Тайный фронт Великой Отечественной - Анатолий Максимов

Корнеев-Лягин, сотрудник внешней разведки по линии НТР, еще в предвоенный период работал в США. После начала войны стремился попасть на фронт и был направлен в Николаев для создания разведывательно-диверсионной группы на случай сдачи города противнику.

Ядро группы составили ленинградские чекисты и связники, минеры, подрывники, радист. В группу вошла вдова известного в городе врача-невропатолога Эмилия Дуккерт. И она, и ее дочь стали надежными помощниками Корнеева-Лягина, руководителя подпольной группы «Маршрутники».

В августе 1941 года немцы вошли в Николаев, и в тот же день на квартире Дуккерт, потомка немецких колонистов, инженер Корнеев с Балтийского завода познакомился с гитлеровскими офицерами и среди них – с комендантом города.

Через короткое время дочь Дуккерт – Магда стала работать секретарем-переводчиком у адмирала – шефа всех судостроительных заводов Причерноморья, а Корнеев получил должность наблюдающего за ремонтом боевых кораблей немецких и румынских ВМФ.

После контакта группы с подпольщиками (они изготавливали мины и часовые механизмы к ним) начались диверсии: затягивание ремонта, подрыв транспорта на ходовых испытаниях, взрыв склада и авиабазы при аэродроме. Причем за пару дней до диверсии на аэродроме гитлеровский идеолог расизма Розенберг, выступая в Берлине по радио, назвал Николаев «одной из жемчужин русского Причерноморья, где немецкие солдаты чувствуют себя как на курорте». И снова диверсии: склад ГСМ, поезд с теплыми вещами и три эшелона с техникой пущены под откос, на аэродроме сгорело два самолета.

Чекист-разведчик Сидорчук устроился кочегаром в столовую немецкой воздушной армии, что позволило ему тщательно изучить обстановку и осуществить общее минирование всего аэродрома. В полдень 10 марта 1942 года сильный взрыв потряс все в округе: горели ангары самолетами, рвались цистерны с горючим, взрывались боеприпасы…

Располагая собранной развединформацией, группа Лягина-Корнеева тем не менее не имела регулярной связи с Москвой и потому действовала на диверсионном и разведывательном поприще автономно. За линию фронта, в Москву и к командованию Красной армии, Лягин посылал с разведданными маршрутников.

В начале 1943 года в группе последовали аресты.

В марте немцам удалось схватить Лягина в момент выполнения им диверсионного задания. На допросах немцы не смогли получить от него сведений о составе группы, и 17 июля 1943 года жизнь разведчика оборвалась.

В справке, приложенной к представлению Лягина Виктора Александровича на звание Героя Советского Союза, указывалось: «Несмотря на страшные, невообразимые мучения, Виктор Лягин держался героически, мужественно и стойко… Как выяснилось в ходе следствия, руководимая им разведывательно-диверсионная группа нанесла оккупантам ущерб, оцененный в 45 миллионов марок».

Именем чекиста-разведчика Лягина названо судно, мемориальные доски с именем Героя установлены на зданиях в Ленинграде и Николаеве.

* * *

Среди массового героизма, проявленного чекистами-разведчиками в годы войны, выделяется своей беспримерной уникальностью в решении разведывательных задач личность Кузнецова Н. И.

После тщательной подготовки в разведывательном управлении НКВД Кузнецов вместе с группой разведчиков в 1942 году был заброшен на парашюте в тыл врага, в спецпартизанский отряд «Победители» под командованием Медведева Д. Н.

В отряд собрались специально подготовленные разведчики, которые действовали в Ровно и его окрестностях. Наиболее талантливые из них направлялись вместе с Кузнецовым на выполнение самых рискованных операций и проникали в немецкие учреждения, вели разведку, осуществляли диверсионные и террористические акции. С документами на имя Пауля Зиберта Кузнецов был вхож в наиболее представительные немецкие оккупационные круги.

Героическая жизнь талантливого разведчика, информация от которого была столь обширна и важна, что затрагивала интересы не только советского правительства, но и английского и американского, оборвалась весной 1944 года, когда он был вынужден вступить в бой с местными украинскими националистами.

1942–1944. Спецотряд: Грачев-Зиберт – «Колонист» – «Пух». В первый день пребывания Пауля Зиберта в оккупированном немцами Ровно ему пришлось получить замечание от патрульного офицера за нарушение формы одежды.

Речь шла о том, что пилотки, столь удобные в полевых условиях, в тылу носить не рекомендовалось. Этот, казалось бы, незначительный эпизод стал первой для Кузнецова-Зиберта проверкой документов прикрытия, изготовленных в Москве. И Зиберт-Кузнецов пошел покупать фуражку, думая про себя: как важна в деле разведчика каждая мелочь.

С другой стороны, это «незначительное событие» в октябре 1942 года ознаменовало начало действий разведчика Грачева (для людей отряда «Победитель»), Пауля Зиберта (для новых знакомых из немцев), «Колониста» (для переписки с Центром), «Пуха» (для высшего военного командования Красной армии) и Кузнецова Николая Ивановича – чекиста-разведчика.

Ровно. Немцы превратили этот небольшой город в «столицу» захваченной Украины: резиденция рейхскомиссара Украины Эриха Коха, крупные военные штабы, Всеукраинское гестапо, глава полиции, президент юстиции Функ – верховный судья Украины, командующий войсками особого назначения генерал Ильген.

Информация из среды германских офицеров поступала в отряд от Кузнецова регулярно. В его окружении появился гестаповец фон Ортель, который проникся доверием к Паулю Зиберту и много рассказывал о событиях в Берлине, нелестно отзываясь о германских руководителях.

Однажды он предложил нашему разведчику участвовать в важном деле, связанном с каким-то совещанием в Тегеране в ноябре 1943 года. Более того, фон Ортель обратился к разведчику с конкретным предложением для личного участия в этом «деле».

Сообщение о предложении ушло в Центр. Стало понятным, что речь идет о плане покушения немецких спецслужб на Большую тройку – Сталина, Рузвельта и Черчилля.

Фон Ортель был известен нашей разведке как руководитель спецшколы в Гааге по подготовке диверсантов. Получалось так, что он со своими учениками сам должен был выехать в Тегеран.

Информация, которую получил Зиберт-Кузнецов, оказалась первой. В последующем она подтвердилась, и советская сторона в вопросе обеспечения безопасности глав Великих Держав уже действовала не вслепую.

В ходе подготовки покушения на Коха разведчик нанес визит к этому нацистскому бонзе под предлогом получения разрешения для своей «невесты» не выезжать в Германию. Во время этого визита он получил от Коха сведения о подготовке наступления на Курской дуге. И хотя визит был целевой – уничтожение гауляйтера, информация о сроках наступления была важна для Москвы, и Кох на это раз остался жив.

В задачу Кузнецова входила ликвидация крупных чиновников оккупационных властей. Так он тяжело ранил заместителя Коха, уничтожил судью Функа в его собственном кабинете, унеся оттуда важные бумаги. Затем был убит вице-губернатор Галиции. Был похищен генерал Ильген, и в отряде его тщательно допросили…