона было главным источником информации для МИ-5, занимавшейся поиском немецких шпионов в Новом Свете. У цензоров вызвал подозрение тот факт, что в переписке Луни с Испанией во многих письмах один и тот же почерк, но все они были подписаны разными именами. Эта «мера предосторожности» Луни оказалась излишней и послужила обратному. Копии его писем ОПП стала посылать агентам ФБР в Гаване. ФБР собрало нужные доказательства и 15 августа 1942 г. арестовало Луни. Несмотря на неудовольствие тех кубинцев, которые ненавидели янки и симпатизировали нацистам, 8 ноября 1942 г. — в тот же день, когда американцы высадились в Северной Африке, — Гейнца Лунинга, приговоренного к смертной казни, расстреляли. Еще одним агентом абвера на Кубе был Ричард Доррес, активно занимавшийся шпионажем с 1941 г. по конец 1942 г. Дорреса так никогда и не нашли, потому что после ареста и казни Лунинга он хорошо понимал, что его ждет та же участь и поимка — всего лишь вопрос времени.