Блаженные похабы - Сергей Аркадьевич Иванов
Книгу Блаженные похабы - Сергей Аркадьевич Иванов читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
318 0 10:02, 18-11-2019Книга Блаженные похабы - Сергей Аркадьевич Иванов читать онлайн бесплатно без регистрации
В этот день патриарх посадил подле себя за стол нового Салоса, который постоянно ходит голый по улицам. К нему питают великую веру и почитают его свыше всякой меры как святого и добродетельного человека. Имя его Киприан; его называют Человек Божий. Патриарх непрестанно подавал ему пищу собственными руками и поил из серебряных кубков, из которых он сам пил, причем получал последние капли в свой рот, ради освящения, и так до конца трапезы. Мы были удивлены99.
Потомки византийцев явно выразили свое “удивление” Никону – для них юродство было рудиментом враждебной им народной религиозности100. Не иронично ли, что патриарх Макарий Антиохийский, отдаленный преемник Феодора Вальсамона, через шестьсот лет после него должен был вступить в ту же самую борьбу (ср. с. 163–164), но уже не в Константинополе, а в далекой Москве?
Результатом этой борьбы стало удаление Киприана от патриаршего двора, его последующая ссылка и казнь. Юродство, столь сильно не нравившееся грекам, уже по одному этому подходило старообрядцам в качестве “хоругви”101, особенно учитывая его популярность в широких массах. Но это же обстоятельство обрекло юродство на маргинализацию в качестве формы протеста.
Церковь же на Соборе 1666/67 года официально осудила “лжеюродство” в специальном каноне, под который, разумеется, могло попасть любое юродствование. Правило Московского собора лишь отчасти следует соответствующему постановлению собора Трулльского102; в нем хорошо видна и специфика “похабства”:
Кто… от мира отрекшиися и хотяху поругатися мирови, сиречь во юродственном образе жительствовати, яко святыи Андрей и Сумеон, и прочий о Христе юроди, не сице (яко нынешнии) твориша и жительствоваша: не искаша бо они славы от мира. И ниже ходиша по дворам, и полатам вельможных и знакомых103.
Как видим, главной чертой “похабов” Собор назвал вовсе не социальный протест, а, наоборот, приживальство во дворах “знакомых”, то есть знатных особ. Не будем забывать, что даже у Василия Блаженного, главной чертой которого вроде бы являлась, согласно его житиям, полная бездомность, в действительности, как рассказывает Пискаревский летописец, “житие было на Кулишках, у боярыни вдовы, именем у Стефаниды Юрловы”104. Между прочим, официальное почитание этого святого, некогда считавшегося покровителем царской семьи и государевой казны, неуклонно сокращалось в течение всей второй половины XVII века: в 1659 году его память 2 августа перестали праздновать в Успенском соборе Кремля, с 1677-го патриархи перестали служить, как раньше, в церкви Покрова на Рву, а в 1682-м она стала единственным местом, где святой вообще поминался105.
От некоторых “похабов” этой эпохи сохранились яркие, пусть и отрывочные свидетельства. Например, Афанасий (Стахий) Ростовский, умерший до 1690 года, пользовался в городе огромной популярностью. Он пророчествовал, носил вериги (впоследствии в его часовне прихожанам давали поднять две его гири, весом по 65 кг каждая, и железный камзол, весивший еще 24 кг) – и все-таки его жития не существует106–108.
Ношение тяжелых железных вериг стало почти непременным атрибутом юродства в XVII веке. В одном из Синодиков того времени сказано: “Помяни Господи души иже тебе Христа ради труждающихъся во юродство и во обложении тяжкихъ веригъ”109. Собор 1666 года, посвятивший обличению юродства специальное постановление, особо напирает на эту его особенность:
Инии же и в железах скованы… Прежнии преподобные отцы… не сице пребываху… и кто от монахов или отшелник скован в железах труждахуся по Бозе, никому отнюдь сие покаазаша… Нынешнии отшелники и железноноснии претворнии и юроды не по Бозе суть110.
Отцы Собора были правы: византийские юродивые обычно не носили вериг (кроме редких маргинальных случаев, см. с. 170) – однако вериги становились необходимы по мере исчерпания той странной харизмы, которая проистекала из одних только безобразий и хулиганства. Так позднее юродство искало для себя новой легитимации.
Искоренение и неискоренимость юродства
I
Сильный удар по “официальному” юродству нанес Петр Первый, испытывавший личное отвращение к “похабам”. Царь писал:
Из таковых дурней… отечеству… великий вред. Разсуди всяк благоразумный, сколько тысящ в России обретается ленивых таких прошаков… нахальством и лукавым смирением чуждые труды поедают… сочиняют некия безумная и душевредная пения и оная с притворным стенанием пред народом поют и простых невеж еще вящше обезумливают… клевещут на властей высоких и самую власть верховную зле обносят и простой народ к презорству властей преклоняют, сами никаких же христианских должностей касаются, в церковь входить не свое дело быти помышляют, только бы им пред церковью непрестанно вопить. Воистинну нет беззаконнейшаго чина людей1.
Однако почитание юродивых обладало своей инерцией2, да и не до всех “похабов” было легко добраться. Так, голландский путешественник Корнелис де Бруйн в 1708 году нарисовал и описал некоего архангельского юродивого,
слывущего святым между своими соотечественниками. Он… совершенно нагой по стране до самой Вологды, часто появлялся в таком виде на торгах, в церквах и даже во дворе губернатора. Он показался мне… лишенным рассудка… но в то же время я уверен, что единственной целью его было пробавляться в жизни представлением из себя святого… Волоса и борода этого человека сплелись, и он никогда не употреблял гребня3.
Иностранец не замечает противоречий в собственном рассказе: если этот человек безумен, то вряд ли корыстен, а уж коли корыстен, то непонятно, почему после первого сеанса рисования “все мои старания заманить его опять к себе оставались безуспешны, что меня немало удивило, потому что я щедро наградил его в первый его ко мне приход”. Видимо, этот безымянный юродивый строго держался правил игры, неведомой де Бруйну, и пока еще ничего не знал об официальных гонениях на юродство.
Однако давление постоянно нарастало. В “Обещании, чинимом архиереями при поставлении их в сей чин” (1716 г., пункт 6) читаем: “Паки обещаваюся… притворных беснующих, в колтунах, босых и в рубашках ходящих, не точию наказывать, но и градскому суду отсылать”4. Даже если юродивый вел себя смирно, он все равно попадал под подозрение властей. Так, 14 марта 1722 года был арестован крестьянин Давыд Костянтинов, и при нем образ Спасителев, кресты медные, вериги да клюка железная…
От них… в тайных делах по розыску большой важности хотя и не показалось, однако же показалось то, что они всю свою жизнь препровождали скитаючись между народом… и от таковых скитающихся не другое что доброе происходит, но токмо пересылка вестей и протчих непотребных дел, под видом якобы простоты их или святости… [Давыду] весьма надлежит быть в монастыре неисходно, чтоб впредь для тунеядства каких соблазнов между мирскими от них не происходило5.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий