СМЕРШ против бандеровцев. Война после войны - Анатолий Терещенко

Отделу «нарезали» достаточно много задач, которые надо было четко выполнять с учетом особенностей этой формы контрразведывательной деятельности:

– борьба с вражеской агентурой в прифронтовой полосе с помощью захваченных или сдавшихся вражеских диверсантов,

– противодействие разведывательно-диверсионным действиям немецкой агентуры на транспортных коммуникациях страны,

– защита от проникновения агентуры германской разведки в военно-политические центры страны,

– борьба с германским шпионажем в центрах оборонной промышленности Советского Союза,

– противодействие проведению на территории СССР диверсий и террористических актов против военных, советских и партийных руководителей,

– срыв формирования в стране так называемой «пятой колонны».

Осуществление этих мероприятий вызывало у противника известную самоуспокоенность и удерживало его от активных действий, создавая иллюзию успешности действий своей агентуры в советском тылу.

Командование вермахта и военная разведка – абвер были крайне заинтересованы в организации широко поставленной агентурной разведки как на линиях фронтов, так и в тылах наших войск. Не проходило дня, чтобы военные контрразведчики не встречались с информацией о забросках агентуры противника в расположение действующих частей Красной армии и на прифронтовые коммуникации.

В ночь на 21 ноября 1944 года в районе города Дзержинска Житомирской области с пролетающего самолета были выброшены три парашютиста. Они были задержаны вместе с рацией.

Задержали их при проверке документов – сработала система контрольных обозначений, которыми пользовались смершевцы и энкавэдэшники. Контрольные метки или знаки периодически менялись, что и позволяло порой задерживать незваных зафронтовых гостей.

Небесные посланцы оказались немецкими агентами.

Их допросами, разработкой и в дальнейшем проведением радиоигры занимались сотрудники СМЕРШа вместе с территориальными органами госбезопасности.

Радиоигра «Трезуб» была начата сразу же после проведенных допросов – 28 ноября 1944 года в Житомире с использованием немецкой рации.

На допросах агенты признались, что получили задание по выявлению боевых групп УПА, установлению с ними личного контакта и связи их с немецкой разведкой, обнаружению мест дислокации тыловых баз Красной армии, новых видов вооружения.

Вместе с тем, как известно, Гитлер в конце войны планировал применить химическое оружие, и в связи с этим германскую разведку интересовал вопрос противохимической защищенности красноармейцев.

Оснащены немецкие агенты были достаточно для выполнения поставленных задач. Они имели:

– приемно-передаточную радиостанцию, работающую от электросети. На случай работы в полевых условиях разведгруппа была снабжена генератором,

– три револьвера системы «Наган»,

– три ручные гранаты,

– фиктивные документы на собственные имена,

– шифры и коды и т д.

Сотрудники СМЕРШа радисту предложили два вероятных пути: суд или радиоигру. Цепляясь за жизнь, он предпочел поработать на военную контрразведку.

Установив радиосвязь, смершевцы сообщили о благополучном приземлении группы, надежном ее устройстве в городе Житомире и начале выполнения полученного задания. Кроме того, было указано в радиограмме, они вышли на якобы существующую на территории Житомирской области антисоветскую подпольную организацию из числа местных радикальных националистов, которым необходима помощь оружием, боеприпасами и людьми.

Наряду с передачей дезинформационных материалов о месторасположении лагерей военнопленных немцев и о численности местного гарнизона была указана некая интрижка с выходом старшего группы на интересного объекта.

С этими данными полетела в эфир очередная радиограмма:

«Капитану.

Случайно встретился со старым знакомым. Работает здесь бухгалтером в лесотресте. Человек очень надежный. Советской властью был недоволен до войны. Заявил, что знает много людей, которые борются за Украину без коммунистов. Советует и мне принять в этом участие. Думаю ему сказать все про себя. Каково ваше мнение?

Рыбак».

На эту радиограмму из немецкого разведцентра 4 февраля 1945 года был получен ответ:

«Рыбаку.

Поддерживайте связь с бухгалтером. Сперва, однако, надо быть особенно осторожным.

Капитан».

Но до этого, 22 января, немцам было сообщено, что агенты нуждаются в новых документах и деньгах, а также в радиозапчастях. Вскоре была затребована новая рация.

26 января пришел ответ, который был продублирован очередной радиограммой от 31 января. Центр сообщал, что помощь обязательно поступит в марте, и запросил точный адрес агентов.

Сообщив явочный адрес в Житомире, смершевцы продолжали легенду о связи старшего группы с бухгалтером из лесного треста.

И вот 7 марта 1945 года полетела очередная шифровка:

«Капитану.

Знакомый из лесотреста является членом организации, борющейся за Украину без коммунистов. По его словам, организация проводит работу среди населения и в армии, а также с вооруженными группами, действующими в районах области.

Эти группы немногочисленны, нуждаются в оружии, боеприпасах и командном составе. Срочно сообщите, как мне действовать в дальнейшем, думаю вступить в организацию. Рассказать ли правду и какую помощь можно обещать?

Рыбак».

22 марта противник ответил:

«Рыбаку.

Какой линии придерживается местная организация? В каких районах находятся отряды? Дайте подробные конкретные данные относительно возможной поддержки.

Капитан».

Несмотря на то что война заканчивалась, немцев все равно втягивали в русло намеченных советской военной контрразведкой мероприятий, поэтому активизировали радиоигру.

4 апреля отправили шифром такой текст, который продублировали и 6 апреля 1945 года:

«Капитану.

Организация называется «Национально-трудовой союз украинского народа». Боевые группы организации скрываются и особенно активно действуют в районах: Андрушевский, Красноармейский, Городницкий, Алешский.

Отряды пополняются за счет дезертиров-украинцев и местных жителей, ранее служивших в украинской полиции.

Для отряда сейчас необходимо оружие, желательно автоматы, боеприпасы, обмундирование, деньги и опытные руководители из числа украинцев. Знакомому из лесотреста я дал согласие вступить в организацию. Он обещал познакомить меня с местным руководителем по имени Чернота.

Рыбак».

После этой радиограммы связь с немецким разведцентром больше установить не удалось…

* * *